Жора, Крузак и Смута

Третья глава

Спал Жора, спали его компаньоны, то ли сторожа, то ли беженцы, тёртые люди, прошедшие через Смуту. Спали природа, птицы и рыбы. Короче — тиха южная октябрьская ночь.

А там, в ночи где-то в небесах всего в паре сотен световых лет, скрытый от невооружённого глаза, субгигант Мафусаил номер 140283 перерождается в красного гиганта. Когда сгорит водород и загорится гелий, Мафусаила увидит мир. Самую старую звезду, звезду старше вселенной, красный глаз бога, руку создателя с чашей весов, на которых измеряются дела и судьбы нашего мира.

Субгигант никогда не спит, и там в сердце звезды, в этом суперкомпьютере безмолвные строки кода искали и не могли найти ошибку, вызвавшую сбой. Как же так, вот справка:

- Георгий, он же Жора, он же Гоша, специалист по кадрам, строительная компания, вот штампы согласований, вот визы отделов. Отбор прошёл.

Проходит сорок восемь часов, но контакты кадровиком не налажены, Жора даже не выяснил имён тех людей, с кем работает, отдыхает, беседует, разделяет пищу.

Георгий, проработавший в строительстве почти десять лет, способен быть только подсобным рабочим.

Человек, ради которого проведены титанические усилия, нарушена связь времён, изменены записи в книге судеб, он просто ничего не делает. Проголодался — пошёл работать за еду. С ним протащили автомобиль, а он не знает, что с ним делать, и завтра ещё утопит его в пруду. Он даже не потрудился узнать, что Воронеж всего в паре переходов на лошадях, крупная крепость, оседлавшая торговый путь на юг, в Азов и дальше через Керчь к Османам.

Город, где можно достать всё. И узнать все новости. Город мастеровых, строящих струги и делающих порох. Даже ружья свои уже делали сами, не такие, как в Туле, но зато свои. Практически один из городов Ганзы, не по статусу, а по сути, где уже ушли от товарных отношений средневековья и перешли к денежным, где хлеб покупали за заработанные деньги, и где платили за работу деньгами.

Ладно, проморгали с навыками кадровика и строителя, но есть одно умение, которое могло пригодиться. Жора водитель, тот навык, которым он владеет в совершенстве. Он даже не задумался о том, что можно просто доехать до крепости.

Мафусаил объявил программный аудит и ищет виноватого. Как же так вышло, что герой ничего не делает, ему сейчас дай много еды, и он ляжет у крузака и с места не сдвинется. Кто его выбрал?

Эффекта бабочки не будет, Жора даже бабочку не тронет, ему просто лень.

”Отложим вопрос с Жорой” думал Мафусаил, но кто выбрал этих авантюристов прошлого, толи беженцев толи сторожей, это же отъявленные авантюристы, за их плечами Смута, долгий путь двенадцатилетней гражданской войны. Они видели всё – сожжённые города, дороги беженцев, голод, кровь и ужас. Они были с Хлопком Косолапом в 1603 когда он чуть не взял Москву, конец правления Годунова был такой, в осаде. Они были под Тулой с лжецарем Петром (Илейкой Муромцем) и Болотниковым, когда выкрикнутый Царь Шуйский перегородил плотиной реку Упу и затопил город. Они слышали, как Шуйский клялся не пролить крови повстанцев, и узнали цену слова царя – Болотникова ослепили и утопили, а Илейку Муромца повесили. Мрачные традиции Московского символизма, когда опальным боярам в их дома - крепости кидали головы сторонников.

Эти люди могли всё – построить крепость на холме, к вечеру накормить войско хлебом, который ещё в колосьях и не убран с поля, построить корабль из леса у речки. Найти селитру и тут на месте сделать порох. Убить, предать, купить чтобы потом продать.

От них кровопролитиев ждали, а, получив покой, они даже на автомобиль не среагировали. Карл! Автомобиль в семнадцатом веке не вызвал эмоций вообще, ни страха, ни интереса. Одно равнодушие.

Весь их опыт говорит им, что пора уходить, идут крымчаки с юга, волнуется Степь, не спокоен Дон, с севера повстанцы, отступая, будут минимум грабить. Они так прижились, что поднимись пожар в степи и пламя пойдёт на них, даже пожар не заставит подняться.

Поморгав наливавшимся гневом красного гиганта глазом, Мафусаил отправил систему в перезагрузку. «Наверное, поможет», — решил он, не взрываться же звездой раньше времени теперь.

Так, в беспокойствах и хлопотах на небесах и тишине на земле прошла ночь, а утром пошёл снег.

Утром на хуторе что-то поменялось, вроде все те же куры, та же рыба, в пруду которую никто не ловит. Что-то неуловимо, но изменилось. Снег вот выпал, может это?

Нет, не это. Собравшись хуторская компания и Жора решили провести совещание в избе немедленно. Посовещавшись о выпавшем снеге и назначив Георгия Ивановича секретарем, занесли в протокол: сегодня не работать, а на обед приготовить две куры. Заодно и познакомились:

Иван – хромой плотник,

Тимофей – кривой на один глаз рыбак,

Вася из Ельца – специалист по живности, куры там, не покормить, а голову скрутить

И Коля гребец, в навигацию нанимается на струги гребцом, с рейса три рубля привозит, лошадь можно купить и на жизнь останется. Но не купил почему-то.

Несовершеннолетних к подписям в протоколе не пустили. Торжественно закрыв шариковую ручку колпачком, Жора двинулся в этот раз не к Крузаку, а на ближайшую лавку, по хатам разбрелись и остальные, обдумать перемены.