Жизненные истории Луки Морье

Глава ВТОРАЯ, в которой Лука узнает о себе больше

Друзья, с Хэлоуином ввсех празднующих. Наши сказочные герои иногда похлеще любого привидения!

Солнце светило прямо в глаза, а так хотелось еще поваляться в постели, аки барин. Но кроме солнца было не особо удобно – тянуло все тело. Открыл глаза, и обнаружил себя спящим в кухне. Кресло мое, конечно, шедевр современных мастеров – ортопедических изысков в нем столько, что в нем можно жить, но спать полагается лежа.

Распрямил спину, встал и сразу потянулся к турке. У меня все по плану – в то время, когда варится кофе, я успеваю совершить все туалетные дела. Насыпал три ложки кофе, налил воды в турку, перемешал и включил газ на минимум.

О господи, мой сон был просто каким-то фильмом – такой яркий и эмоциональный. Что я вчера смотрел, что приснилась эта языческая ересь? Я сидел в туалете и думал о том, что это, пожалуй, самый яркий из моих снов.

Забежал в ванную, почистил зубы, умылся, провел по подбородку – да, борода моя не растет. Сейчас самый писк, но растут три волосины и в разные стороны. Ну, хоть бриться не нужно – тратиться на барберов и прочие средства фиксации.

Странно как – громко сегодня у соседей телевизор работает, обычно в это время все спят – посмотрел на часы удостовериться. Да, время девять утра. В субботу это большая редкость, только если есть дети, но у нас тут не сильно много карапузов, да и сплю я тоже, обычно, часов до одиннадцати – часа дня. Видимо, спина затекла. Ну, ничего, сегодня раньше закончу с рынком и вечер спокойно проведу дома. В кухне пахло поднимающимся в турке кофе. Выключил плиту и решил сразу, пока не начнется ор, положить коту корм.

- Баюн, Баюша, ты где, эй, кот, ты вчера ходил на двух лапах и говорил, как наш дворник, - кота мне подарила девушка, с которой я случайно встретился в метро. Она плакала, и умоляла взять котенка, иначе его могут убить. Она озиралась по сторонам. Явно сумасшедшая. Она так настойчиво вкладывала мне в руки тряпичную сумку с серым котенком, который молча наблюдал за нашей перепалкой. Я тогда решил, что выйду из метро, и поставлю сумку на улице, держать кота я не планировал – это достаточно серьезные расходы на корм, лечение и прочие там игрушки. .она мне крикнула, что зовут его Баюн. И убежала.

А я шел с котом на выход, смотрел на него, а он, не опуская голову смотрел прямо в глаза. И не мяукнул ни разу. Молчал даже тогда, когда сумку поставил на пол у выхода из метро. Возле бабки, у которой в коробке с надписью: «Бесплатно» пищали три рыжих котенка.

Я обернулся, а он просто спокойно продолжал смотреть на меня, словно и не было тех котят. Ок словно знал, что я вернусь за ним, и был уверен. Просто ждал момента. И я вернулся. А потом всем знакомым приходилось врать, что подарили друзья – пошутили над моим именем – ну, мол, раз Лукоморье, значит кот должен быть непременно Баюном.

Да где же он. Вечно крутится под ногами, с самого утра, и комнату утром приходится запирать, чтобы в лицо не лез лапой, чтобы встал и накормил. Может в комнате? Но я не запирал дверь!

- Бая, Баюшка, ты где? – я шел к комнате, она была закрыта. Может я вчера его наказал? Да не… и вдруг я явно понял, что телевизор работает в моей комнате. Я уверен, что не включал его вчера. Мало того – я точно не входил в комнату. В ванной разделся, все бросил в стирку, в ванной же надел халат, и сразу в кухонное кресло.

Я открыл дверь. Прямо перед дверью у меня окно с небольшим балкончиком, на который можно выйти только одному человеку. Слева на стене большая плазма. На ней орал футбол, но кроме этого орали с кровати.

- Ливерпуль – красавцы, скажи ему, Лука, - на меня с постели пялился вчерашний старик из сна.

- Манчестер, вот это да, Манчестер – красавцы, а твой Ливерпуль – кошачий хвост, вернее место под ним, - это был мой кот. Они лежали под одеялом, на подушках. Между ними стояла большая тарелка с сухарями. Вся постель была в крошках.

Я закрыл дверь, и решил попить кофе. А потом еще раз заглянуть туда. Прошлепал в кухню, налил в чашку кофе, плеснул молока, и молча пил, глядя в окно. Это не могло быть правдой, вот просто не могло, потому что… не могло, и все! Может быть позвонить врачам? Меня пугало, что они могут закрыть меня в психушку, и сделать овощем на таблетках.

Футбол в соседней комнате продолжался, и голоса кота и деда не стихали. Как с этим смириться, моя психика не знала. Хотелось естественного, обычного утра. Поставил сковороду на плиту, положил кусочек сливочного масла и разбил три яйца. Нужно не проворонить, чтобы желток остался жиденьким.

- Охохошеньки хохо, - раздалось из прихожей, я глубоко вдохнул, и приготовился к страшному. – Охохошеньки хохо, - гном с бородой вошел в кухню. На нем в этот раз была рубаха, подпоясанная поим шнурком от кроссовок, что я потерял год назад.

- Вы мне не приснились, значит, - я выложил яйца на тарелку, отрезал два кусочка бородинского.

- Ну наконец, Лукашенька, соизволил еду приготовить, а то мы с Баей уже сухарей нажарили, а то с чем еще футбол-т глядеть? Чипсов ты не хрустишь, рыбы ап стол не стучишь. Мне бы и двух хватило, душа ты моя шоколадная, - он бодро подвинул табурет, запрыгнул на него и подтянул к себе мою тарелку и вилку. – А ты сам то чо, не будешь, личоли, решил плюшки на боках сбросить? Хвалю, хвалю.

- Ладно. Приятного аппетита, - аппетит пропал, и хотелось как-то это все отменить – снова жить просто и обыденно.

- Обыденность, Луканюшка, удел посредственности, коей ты не являешься, лапа моя пушистая, - жуя ответил дед, но как он услышал мои мысли, я точно не говорил этого. – Как, как, кой чем ап косяк, я вообще все о тебе знать должен, гаговка ты моя зеленая, потому что я фамильнай дух. Во мне и прадед твой, и дед, и отец, а чичас, значит, и ты.

-Тогда скажи мне, дедушка, на кой черт я тебе понадобился? – я начинал злиться. – Жил бы и жил себе спокойненько…

- Ел бы мою едуууу, воровал бы мой коньяяяк, - он пародировал меня, и продолжил те мысли, что я не собирался ему озвучивать.