Зима с сюрпризом,или Ищите рукопись

Глава двадцатая

В назначенное время к кафе «Фристайл» подъехал «Опель», из которого вылез грузный из-за надетого бронежилета Четвергов. По его виду невозможно было догадаться, что это подполковник полиции. Уж очень кстати его помощница, майор полиции Гаврилова, сидевшая на соседнем сиденье, предложила ему надеть укороченную дублёнку.

Он галантно помог Маргарите Эдуардовне выйти из машины и достал с заднего сиденья прозрачную упаковку, в которой лежало мороженое «Снежная баба».

Незаметно окинув взглядом близлежащую территорию, они неторопливо двинулись к дверям кафе. Слева на крыльце на картонке из-под коробки сидел бомж и просил у прохожих закурить. Но люди шарахались от его протянутой руки в рваной варежке, к которой, как у ребёнка, была пришита растянутая резинка.

Зайдя внутрь, Четвергов поискал глазами Силко. Как ни странно, но никого похожего в небольшом зале не оказалось. Возле дверей тихо ворковали Малынкин с лаборанткой Ирой. Они даже вида не подали, что расстались с подполковником двадцать минут назад. Аркадий держал свою спутницу за руки, а она мило улыбалась, преданно глядя ему в глаза.

Возле стены, где находилась дверь в служебное помещение, развалился на стуле Волков в свитере домашней вязки. На полу рядом с ним стоял чемодан на колёсиках. Он медленно тыкал пальцем в клавиатуру на телефоне и время от времени чесал за ухом, подавая, таким образом, знак, что клиента пока не видит.

Кроме оперативников в зале находились двое молодых людей с девушками, которые занимали самый дальний столик у противоположной стены. Они шумно что-то обсуждали и громко смеялись.

У окна оставались два свободных столика, один из которых заняли, Четвергов с Гавриловой. Подполковник поставил коробочку с мороженым на стол и огляделся. Потом поглядел на часы и, обратившись к спутнице, невозмутимо сказал:

— Маргарита Эдуардовна, пока наш клиент задерживается, давайте ещё раз пересчитаем нашу выручку. Чтобы, как говорится, дебет с кредитом совпал.

С этими словами он расстегнул на пухлой кожаной папке блестящую молнию и достал ворох бумаг, похожих на бухгалтерские документы. Гаврилова открыла сумочку и сначала накрасила губы, потом достала калькулятор, и они принялись резво считать, тыкая пальцем то в кнопки с цифрами, то в бумаги.

В это время к ним подошёл официант, молодой парень с аккуратной стрижкой и, поздоровавшись, положил на стол меню. Четвергов не стал изображать важного клиента, внимательно изучающего ассортимент затрапезного кафе, а просто сказал, чтобы им принесли хороший кофе и свежие пирожные.

Вдруг Волков, специально говоря на вологодском диалекте, громко спросил у официанта, где ему можно зарядить телефон, потому что он ждёт звонка. Парнишка-официант, наверняка подрабатывающий здесь на карманные расходы, показал розетку и пошёл на кухню выполнять заказ.

Четвергов с Гавриловой, услышав условную фразу, на некоторое время отвлеклись от калькулятора и незаметно огляделись. Говоря про зарядку, Волков предупредил начальника, что человек похожий на Силко подходит к кафе.

У Гавриловой в это время на телефоне высветилось сообщение. Она незаметно подвинула его так, чтобы Четвергов тоже увидел написанное. Но подполковник не успел сразу прочитать мелкий шрифт, потому что в кафе стремительно вошёл Силко. «А в жизни он выше и красивее», — успел подумать Четвергов, и экран телефона померк, скрыв сообщение.

Силко остановился в дверях, внимательно вглядываясь в присутствующих. Ни Четвергов, ни Гаврилова бровью не повели, что уже больше четверти часа ждут его появления. Увидев двух людей с калькулятором, он, оглядываясь, подошёл к Четвергову и спросил:

— Я с вами договаривался по телефону о встрече?

— Ну, если вы Станислав Силко, то тогда, да, — вставая, произнёс Четвергов и протянул ему руку для приветствия.

Силко машинально протянул руку в ответ и почувствовал, что сзади кто-то железной хваткой обхватил его за предплечья и, нагнув вперед, надел наручники. Всё произошло настолько быстро и незаметно, что компания молодёжи, тусившая напротив, ничего не заметила.

Когда оперативники вышли и посадили обалдевшего актёра на заднее сиденье «Опеля», Голованов подошёл к Четвергову и крепко пожал ему руку.

— Как говорится, без шума и пыли московская полиция задержала опасного преступника, не причиняя окружающей среде абсолютно никакого вреда, — сказал он, улыбаясь.

— Ну я бы не стала утверждать так опрометчиво, — игриво поджав накрашенные губы, констатировала Маргарита Эдуардовна.

— Голубушка моя, не пугайте, что случилось? — сразу изменившись в лице, спросил Четвергов.

А Гаврилова, как фокусник в цирке, подняла прозрачную коробочку со «Снежной бабой» и показала три расплывшихся шарика, в которых плавали глаза-изюминки и морковка из мармелада.

— Борисыч, не отвлекайся ты на эти погремушки, — под дружный смех оперативников сказал Голованов. — Пойдём, я тебя лучше с реальным персонажем познакомлю.

Они подошли к машине, стоящей на другой стороне улицы и, открыв дверь, капитан показал на грязного бомжа, сидящего внутри.

— Да вы что обалдели, что ли? — взвился от неожиданного зрелища подполковник. — Давайте всех бомжей соберём и в отделение доставим. Вот смеху-то будет, просто полные штаны.

— Товарищ подполковник, разрешите доложить? — вдруг изменил форму общения Голованов.

— Что-то цирк сегодня затянулся, — угрюмо буркнул Четвергов. — Докладывай!

— Слушаюсь! — чётко ответил капитан и уже в своей манере продолжил. — Когда вы с майором Гавриловой зашли в кафе, этот ряженый подошёл к вашей машине и стал заглядывать внутрь. Меня это насторожило. С чего бы какой-то бомж стал вдруг так интересоваться чужим автомобилем. А он, обследовав «Опель», дошёл до угла посмотрел по сторонам, потом вернулся к кафе, постоял, достал телефон и стал кому-то звонить. Через некоторое время со стороны метро показался Силко. Я его вычислил по высокому росту. Актёр остановился и что-то быстро сказал бомжу, тот кивнул, и Силко направился к кафе. Я сразу отбил СМСку Волкову и Гавриловой. Разве она не дала её почитать?