Зимняя роза

Глава 15

Загадочная поклонница пушкинских стихов сдержала обещание и больше не появлялась возле третьего отделения, не провоцировала тайную полицию, и в целом не доставляла хлопот. Поначалу Александр Христофорович Бенкендорф был рад этому, но со временем стал понимать, что дело нечисто. Жизненный опыт подсказывал главе жандармов: если человек изначально неблагонадежный и опасный, он таковым и останется. А еще он не понял, где же все-таки Анна Шишкина родилась, и это раздражало его.

Несколько оставшихся дней до Рождества и Нового года ему постоянно приносили отчеты про ведьм. Этими чертовками могли оказаться любые женщины – от дворянок до крепостных девок. Последние, конечно, редкость, и на том спасибо. Бенкендорф не собирался отслеживать каждую служанку империи, всей тайной полиции не хватит следить за хитрыми преступницами.

В отличие от Анны они действовали.

С двадцатого по двадцать восьмое декабря в Петербурге случилось четыре крупных пожара. Последний – в самом центре. Поджигателей не видели, огниво никто не терял, и в целом ни одной зацепки у Тайной канцелярии не было. За тем лишь исключением, что трое случайных прохожих утверждали, будто видели во время последнего пожара худенькую рыжеволосую девушку. Но такого факта, как существование ведьм, к уголовному делу не пришить. Придется искать самостоятельно.

А сначала придется потревожить ту же Анну. И Бенкендорф решился на крайние меры, исключительно ради уловки в расследовании. Он послал Шишкиной конверт с аккуратной подписью и без печати тайной канцелярии. Обычное приглашение на романтическое свидание в один из ресторанов Петербурга.

Ведь в этом нет и не может быть ничего подозрительного или страшного. Он искренне так думал, подписывая конверт собственным именем и зная, что Шишкина не посмеет отказаться или проигнорировать письмо.

***

Письмо принесли ранним утром.

Анна взяла конверт и долго смотрела на подпись, едва заметно усмехаясь.

Глава Тайной канцелярии все-таки нашел способ добраться до нее. Что ему угодно на сей раз? Устроить ей ловушку, полную провокационных вопросов? Давить и угрожать? Вытягивать правду манипуляциями? Связано ли это приглашение с серией пожаров, к которым точно не причастна ни одна ведьма или тайная полиция сумела обнаружить след женской ветви Союза?

Теперь Екатерина уехала, и никто не сумеет ей помочь.

Если только… Настя?

К удивлению Анны девушка совсем не испугалась имени Бенкендорфа, а только предложила срывающимся голосом:

- Надо тебя нарядить.

- Зачем? – удивилась та.

- Возможно ты забыла, но Александр Христофорович приходится мне и Кате двоюродным дядей, - сообщила взволнованно Анастасия. – Он ценит красоту и изящество. Своим милым видом ты сумеешь усыпить его бдительность.

Звучало это обнадеживающе. Скрепя сердце Анна дала согласие, и юная Вильман побежала выбирать в гардеробной самое красивое платье из тех, что могло бы подходить Анне. Вдвое они остановились на светлом наряде, идеально подходящем девушке ее возраста и положения. Длинные и густые темные волосы убрали в красивую прическу, а обвешиваться тяжелыми украшениями ради свидания с этим страшным человеком она не собиралась. Поэтому образ получился простой, но милый.

Шишкина прибыла в ресторан вовремя, элегантная, спокойная, внешне ничем не выдававшая своего внутреннего волнения. Бенкендорф встретил ее прохладно, но без презрения, что сразу вызвало улыбку на губах девушки.

Пытается сохранить остатки дружелюбия между ними?

- Вы, должно быть, удивлены моими методами, Анна, - сказал он, жестом приглашая ее сесть. – Признаться честно, меня самого порой немного смущают мои поступки. Но служба требует жертв.

Анна кивнула, но взгляд ее оставался настороженным. Она прекрасно понимала, что глава жандармов не собирается играть честно. Его манера говорить ясно говорила о том, что все заранее подготовлено.

Между тем, пока они вели беседу, в глубине ресторана незаметно появился еще один посетитель – невысокий мужчина средних лет, с усталым лицом и внимательным взглядом. Его присутствие казалось совершенно естественным, однако именно этот человек следил за происходящим со стороны, чтобы потом доложить Александру Христофоровичу о своих наблюдениях.

Вино оказалось легким, а блюда – изысканными. Разговор плавно перешел к пожарам. Бенкендорф осторожно начал выводить собеседницу на откровенность, используя искусно сформулированные вопросы, способные заставить любого заговорить против себя. Однако девушка оказалась достойным соперником.

- Я понимаю ваше беспокойство, господин генерал, - спокойно произнесла она, слегка подавшись вперед. – Но разве я похожа на поджигательницу?

Александр Христофорович усмехнулся, бросив быстрый взгляд на своего помощника, сидящего неподалеку.

- Ах, дорогая моя, ваша таинственность заставляет нас подозревать вас во всем. Возможно, именно потому, что вы так хорошо умеете скрываться, мы и допускаем ошибку, считая вас причастной.

Анна внимательно следила за реакциями генерала, мысленно молниеносно перебирал варианты развития событий. Вдруг дверь ресторана распахнулась, и внутрь стремительно вошел молодой офицер, очевидно, крайне взволнованный.

- Господин генерал! Это ужасно… снова пожар! Только что загорелся дом графа Оболенского…

Все присутствующие замерли.

Бронзовые часы на стене пробили полночь, закричали женщины, кто-то выбежал на улицу, хватая на ходу шубу. Бенкендорф угрюмо смотрел на происходящее, думая, что эта ночь станет поворотной в его жизни, а возможно и в судьбе загадочной Анны Шишкиной.

- Мы пойдем, господин генерал?

- Нет. Пожар потушат пожарные, - ответил он сухо, продолжая изучать ее жадным взглядом, - а мы с вами будем говорить.

Она коротко вздохнула, но заставила себя смириться.

- И мой первый вопрос, Анна Сергеевна, - колючий глаз скользнул по ее лицу, - скольких ведьм вы знаете?

Девушка дернулась – словно током ударило.