Зима с сюрпризом,или Ищите рукопись

Глава тридцатая

Утром их ждал сюрприз. Задержанный Слепнёв всю ночь орал в камере, чтобы его отпустили, а сейчас спал богатырским сном, хотя его пора было вести на допрос.

Четвергов, после успешно проведённой операции и крепкого сна, был бодр и полон сил. Голованов тоже испытывал внутренний зуд и хотел быстрее приступить к делу. Поэтому они попросили привести задержанного, даже если он впал в летаргический сон.

Когда в допросную ввели Кирилла Слепнёва, следователи переглянулись, потому что одновременно подумали об одном и том же: «Неужели, этот человек мог украсть рукопись и убить несчастного охранника?»

Этот тридцатитрёхлетний мужчина скорее был похож на Митрофанушку из комедии Фонвизина «Недоросль». Такой же ленивый и неприятный. Правда, очаровать Мосину он, несомненно, мог, даже на первый взгляд, они идеально подходили друг другу.

Пока задержанный отвечал на дежурные вопросы Четвергова, когда родился, где проживает, работает и так далее, Голованов вдруг подумал, что не мог этот тюфяк организовать все эти преступления. Он даже с десятилетним мальчишкой не смог справиться.

То, что он рукопись стащил, это да. Но человека пытать, а потом убить, точно — нет.

— Николай Алексеевич, извини, но мне надо задать один важный вопрос задержанному, — вдруг прервал допрос капитан.

— Я не возражаю. Задавайте, — спокойно ответил Четвергов.

— Гражданин Слепнёв, где находится автозаправка, на которой работает муж Марины Валяйкиной.

— В Лефортово, — лениво ответил он.

— А на какой улице? — не унимался капитан.

— Да она там одна ракушка-Шелл, — сказал Слепнёв и вдруг осёкся.

Голованов пулей вылетел из допросной и влетел в комнату, где сидели Волков и Малынкин.

— Ребята, срочно в машину! — крикнул он. — По дороге всё расскажу.

Они довольно-таки быстро нашли по навигатору нужную АЗС и заехали на стоянку. Оставив оперативников в машине, Голованов подошёл к мужчине-автозаправщику и спросил, где ему найти Валяйкина Володю. Тот пожал плечами и сказал, что его смена закончилась в восемь утра.

Тогда капитан зашёл внутрь помещения, где оплачивали бензин и торговали сопутствующими товарами, включая кофе. Оглядевшись, он заметил в углу охранника в тёмной форме, который пил из стаканчика горячий «Эспрессо».

Голованов задал ему тот же вопрос, на что получил тот же самый ответ. Он уже хотел уйти, но тут увидел, как уборщица как-то по-недоброму улыбнулась, услышав слова охранника.

— Вы что-то знаете? — спросил он молодую узбечку или таджичку, капитан совсем в них не разбирался.

Но она молча взяла чёрный пакет с мусором и направилась к выходу.

Голованов догнал девушку возле мусорного бака на улице. Она, посмотрев по сторонам, быстро сказала, что Воваджан ушёл, не дожидаясь утренней смены, в половине пятого утра.

— Почему? — снова задал вопрос капитан, удивляясь странно названному имени Валяйкина.

— Я точно не знаю, но моя сменщица сказала, что ему позвонила жена, и он скоро ушёл. Жена звонила несколько раз, но он трубку не брал. А потом раз и ушёл.

— А почему трубку-то не брал? — совсем обалдел Голованов.

— Так любовь у них с Гульнур, вот и не брал. Обидеть, наверно, боялся, — таинственно улыбнулась словоохотливая подруга Гульнуры.

— Семён Семёныч, — досадливо произнёс Голованов и побежал к машине.

Он попросил Сергея Волкова срочно ехать по вчерашнему адресу.

— Это к женщине с ребёнком, что ли? — уточнил оперативник.

— Ну да и желательно побыстрей, — вздохнув, понимая, что наверняка опоздали, сказал капитан.

Когда они заехали во двор, то встретили слесаря дядю Васю, который медленно шёл на вызов. Увидев Волкова с Головановым, которые вылезали из машины, он вдруг взмахнул руками и бросился бежать в обратную сторону, скользя по намёрзшим ледышкам.

Сергей не удержался и залихватски свистнул ему вслед. Отчего дядя Вася прибавил скорость и вскоре скрылся за углом.

— Ребята, от этого, как там его назвала узбечка, Воваджана, можно ожидать, что угодно, поэтому будьте начеку, — предупредил он оперативников, поднимаясь на четвёртый этаж.

— Да уж не маленькие, понимаем, — ответил Аркадий Малынкин.

Они остановились возле двери с номером семнадцать и прислушались. Внутри было тихо. Волков подёргал дверь.

— Закрыто! Звонить будем?

— Звони, — согласился Голованов.

В квартире стояла подозрительная тишина, хотя вчера они были свидетелями, как от малейшего шума ребёнок начинал плакать.

— Серёга, стой здесь, а мы с Аркашей спустимся вниз, надо кое-что проверить, — сказал Голованов, сбегая вниз.

Они вышли из подъезда и осмотрели двор, заваленный снегом.

— Когда Слепнёв вчера приехал сюда, он оставил машину здесь, возле подъезда, но сейчас её нет, — начал вслух рассуждать капитан. — Значит, Валяйкины уехали на ней.

Он быстро набрал телефон Четвергова и попросил объявить план-перехват автомобиля Слепнёва. В это время из подъезда вышла пожилая женщина и подозрительно посмотрела на двух незнакомых мужчин.

— Извините, вы не видели сегодня квартирантов, проживающих в семнадцатой квартире? — задал ей вопрос Голованов, одновременно показывая удостоверение.

— Это, у которых маленький ребёнок? — уточнила женщина.

— Совершенно верно, — нетерпеливо подтвердил капитан.

— Я живу на первом этаже и постоянно слышу, как плачет этот малыш, когда мама выносит его гулять, — медленно произнося слова, женщина взяла Голованова под руку и пошла с ним в сторону дороги, где находились магазины. — А сегодня эта молодая дурочка с ребёнком разбудила меня в половине седьмого утра. Вы представляете? Её малыш явно нездоров, и я думаю, что она повезла его в больницу, потому что у неё была большая сумка, которую таксист укладывал в багажник.

— А как вы определили, что это был таксист? — спросил капитан.

— Ну это же элементарно. У него на крыше машины горела мигалка с шашечками. После этого я не могла долго заснуть, а потом проспала до десяти часов, пока меня не разбудил телефон. Это моя…»