Зимняя симфония: от одиночества к семейному счастью

Глава 7

Зайдя в просторный холл этого дома, я даже слегка удивилась. Никто из слуг не спешил к нам навстречу.

— Как странно, — прошептала я.

Мне казалось, что произнесла я это совсем негромко, лишь себе под нос, но, видимо, мистер Мэрнер все же услышал меня.

— На данный момент в штате у меня лишь трое слуг, не считая вас, конечно, — произнес он с ухмылкой, и, сняв самостоятельно куртку, повесил ее сам же на вешалку возле входной двери.

Промолчав насчет странного состава местной прислуги и кивнув его словам, я бросила взгляд на него и…моргнула.

Я застыла, заворожённо смотря на его крепкие, уверенные руки. На то, как перекатываются его мышцы под рубашкой, и просто непроизвольно сравнивала его со своим теперь уже бывшим мужем. Который никак не мог похвастаться такой мускулатурой. Но тут же была поймана на этом — и кем! Моей же будущей воспитанницей.

Театрально прочистив горло, Мэджи, бросив на меня недовольный взгляд, просто повисла на той самой руке, которую я только что рассматривала. Ничего более! А девочка вела себя так, будто я представляла для неё угрозу куда более личную, чем просто новая гувернантка!

— Мэджи? — ее отец так удивленно посмотрел на нее, что щеки девочки вспыхнули легким румянцем.

— Ничего, папа, — быстро нашлась она. — Я просто так по тебе соскучилась, что решила проверить — сможешь ли ты меня удержать одной рукой.

— Странно, но ладно, — согласно кивнув ей, мистер Мэрнер повернулся ко мне и рукой указал вглубь дома. — Давайте пройдем и, наконец, найдем экономку Силию, она должна будет выдать вам униформу. Хотя странно, что ни она, ни тем более дворецкий не поприветствовал нас.

В этот момент девочка, наконец отцепившись от руки отца, сделала пару шагов в сторону и опустив голову, произнесла:

— Отто, пап. Ему снова плохо, — шмыгнув носом, она продолжила, так и не подняв глаз. — А Силия сидит возле него. Она в его комнате с ночи… папа!

Мужчина, недослушав дочку, быстро поспешил вглубь дома, к лестнице, ведущей на второй этаж. Не раздумывая, я устремилась за ним.

— Прости, папа, — чуть не плача произносила Мэджи, спеша за нами. — Я так обрадовалась, что ты вернулся, что не сразу рассказала тебе про состояние Отто.

Но мистер Мэрнер не слышал, он стремительно шел к своей цели.

Пробегая через холл к лестнице за мужчиной, я отмечала про себя простор комнат и минимализм в мебели. Но везде, куда ни глянь, висели черные шторы — явный признак траура.

И вот я уже стою возле открытой двери в комнату, но обзор в нее мне закрыла спина мистера Мэрнера.

Он просто замер, так и держась одной рукой за дверь, а вторую уперев в дверной откос.

— Силия…

Голос мужчины дрогнув…сорвался, и в каком-то отчаянии он провел по волосам ладонью. А в моей голове прозвучал мужской бархатистый с крупицей рычания голос: «Сынок, ну ты что?!..»

На интуитивном уровне, чувствуя всю силу мужского отчаяния, я уже сделала шаг к нему, как увидела поспевшую пожилую женщину. Она была с уложенными в узел волосами и в строгом черном платье с черным кружевным фартуком.

Эта пожилая женщина, видимо, и есть та самая экономка, которая сидела всю ночь над сыном мистера Мэрнера.

— Сэр Тэодор, — произнесла она, а у меня словно пол под ногами качнулся. Она обратилась к нему не как к «мистеру», а произнесла — «сэр»! — Отто сейчас спит, я ему заварила много целительных трав, так что не бойтесь, и прошу вас успокоиться. У него сейчас все хорошо.

Неосознанно кивнув ее словам, мужчина все же медленно прошел в комнату. Туда, где на кровати сейчас спал его ребенок.

Уже сделав шаг за ним, я резко остановилась, сообразив, что за мной стоит нервно сжимающая пальцами подол платья Мэджи!

Обернувшись к ней и слегка присев, так, чтобы наши взгляды были на одном уровне, я постаралась ее успокоить и, протянув с легкой улыбкой руку, произнесла:

— Не переживай, теперь здесь твой папа, и он сделает все для твоего брата.

На такие мои слова, которые, я верила, должны были поддержать ее, она, посмотрев на меня глазами с вертикальными зрачками, как у отца, холодно произнесла:

— Я это и без вас знаю!

Сказав такое, она, демонстративно обогнув меня, зашла в комнату к брату, оставив меня одну в этом коридоре с зависшей в воздухе рукой.

Её слова ударили меня холоднее, чем зимний ветер, и прижав руку к груди, я продолжила стоять спиной к входу в комнату.

Нервно теребя простую завязанную на запястье алую нить, я разочарованно улыбнулась самой себе.

«Забудь, Лотти, — мысленно убеждала я себя, сдерживая накатывающие на глаза слезы. — Ты здесь просто тень. Служанка, которая работает на семью, не более. Но…»

Не удержавшись, я оглянулась снова на комнату. Ведь в той комнате были те, кому так же, как и мне, нужно было тепло.

«Как говориться, — мысленно постаралась я себя поддержать, — столица не за день была построена. Так что выше голову, Лотти. Ты сможешь».