Зимняя симфония: от одиночества к семейному счастью

Глава 2

Кивнув моим словам, мужчина протянул мне руку.

— В таком случае я рад знакомству, Шарлотта Ларссон, — произнес он своим глубоким, с небольшим рычанием, голосом. — Меня зовут Тэодор Эрик Мэрнер ван Фьёрд.

В ответ я кивнула и неуверенно протянула ему ладонь. На что он только улыбнулся уголком губ и, перехватив мою ладонь, поднес ее к своим губам. От его простого джентльменского жеста меня окутало внезапное тепло. Удивленно посмотрев на его лицо, я лишь увидела его ухмылку, а вот глаза…они оставались холодными.

Какой же он странный, этот мистер Мэрнер.

Высокий, кареглазый, с волнистыми темными как крыло ворона волосами. Он был сурово красив. И даже старый неглубокий шрам на левой щеке не уродовал его внешности. Одет он был в черную куртку из дорогой ткани; из слегка раскрытого ворота которой виднелась черная рубашка, и отлично сидящие брюки.

В последний раз взглянув теперь уже на бывшего отца, в своем сердце я вычеркнула его из статуса родителя, я сделала свой первый шаг к новой жизни в роли гувернантки —хоть и с риском стать рабыней.

Каждый шаг уносил меня дальше от той, кем я была. Но впервые за годы я дышала — не как жена, не как дочь, а как… никто. И в этом «никто» таилась странная свобода.

Мы шли молча, мистер Мэрнер вел меня через толпу потенциальных покупателей, которые стояли и торговались с продавцами. И чем дальше я шла по рынку, тем сильней удивлялась. Я так хотела остановиться и повертеть во все стороны головой, рассматривая все необычные детали местного рынка, но воспитание настоящей леди не позволяло этого. Но даже то, что я увидела сейчас, говорило о том, что товар здесь был представлен лишь через обычные материальные вещи. Лотки ломились от тканей, инструментов, свитков — но ни одного человека в цепях.

Не глядя на меня, мистер Мэрнер счел своим долгом объяснить мне происходящие здесь сделки.

— Это рынок, на котором способные к магии люди предлагают свои услуги нам — драконам. А мы, — при этих словах он горько усмехнулся и кому-то кивнул в толпе. — Мы пользуемся предоставленной возможностью и благодаря такому обмену узнаем новые детали людской науки. Что позволяет нам расти и делать королевство сильней. Позвольте угадать, ваш бывший хозяин…или просто никчемное создание, которое сейчас думало, что продало вас, — он думал, что здесь невольничий рынок? Хотя, — не дожидаясь от меня ответа, мужчина продолжил. — Вы, скорее всего, также посчитали? Что сейчас станете рабыней какого-либо дракона? Я прав? Но, вы ошиблись…

— Тогда, — рискнула я подать голос, который все еще дрожал от страха и волнения. — Зачем вы вели с ним именно в таком стиле диалог?

— Слухи — это отличный способ привлечения сюда…скажем, попавших в немилость ученых?

Мистер Мэрнер, произнеся эти слова, наконец, развернулся ко мне лицом и пристально посмотрел в мои глаза.

— Даже заключенный между мной и вашим…кх-м, хозяином, магический договор сейчас представляет простую сделку, — и немного помолчав, добавил: — Лишь сделку без принуждения.

Смотря в его глаза, я с надеждой неуверенно протянула:

— В таком случае я могу уйти? Получить свободу?

— Почему бы и нет? — задумчиво растерев подбородок пальцами, мистер Мэрнер продолжил: — Но лишь после того, как отработаете цену, которую я заплатил за вас. А она составляет пару золотых монет.

— Гувернанткой? — еще раз уточнила я, боясь услышать, что он передумал насчет моей роли.

— Гувернанткой, — кивнул мне мужчина.

Но стоило надежде расцвести в моей душе, а на лице проявиться улыбке, как он вернул меня с небес на землю.

— В нашем королевстве хорошая гувернантка получает месячное жалование в размере тридцати серебряных и десяток медных монет. Безусловно, в моем доме за еду вы не будете платить, а униформу вам предоставят. Давайте посчитаем: если серебряных монет в золотой ровно сто. То срок вашей работы на меня, на основании заключенного магического контракта, выходит где-то на полгода. Это срок, необходимый для полного выкупа своей свободы у меня.…

При этом он задумчиво посмотрел на меня, изумленно раскрывшую рот. Поймав его взгляд на моих приоткрытых губах, я поспешно прикрыла их ладонью. Жар стыда прилил к щекам, и я почувствовала, как дрожит рука, прикрывающая рот. Манеры, вбитые с детства, стали моей второй натурой!

Внимательно наблюдающий в это время за мной мужчина, слегка кивнув своим мыслям, склонился ко мне ближе и произнес:

— Но, предупреждаю: если же вы не справитесь со своей работой или будете отлынивать, то контракт может продлиться. Безусловно, с понижением жалования. И даже с возможным понижением вас с гувернантки до простой служанки.

Я смотрела в его карие глаза и понимала: судьба даёт мне шанс — шанс стать свободной в чужой стране. Не сразу. Но впервые за долгое время — по-настоящему. И тут я не рабыня! А значит я сделаю всё, чтобы выкупить себе свободу. И даже история с мужем и отцом не смогут меня остановить либо сломить!

— Вижу, как в ваших глазах загорелось желание бороться, — произнес он впервые мягко улыбаясь. — Я ценю это в людях либо драконах. Этот взгляд говорит, что внутренний стержень не сломлен. А посему, прошу сесть в экипаж и через пару часов наконец познакомиться со своей работой — моими детьми.

Говоря это, он указал рукой на стоящий на границе между рынком и дорогой экипаж, запряженным лошадьми.