Жнецы Жизней

7 глава. Немая сцена

Я точно не знала, что стоит взять с собой. Не в горы ведь идём, особая экипировка не нужна. Единственное, что посчитала необходимым взять — фонарик, как главное оружие против темноты, и телефон, чтобы мама всегда могла мне позвонить и узнать, что со мной всё хорошо. Ближе к назначенному времени я вновь облачилась в свой чёрный «шпионский», как я его назвала, костюм, состоящий из брюк и толстовки, затем, пока мама была в душе, а Паша у себя в комнате слушал музыку в наушниках, незаметно вышла из дома.

Вова уже ждал меня у подъезда. Он был одет в простые джинсы, сверху накинул зелёную солдатскую куртку. На последней мой взгляд задержался чуть дольше, поэтому Вова счёл должным пояснить:

— У отца стянул. Тёплая, удобная, да и маскировка какая-никакая.

— Тебе идёт, — улыбнулась я.

— У тебя тоже прикид классный. Чёрный, как у шпионки, — ну надо же, у нас с ним даже мысли совпадают!

Мы направились к дому Вероники. Она жила в частном секторе совсем недалеко от школы и поэтому всегда приходила на уроки задолго до нас с Таней. Находу я разглядывала ночной пейзаж нашего городка. Фонарей вдоль улиц не слишком много, поэтому можно было увидеть, как в чистом небе приветливо мерцают звёзды. Шелестя листвой, тихо качались на ветру деревья. Ночной воздух пьянил и сводил с ума. Темноты я не боялась совершенно — Вова рядом. Но эта ночь выдалась холоднее, чем та, в которую мы с Вероникой пробирались в зал дискотеки. Или это потому, что идти к дому подруги пришлось дольше?

Никакого плана у меня не было. Изначально я хотела набросать какую-нибудь стратегию, но быстро поняла, что это бесполезно. Слишком мало информации. Значит, будем импровизировать.

Наконец, мы добрались до частного сектора. Вероника жила в маленьком, довольно старом на вид двухэтажном домике. Кажется, с момента переезда Виктор ни разу не утруждал себя ремонтом. Из-за этого домик напоминал логово вампиров или привидений: мрачный, со старыми окнами и деревянными, частично погрызенными стенами — на первый взгляд, совершенно необитаемый.

Окна, к счастью, не были занавешены, поэтому мы тихонько прокрались поближе и заглянули в одно из них.

Вероника сидела на некогда белом, а сейчас сером диванчике и спокойно читала книгу. В этом ничего удивительного не было — я давно знала, как она любит приключенческие романы. Но где же Виктор? Я поймала недоумённый взгляд Вовы. Он тоже искал глазами опекуна Вероники. Где-то через полчаса Виктор наконец-то оказался в нашем поле зрения. Он спешно спустился по лестнице и подошёл к моей подруге. На руках элегантные чёрные перчатки. Довольно странный аксессуар для домашнего образа, состоящего из простых синих спортивных штанов и белой как его кожа водолазки.

Виктор подошёл к Веронике и заговорил с ней. Только теперь я осознала, что окно хоть и не занавешено, но плотно закрыто. Поэтому нам с Вовой оставалось только наблюдать немую сцену и по жестам и выражениям лиц догадываться, о чём идёт разговор. Виктор говорил короткими фразами, очевидно, спрашивал. Вероника, виновато опустив глаза, отвечала. Причём отвечала развёрнуто и подробно, так как говорила долго. Её опекун слушал и всё сильнее хмурился. К концу рассказа подопечной он был настолько зол, словно та не оправдала его самых больших ожиданий. Виктор закричал на Веронику, начал метаться по комнате. Моя подруга неуверенно попыталась что-то вставить или возразить, но тут он резко обернулся, дал ей крепкую пощёчину и продолжил гневную тираду. Вероника медленно ощупала место удара ладонями, в глазах проступили слёзы. Виктор, на удивление, сразу заметил это, ненадолго скрылся из виду и вскоре вернулся со льдом, который заботливо приложил к щеке своей подопечной.

Я так и знала, что он её бьёт! Но почему Виктор так быстро опомнился и побежал за льдом, когда всего мгновение назад был готов продолжить колотить Веронику? Странно. Может, манипулирует таким образом? Вначале крепко приложит, потом утешит, извинится, пообещает больше так не делать — вот подруга и молчит, не сознаётся, верит в лучшее. Звучит вполне реалистично

Виктор присел на диван рядом с Вероникой, потрепал её по плечу, заговорил уже спокойнее. Ну да, наверняка заливает что-то в духе: «Не говори никому о том, что сейчас произошло, мы же помирились». Неужели моя подруга до сих пор ему верит? Вероника что-то ответила, и Виктор снова помрачнел. К счастью, до яростных метаний по комнате не дошло, он лишь пристально посмотрел ей в глаза и что-то серьёзно сказал. Моя подруга заплакала. Опекун ещё долго говорил с ней, гладил по голове. Потом смахнул с её щеки последнюю слезинку, забрал уже растаявший лёд, что-то коротко сказал, и Вероника, прижав недочитанную книгу к груди, поднялась наверх. Через пару минут во всём домике погас свет. Его обитатели легли спать.

Я перевела взгляд на Вову. Без слов было ясно, что понял он понял не больше моего. Эх, умей я читать по губам, сейчас бы не составило труда узнать, о чём шёл разговор, многие детали бы прояснились.

— По крайней мере мы выяснили, что он всё-таки бьёт её, — неуверенно произнесла я.

— О чём они могли говорить, как думаешь?

— Даже представить не могу, всё выглядело так странно. Вначале ударил, потом сразу лёд принёс, утешал так, будто у Вероники кто-то умер.

— Может, в самом деле умер? — задумался Вова.

— Вряд ли. Мы бы знали об этом. В нашем городе подобные секреты не то что сразу всплывают, они даже не тонут.