Зима с ароматом Китая

12. На моем лице чьи-то губы

Яна

На моем лице чьи-то губы. Ладно, не просто чьи-то, все мы понимаем, чьи именно. Его. Он не напирает, но оторваться невозможно. Ручищи прижимают к себе, голова притянута четко к его физиономии. Кстати, об этом.

Меня раньше никто выше ростом никогда не целовал, и никто мою больную шейку при этом не растягивал в непонятное положение. Удручающий дискомфорт!

– Адам, – практически шепотом, пытаясь вернуть верхнюю часть себя любимой в исходное положение. – Адам, стой, – уперлась в него руками.

– 什么?– выдыхает, отстранившись на миллиметр.

Что «что?»? Вот как сказать-то? Что я, вроде как, и не против, но у меня то шею ломит, то хвост отваливается. Пока думала, хватка женишка ослабла, а я, не найдя лучшего варианта, уткнулась лбом в его пальто.

– Что такое?

– Почему ты такой высокий… – пробубнила себе под нос. Ох, не думала я, что когда-нибудь скажу такое с сожалением.

– Что?

– Какой у тебя рост? – подняла голову наверх.

– Сто девяносто пять, – непонимающе ответил.

– Тебе не много? У кого стырил лишние сантиметры?

– «Стырил»?

– Азиаты же вроде все около метра семидесяти, чего ты такой вымахал?

– «Вымахал»?

– Забей, – вернула голову обратно.

– Яна, не могла бы ты перейти на английский?

– Шея у меня болит тянуться к твоим ста девяноста пяти! – громко в лицо по-английски.

Секунда. Две. Три. Смех.

– Знаешь, если дело только в этом, проблема быстро решается, – произнес, успокоившись, но все еще выставляя на показ свои зубы. Ты что, на прием к стоматологу пришел?! Чего лыбишься? – Но тогда мне понадобится твоя помощь.

– Ты о чем?

Недолго думая, он немного присел, обхватил меня под мягкое место и поднял, выпрямляясь. Вот это поворотики. Теперь я оказалась даже чуть выше.

– Удобно?

– Удобно.

– Тогда продолжаем.

– …

– ?

– Момент упущен, – сказала очевидное, но он не отпускал. – Поставь меня вниз, – заерзала.

– 我不想. Я не хочу, – перевел сразу же, видимо, заметив непонимание в моих глазах.

– Адам!

– 我. 不. 想, – подтянул меня повыше, закидывая для удобства на плечо, и понес куда-то вдаль в сторону темноты и разваливающейся лестницы. Так, это еще что происходит? Эй-эй-эй! Ты чего творишь?!

Через мгновение мою тушку плюхнули перед собой в снег на ступень выше. Через два – на заднем плане включили ультраромантическую мелодию. А вот что было дальше, точно не скажу, потому что внутри меня моментально расплылись безмятежность и наслаждение. Запомнила только руки в своих волосах, бесконечные поцелуи и мысль о том, что скоро к больной шее, вероятно, в подружки будет набиваться ангина.



Отредактировано: 20.11.2025





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять