Жнецы Жизней

8 глава. Очень плохое предчувствие

На удивление, мне удалось неплохо выспаться, кошмаров, как ни странно, не было. Правда, хороших снов тоже не приснилось. Меня просто перебросило из ночи в утро. И оно началось с очень плохого предчувствия. В груди что-то жалобно ныло, настроение было не просто на нуле, а по ощущениям даже ушло в минус. Вставать с кровати не хотелось сильнее обычного, как и не хотелось никуда идти. Каждая клеточка тела требовала остаться дома. Сослаться на больную голову или живот. Проваляться весь день в постели, желательно под одеялом в полной темноте и тишине. Переждать липкое чувство страха. За завтраком я поделись этим с мамой.

— Это всё из-за твоих ночных прогулок, — ответила она. — Насмотрелась не пойми чего, теперь мерещится всякое.

Я не стала спорить. Может, мама и права, она ведь не знает, что я вчера едва не стала очередной жертвой бледнолицего убийцы. Вполне понятно, почему теперь нервы шалят.

Дойдя до школы с Пашей, я поднялась на второй этаж, вошла в кабинет биологии и смело плюхнулась на стул рядом с Вовой. Но лабораторная работа началась раньше, чем мы успели обсудить ночную прогулку. Моё сознание было занято перевариванием впечатлений и нарастающим чувством тревоги. У видов мигрирующих птиц не оставалось шанса затесаться в мысли. Поэтому я внаглую списала всё у соседа. Тетради мы сдали одними из первых. Вова шёпотом спросил:

— Ты как?

— Уже лучше. Отхожу постепенно. На перемене поговорю с Вероникой ещё раз. Но Вова, если она снова захочет соскочить или начнёт покрывать своего опекуна, я сразу пойду к Ирине Андреевне. Заодно расскажу, что Виктор внешне очень похож на тех маньяков.

— Нагоняй получим за ночные гулянки, — предупредил он.

— Да какая разница? — отмахнулась я. — Главное, чтобы Вероника была в безопасности.

— Летова! Метков! — раздался возмущённый голос учительницы. — Если всё написали, это ещё не повод разговаривать на моём уроке! Ещё одно слово — и дневники на стол!

Пришлось смолкнуть. Не то, чтобы меня пугала участь обзавестись красной записью в дневнике, но зачем лишний раз злить Викторию Степановну? К тому же маме и так хватает звонков от учителей по поводу дисциплины: в отсутствие компьютера Паша начинает выпускать свою энергию вовне. И стоит заметить, никакие замечания педагогов на него не влияют. Остаток урока Вова не сводил с меня глаз, смотрел уважительно, если не сказать восхищённо. Это было непривычно, обычно подобным всегда занималась я.

На перемене я первым делом подошла к Веронике. Она уже собиралась выскочить из класса и снова куда-то умчаться, но я была настойчива как никогда. Села рядом, тихим, но твёрдым голосом изложила то, чему мы с Вовой вчера стали свидетелями. Подруга слушала внимательно, и с каждым моим словом её глаза всё больше округлялись от удивления и страха.

— Вероника, об этом нужно рассказать Ирине Андреевне. Пойми, такое обращение с тобой ненормально. Обещаю, всё будет хорошо. Давай вместе сходим?

Вместо ответа подруга резко встала и выбежала в коридор. Вова попытался её задержать, но она неожиданно сильно оттолкнула его в сторону. Что же, я пыталась поговорить. Теперь план «Б». Я выскочила из кабинета и помчалась на поиски нашей классной руководительницы. Она обязана знать о том, как Виктор относится к своей подопечной, её ученице.

Ирины Андреевны нигде не было. Я обежала все кабинеты и уже собиралась спускаться в столовую, но вдруг наткнулась на Веронику. Признаться, это было неожиданно. Я думала, подруга после неудачного разговора снова исчезнет на весь день, как она приловчилась это делать в последнее время.

— Продолжим разговор? — предложила я.

— Да, извини, что убежала. Меня ждали.

— Кто?

— Карина, у меня… у меня парень появился. — робко произнесла Вероника. — Пойдём, я вас познакомлю.

— Парень?!

Я чуть не подпрыгнула от удивления. Нет, в том, что у девочек в семнадцать лет могут быть отношения, я никогда не сомневалась. Многие мои одноклассницы уже давно встречаются с парнями. Но Вероника, учитывая её ситуацию… Интересно, как ей удалось скрыть своего возлюбленного от сурового надзора Виктора? Как она вообще решилась? Мне всегда казалось, что подруга даже дышать без его разрешения боится. Да я сама бы боялась, если бы жила с мужиком, который запросто может поколотить за любое неповиновение. А вдруг она всё-таки ослушалась опекуна, ощутила бунтарскую жажду свободы и независимости?

Я решила немного отложить поиски Ирины Андреевны. Сейчас Веронике нужно разделить со мной радость первой любви, разве можно такое пропустить?

— Хорошо, идём, — кивнула я. — А как его зовут?

— Эм… его зовут Артём. Он в кабинете химии нас ждёт.

Я послушно последовала за подругой, а сама принялась перебирать в голове возможных кандидатов на роль её избранника. Знакомых Артёмов у меня было немного. В параллельном классе есть парень с таким именем. Но ведь тогда знакомить не нужно, наши классы уже соединили. Тогда, может, кто-то из десятого?

Наконец, мы поднялись на третий этаж, вошли в кабинет химии. Совершенно пустой. Похоже, урока химии сейчас ни у кого не было. А где же парень? Не мог же он просто смыться по-тихому. Или мог? Вдруг кто-то решил так по-идиотски подшутить над Вероникой. Тихая, кроткая, не умеющая достойно ответить обидчику — идеальная жертва для придурков, которым только в радость играть на чувствах других. Вспомнились слова Тани: «Таких всегда травят».