Жрица

Глава 6

Мелна умерла ночью. Я принесла ей завтрак и обнаружила, что жрица лежит на заправленной кровати в самом нарядном из своих платьев. Руки покойной были сложены на груди, глаза закрыты, на губах застыла умиротворённая светлая улыбка.

«Я — осенний лист, Карен…»

Лиара, не стесняясь, рыдала в голос, Софен размазывала непрерывно бегущие дорожки слёз. Они провели вместе с Мелной полвека, помнили друг друга молодыми и переживали тяжелее остальных. Рейша то и дело вытирала платком глаза. Азира и Найда притихли и стояли с непривычно серьёзными лицами: смерть Мелны стала первой смертью жрицы в нашем храме с тех пор, как девочки приняли служение.

Миран неожиданно для всех принёс букет поздних диких хризантем, мелких сиренево-сизых цветочков в оправе ажурных колючих веточек. Я совсем забыла, что они росли на полоске сорной земли между огородом и садом. Поступок грубоватого послушника, вложившего цветы в иссохшие тёмные пальцы покойной, тронул меня куда больше, чем я хотела показать. Скойш молился: его губы размеренно шевелились.

Айшет приложила ладони к рукам усопшей, белый мягкий свет окутал тело — и растаял. Осталась пустая смятая постель. Жрица воссоединилась с Предвечной.

Маг, которому я принесла очередную порцию отвара, сразу почувствовал моё настроение.

— Что-то случилось, Карен?

— Умерла старейшая жрица храма. Чудесная, славная, добрая женщина… Впрочем, с течением лет все они становятся такими.

— Они? — прищурился он. — Себя вы жрицей не считаете?

— Я никогда не обрету их сострадательности и великодушия, — призналась я и сразу пожалела о своей откровенности. — Пейте вашу гадость.

— У неё последние дни другой вкус. Не такой мерзкий.

— Самую отвратительную отраву мы прибережём для ярмарки.

Он удивлённо округлил глаза:

— Вы на самом деле собираетесь торговать травами? Я думал, вы шутите. Зачем?

— Чтобы выжить. — Я порылась в кармане и протянула ему изрядно помятый новостной листок. — Император Рагара невзлюбил жриц… Меня сегодня не будет, я с послушниками еду в Окреш за продуктами, вернусь ближе к ночи. Пожалуйста, зайдите к Софен за лекарством сами.

— Ваши послушники, — поморщился маг. — Что они делают в храме? Два крепких здоровых мужика среди женщин… Вы не боитесь?

— Миран и Скойш пятнадцать лет назад принесли пожизненный нерушимый обет, — пояснила я. — Они бывшие преступники, первый осуждён за пьяную драку, в которой погиб человек, второй за воровство. Вместо каторги они выбрали служение Предвечной, это очень древний обычай, сохранившийся в Рагаре. Если один из послушников нарушит слово, как-то навредит жрицам, Праматерь покарает сразу и весьма жестоко. Методы воспитания у неё весьма изощрённы: если провинившийся сквернословил, она отнимает речь, за проявления похоти наказывает лишением мужской силы.

— Однако! — Маг поёжился. — В Асгэре я не слышал о таких обетах. Правда, раньше я никогда не интересовался храмами. А девочки — они тоже жрицы?

— Предвечная приняла их служение. Пока они просто живут и помогают, для обрядов у них не хватает сил. Фактически в храме две жрицы — я и Айшет, остальные или слишком стары, или чересчур юны.

— Айшет — это привлекательная рыжекудрая женщина, которая вечно краснеет?

«На себя посмотри!» — мысленно возмутилась я.

— Айшет — главная жрица храма.

— Поспорить могу, что она асгэрка, — хмыкнул маг. — Только у нас на западе встречаются рыжие зеленоглазые смуглянки.

— Вам виднее. Я не занималась сравнением женской красоты в разных краях Асгэра.

Он ответил дерзкой улыбкой.

— Самые прекрасные девушки в Рагаре. Мой отец умыкнул из империи жену, и мама всегда казалась мне идеалом. К сожалению, я её очарования не унаследовал.

Это точно. Невысокий, угловатый, худосочный, вряд ли он пользуется вниманием у противоположного пола. Женщины предпочитают в мужчинах классическую красоту и мускулистое развитое тело. Хотя кисти рук у него словно просятся в модели скульптору или художнику — изящные, утончённые, с длинными чуткими пальцами, вон, как деликатно обхватывают кружку. Кстати, пустую.

— Вы так нежно гладите кружку из-под отравы, словно вам хочется добавки. Принести?

Маг рассмеялся.

— Если это позволит мне подольше находиться рядом с вами.

До него не сразу дошло, что он произнёс, затем яркий румянец залил щёки. И он ещё что-то говорил про Айшет!

— Я неправильно выразился… Хотел сказать не это… В смысле, здесь так скучно, что даже ваши визиты — приятное разнообразие… Демоны! Теперь я вас обидел!

— Хорошего вам дня. — Я решительно забрала кружку и с гордым видом удалилась.

Жрицы не должны обижаться.

***

С Айшет я увиделась только на следующее утро за завтраком. Главная жрица с упрёком покачала головой.

— Даже не заглянула!

— Я поздно вернулась. Купить продукты по сходной цене с каждой денницей становится всё сложнее.