Зимняя история. Эпис

7

Эрика всегда старалась внимательно наблюдать за действиями Макса. Сегодня же девушка уже была опустошена, а все силы уходили лишь на то,чтобы не свалиться в обморок. Макс никогда не кормился от нее, хотя Эрика и знала, что друг пользовался жизненными потоками клиентов. Девушка надеялась, что это что-то значит. Сегодняшний же день кроме физической слабости внезапно болью отдавался где-то в районе груди.

Конечно, для Эписа не было странным владение самой магией, ведь с энергией рождался каждый человек. Именно энергия была той силой, что использовали все с самого детства. Даже некроманты, что добровольно отказывались от этого Дара Всевышнего и Сильнейшего, чтобы служить Безмолвной, и те сначала учились управлять энергией, а уже после - жизненными потоками. Все, кроме Макса. Он словно был рожден служить Безмолвной, но никогда не признавал ее существования, относясь к покровительнице мертвых с пренебрежением. Почему его до сих пор не настигла за это какая-нибудь кара Эрика не понимала, но в глубине души радовалась.

Эрика Ханни наверное была единственной, кто считал, что в Максе Крейне есть что-то светлое. Наверное за это он и называл ее регулярно пустоголовой дурой.

Как-то раз, после очередной ссоры с Максом, Эрика вдруг рассказала матери обо всем. О его грубости, о том, что он не признает ни чужих богов, ни свою покровительницу. И Эрика была очень удивлена, когда немного помолчав, ее мать вдруг словно подтвердила его слова. Это был очень странный диалог, который почему-то вновь всплыл в голове Эрики именно сейчас, когда ее потоки были плотно притянуты к мертвому телу.

- Ты же хорошо помнишь история, Эрика? - вдруг спросила ее тогда мать, а Эрика лишь недоуменно уставилась на нее, не ожидая такого поворота событий.

- Конечно.

Мать Эрики тогда подняла с края сервиза тонкую ложечку, водружая ту на кончик пальца, словно детские качели.

- Сколько нужно человек, чтобы удержать баланс?

- Двое, - нахмурилась Эрика, а ее мать кивнула.

- Как там в легенде, - осторожно поправив кудрявый рыжий локон, в прядях которого уже появилась седина, - ты должна это помнить.

Эрика помнила, но почему-то, глядя на качающуюся ложку, снова повторила про себя каждое слово.
Бесконечный поток, безграничное ничто. И не было Бездне начала. И не было Бездне конца. Величие в полной пустоте.

Сотворила Бездна Слово. И явился звук. И раздалось в потоке: “Раз”.

Так появилось Время.

И стало это Началом. Покой исчез из Бездны. Постоянный счет не прекращался, нарушая идеальный поток. Время измеряло. Отсчитывало. Время Было.

Жалела Бездна о содеянном. Поток не подчинялся Времени, но сама Бездна словно измельчала перед ним. Ведь теперь и Она была измерима Им.

И сотворила Бездна Пламя. Но не могло Оно уничтожить Время. Яркой стала пустота. Свет разнесся по всему потоку, мешая Бездне Видеть.

И решила Бездна уничтожить Пламя. Но Время было бессильно перед Ним.

И поняла Бездна, что они трое Равных. И завыла в бесконечной пустоте. Поток не мог проникнуть в Пламя, не мог растворить Время. Время не способно было разрушить поток, поглотить Пламя. И Пламя не могло сжечь Время, испепелить поток.

Но Время не могло течь в пустоте, не имея опоры, лишаясь смысла. Пламени негде было гореть, нечего поглотить.

Так появился Голод.

И нечем было питаться Бездне. И взвыла она, проклиная творения свои. Решила Бездна вернуть покой, разделив пустоту, избавившись от созданий.

- Нет ничего сильнее Времени, - произнесла Бездна, наградив потоком первое создание, - нет ничего выше Пламени, - равны вы в величии своем.

Хитра была Бездна. Ведь тут же возмутилось Время.

- Я - начало всего и конец всего. Я Было тогда, когда Ты не знала. Я Буду тогда, когда не Будет ничто.

- Я, - заполыхало Пламя, обвивая путами огненными первое создание, - начало всего и конец всего. Я Стал из ничто, и все ввергну в ничто. Я Буду тогда, когда не Будет ничто.

Воспряла духом Бездна. Крики раздавались в пустоте, но знала Она, что удался трюк ее. Вытянула Бездна поток между ними полосой.

- Я сотворила Вас, - и засиял Пламенем поток, - я продолжаюсь в Вас, - и дернулась полоса от Времени на ней, - так покажите же, кто равен мне в величии Моем.

И сцепились создания. Каждый в сторону свою сильнее тащил поток, концентрируясь на тонкой полосе. Исчезая из Ничто. Ждала Бездна, пока последний язык Пламени коснется потока. Снова ждала Бездна, пока везде, где Есть ничто, не испариться последний Звук Времени. В ничто крутилась полоса, выравнивалась. С последней каплей Силы успокоился поток.

И затянула Бездна созданий в Голод. Не мог тот проникнуть внутрь, но и вновь выпустить Время и Пламя в ничто не мог.

И растворилась Бездна в полной тишине.

Но не подумала Бездна, что Голод, не поглощая созданных, растет в ее потоке...

- Так все правильно, - нахмурилась Эрика, указывая ладонью на ложку, - Всевышний, что Пламенем очищает души перед перерождением, и Сильнейший, который и есть Время, держат баланс. А Бездна - это Безмолвная. Что не так?

Мать Эрики осторожно положила ложку на столешницу и улыбнулась дочери. Ее взгляд отражал такую усталость, которую Эрика замечала так редко, что даже немного встревожилась.

- Если бы Бездна, Эрика, проникла в наш мир - его уже не существовало. Всевышний и Сильнейший держат баланс для того, чтобы этого и не произошло.

- Но Безмолвная…

- Лишь миф, Эрика, - грустно улыбнулась Элис, поглаживая пальцы дочери, - миф о человеке, что когда-то смог победить саму смерть.

_______
Дорогие друзья!
Бонусная история скоро завершается.
Мне будет приятно увидеть пару строк от вас, так как уже давно лежат черновики про Макса Крейна - на целую книгу.
И пока я не понимаю, чтоит ли рассказывать его историю или нет - тишина в комментариях не дает ясности)
Всех с наступившим Новым годом!