Зимние феи Эммы Эванс

Глава 1

Эмма Эванс прибыла в город Нортхилл ясным зимним днем. Был легкий мороз и снег скрипел под ногами ее утепленных, меховых ботинок. Погода была просто чудесной. Она посчитала это хорошим знаком: в ее родном Сент-Райфе зимой было ужасно мало солнца, а здесь, судя по туристическим буклетам, стоило носить солнечные очки, особенно в горах. Новая жизнь, новое все! Ей явно сопутствовала удача!

Первые полдня Эмма занималась переездом: грузчики таскали ее вещи(множество коробок с пометками “осторожно, хрупкое!”), сама же она суетилась, проверяя и подписывая договор аренды небольшого двухэтажного здания: на первом этаже будет располагаться ее будущая лавка, на втором – квартира. Наконец, все формальности были улажены и Эмма смогла ненадолго выдохнуть. Затем занялась лавкой: нанятые рабочие установили яркую вывеску, прикрутили полки внутри и собрали несколько навесных шкафчиков. Потом Эмма прибралась и наскоро вымыла грязные окна. Витрина – лицо любой лавки, она должна была сиять. Эмма повесила плетеную плошку перед лавкой и глянув в карманный календарик, высыпала в нее горсть орехов. Вроде бы все сделала и ничего не забыла. Ах, да, еще маме отзвониться, что переезд прошел благополучно и ее любимую дочь никто не съел ни в поезде, ни в самом Нортхилле. Надо бы открытку им с папой послать.

– Гав!

– Сейчас-сейчас! Подожди одну минутку, ладно? – попросила Эмма.

Булочка вновь гавкнула и села на пятую точку. Она была спокойной и дружелюбной собакой, и восприняла переезд на новое место без малейшего беспокойства. В дороге вела себя идеально. Булочка была рыжим корги с белой грудью и черной спинкой и, по мнению Эммы, самой лучшей собакой на свете.

Булочка была с ней полностью согласна. И тоже самое, наверняка, считала про свою хозяйку. По-крайней мере Эмме нравилось так думать.

– Какая красивая собака! Самая красивая на свете! – воскликнула Эмма и обняла Булочку. Чмокнула в макушку, позволила облизать себе щеку и вернулась к делам. Булочка с интересом наблюдала за ее действиями.

Наконец, лавка была подготовлена к завтрашнему открытию, а Эмма полностью вымоталась. Пора было перекусить.

– Итак, где же нам поесть? Как думаешь? – спросила Эмма.

Булочка оживилась и потащила ее в соседнюю пекарню, откуда давно уже доносились упоительные запахи выпечки. Они обе приметили ее с самого утра, не только благодаря хорошо оформленной витрине, но и за счет симпатичной картинки кота и пса с подписью “можно с животными”.

Владелец пекарни явно был хорошим человеком.

Перед выходом Эмма привела себя в порядок и покрутилась перед зеркалом, поправляя одежду и распуская непослушные светлые кудри ниже лопаток. Своими волосами Эмма гордилась и тщательно за ними ухаживала. Длинные волосы и пышная грудь были самыми выигрышными элементами ее внешности. Ну, может, в достоинства стоило еще отнести зеленые глаза: не зря же говорили, что это самый редкий цвет глаз. Самый загадочный и чарующий. Кавалеры Эммы обычно делали им комплименты. Увы, на этом ее красота заканчивалась: Эмма была полновата, с заметными щечками и совершенно незаметной талией. Овал лица у нее еще был четким, но о хрупких пальцах и трогательных ключицах не стоило и мечтать. Да и пятая точка была больше, чем советовали модные журналы. И руки мама советовала прикрывать рукавом.

Эмма фыркнула и улыбнулась своему отражению.

– Кто самая красивая девушка в этой лавке? – спросила она.

– Гав! – ответила Булочка.

– Правильно! Эмма Эванс! А кто самая красивая собака в этой лавке?

– Гав! Гав!

– Опять угадала! Мы с тобой обе красотки! А теперь пора перекусить!

Эмма застегнула яркий оранжевый пуховик, надела цветную шапку с помпоном, надела на Булочку ошейник с поводком и отправилась в пекарню. Пекарня выглядела чудесно и старомодно: здание явно относилось к началу века, с его тяжелой деревянной дверью, прямоугольными окнами и четкими линиями в оформлении. Этот стиль владелец постарался сохранить, немного обновив: вывеска с кренделем явно была новой, а в витрине помещались муляжи батонов, булочек и кексов. Но выглядели они так, что Эмма с Булочкой чуть слюной не захлебнулись. Пройти мимо было просто невозможно.

Звякнул колокольчик на двери.

– Добро пожаловать, – мужчина за прилавком улыбнулся ей, – о, это вы! Вы – моя новая соседка, не так ли? Джим Симмонс к вашим услугам.

Он, в отличие от Эммы, был очень стройным, с гармоничной фигурой и сильными руками. Навскидку ему было лет тридцать пять-тридцать семь и он сразу произвел на Эмму приятное впечатление: улыбчивый, кареглазый, с небольшими мимическими морщинками возле рта и открытым взглядом. Короткие светло-русые волосы лежали аккуратно, но ровно настолько чтобы было ясно, что Джим Симмонс – не модник, а просто привык всегда выглядеть прилично. Эмма почему-то ясно представила его старшеклассником в отглаженной рубашке и галстуке: вежливым отличником, чьей самой серьезной выходкой было курение тайком от учителей и родителей.

У Джима Симмонса была ощутимая аура хорошего парня.

– Эмма Эванс. А это Булочка, – представила их Эмма, – да, мы теперь соседи. А у вас тут мило.

Пекарня была небольшой: в ней помещался прилавок с выпечкой, кофейный аппарат и три крохотных столика, которые сейчас пустовали.

– Вы ведь не из Нортхилла? Я видел кучу чемоданов у входа в лавку, – спросил Джим Симмонс.

– Я из Сент-Райфа. Но решила поменять свою жизнь, переехать и мне рекомендовали этот город. У вас тут много солнца и потрясающие виды! Горы просто великолепны!

– Согласен. Нужна помощь с переездом?

– Пока нет. А вот с обедом – да, – Эмма вновь улыбнулась и склонилась над прилавком, – хм, у вас только сладкие булочки? С мясом нет? Я обожаю пирожки с мясом и базиликом.

– Увы, – Джим Симмонс развел руками, – есть свежий хлеб, кексы с шоколадной крошкой, булочки с корицей, с заварным кремом и круассаны с миндалем. Я работаю один, так что ассортимент ограничен. Что успел испечь, то и продаю.