Зимнее благословение

Глава 7

 Но допроса не получилось. Ваня зашёл в каюту и упал. Прямо у порога. С одной стороны меня распирала гордость, за то, что он не показал слабости и сам дошёл. С другой, злость тоже распирала, так как эту тушу на кровать пришлось перетаскивать мне. По пути снимать сырые вещи. И когда, наконец мужчина оказался голый под одеялом, я вспомнила, что могла призвать стихию. Ощущение, что брюнет меня когда-то покусал и я начинаю мыслить, как он.

А ещё через два часа выяснилось, что у Вани жар. И в бреду он провёл два дня. Чуть легче стало как когда надо было высаживаться. Доктор выдал ещё лекарства и сказал не полениться, дойти до больницы.

Спустившись с корабля сразу задалась вопросом гостиницы.

- Какая гостиница? – громко возмутился Ваня. Слишком громко для человека, который еле ноги переставляет. – У нас билет на поезд через пять часов, а надо ещё до вокзала добраться. Это туда, пошли.

Мужчина махнул рукой в нужном направлении и уверенно пошёл. Я его догнала, остановила, потрогал холодный лоб и выразительно приподняла бровь.

- Да мне ночью стало легче. – покаялся Ваня. – Даже в душ смог сходить, пока ты спала.

Я ждала. Брюнет молчал. Пришлось снова приподнять бровь.

- Сам не знаю, как так получилось. Просто волна поднялась и закинула обратно на палубу. Может на корабле и такой артефакт есть, сейчас точно не узнаем. Вряд ли капитана найдём. Смотри, кафе, пойдём кофе выпьем. Я слышал в Шаркле есть какой-то невероятный сорт сыра.

Последним меня подкупили с потрохами. История с воскрешением напарника мутная, но сейчас я точно концов не найду. Поэтому молча повернулась и пошла в кафе. Заодно отметила, что в этой стране довольно жарко, скинула плащ, оставаясь в платье. И надо будет где-то переобуться, в сапогах ноги преют.

В кафе заходила с опаской, но Эсмеральдина из-за угла не выскочила. Уютное, светлое место. Большими стёклами смотрело на площадь с фонтаном. Столики были маленькие, рассчитанные максимум на двоих. Странно. Много зелени и приятный лимонный аромат. Ваня пошёл к стойке сделать заказ, а я устроилась за столом, рассматривая вид за окном. Другая страна, а вроде всё как обычно. Те же люди, спешащие по своим делам. Такая же одежда, которую используют у нас в тёплое время.

И официантка так же плотоядно смотрит на моего мужчину, не замечая, что он не один. Да что это такое! Почему на меня так мужики не смотрят, как на него женщины. Кстати, действительно, почему? Обычно на голубоглазых блондинок засматриваются просто из-за шаблонности. Призвала стихию и обнаружила на себе заклинание, отводящее глаз. Кажется кто-то играет нечестно. Но ничего, это поле рассчитано на двоих игроков. Аккуратно перекинула заклинание на спутника и насладилась вкусом кофе.

- Какие у нас планы? – поинтересовалась, пробуя тот самый сыр. Острый с ореховым послевкусием.

- Сегодня поезд до столицы. Едем два дня, надо купить что-нибудь перекусить в дорогу. Там гостиница и полтора дня на достопримечательности. У тебя, кстати, есть платье для торжества?

- Конечно! – кивком показала на чемодан, который Ваня постоянно носил. – У меня есть всё. Да, не будет очень некрасивым жестом, если я тут переобуюсь?

- Видишь вон там у входа пуфики. Они как раз для этих целей. Многие приезжают, не зная какая погода. Поэтому во всех ближайших к вокзалу кафе есть специальные места. Даже заказывать что-то не обязательно. Между прочим, с нашей стороны так же, только там лавочки, а не пуфики.

Это была замечательная новость. Перед тем, как уйти, сменила сапоги на балетки. Всё жизнь заиграла новыми красками. В Шаркле абсолютно другие ароматы. Воздух горячий, в котором разлит вкус кофе и сладость всевозможных цветов. Клумбы были везде! У домов, во дворах, вдоль дорог. Всё остальное было, как в наших маленьких городах, которые я успела увидеть через окно поезда. И в этот момент окончательно решила, что буду больше путешествовать.

До вокзала добрались, на удивление, без приключений. И даже в поезд сели с первой попытки. Меня это начинает пугать. Что такое должно произойти дальше, если судьба нам даёт передышку? Состав с рельсов сойдёт? Пожар? Наводнение?

- Девушка, вот ты где спряталась! – как только поезд тронулся, в купе заглянул мужчина. – Но я смог найти, потому что меня вела нить, которая связала наши сердца!

Да, не такого я от судьбы ждала удара. Низенького, пузатого удара. Живот мужчины был красиво подчеркнут ремнем, застегнутым под выпуклостью. Рубашка модного сиреневого оттенка сшита на заказ с вытачками в районе талии. Он зашёл и, не спрашивая разрешения, уселся рядом. Осмотрел меня сальным взглядом, раздевая, делая выводы и одевая обратно. Говор мужчины был с диким акцентом, что не мешало ему находить слова руками. То есть усиленно жестикулировать.

- Меня зовут Мамир. Увидел тебя на перроне и влюбился! Понял, что это судьба и побежал покупать билет. Ты такая горячая, прямо огонь! – он облизнул губы и чуть выдвинул их, как для поцелуя. – Хочешь, уединимся в моем купе.

Вот так сразу уединиться? А где ритуальные танцы с букетами и конфетами вокруг жертвы? Я беспомощно посмотрела на Ваню. Спутник довольно улыбаясь, наблюдал за представлением и помогать явно не собирался. Мозг же в это время пытался проанализировать, когда хладнокровная блондинка стала «горячей, прямо огонь»? Не дождавшись никакой реакции Мамир усилил напор:

- У нас есть два слова – обращение к женщине. «Адажи» - значит, уважаемая, как мать. А если я скажу, - голос мужчины стал хрипловатым и тихим, он ещё раз облизнул губы, прикусив нижнюю и томно посмотрел в глаза, - «шати», ты должна растаять, это значит желанная. Чувствуешь, как начала таять?

Удобно, однако, даже имя не надо спрашивать. Или придумывать «о, цветок моего сердца, давай соединим тычинку с пестиком». В общем, то, что я сейчас чувствую культурные девушки, тем более учителя младших классов, не должны произносить вслух. Но ученики далеко, а Мамир слишком близко:

- А теперь встал и вышел отсюда! – произнесла максимально холодно. – Иначе я вспомню все наши обращения к мужчинам. А они матерные и не имеют двойных значений!