Зимняя стужа влюблённой весны

Глава 39. Блуждающие огни

- Послезавтра я уезжаю в Париж. - Генри сидит, опустив глаза в свою чашку с чаем, уже умытый. Крутит овсяное печенье с шоколадной крошкой между пальцев. Глаза ещё немного красные от слёз.

- Да, потому и прошу тебя соблюдать "режим тишины" с завтрашнего утра и до вечера финального концерта этого тура. - протягиваю руку и щёлкаю его по носу, чтобы обратить на себя внимание, - Эту мою единственную просьбу ты сможешь выполнить?

- Прекратить на время все контакты и общение? - мой виртуоз смотрит на меня, немного поморщившись, - Я... навряд-ли смогу.

Битый час мы сидим с Д'Ассильвой в кухне, гоняя чай. Битый час пытаюсь донести до него, что мне нужно немного побыть интровертом, закупоренным в своей собственной, комфортной норке. Хотя бы с недельку. Но мой нежный быстро превратился в тиранящую меня "липучку". На самом деле, я всей душой желала, чтобы он всё осмыслил, обговорил с Антуаном или Элен, ведь, едет в Париж и по любому на это время останется у своей мамы дома. Мне тоже надо было подумать. И если не целую неделю, то парочку дней. Надеюсь, этот небольшой перерыв он выдержит. Короче говоря, часы в кухне показывают уже одиннадцать вечера, а одной невразумительной, блондинистой и бесстыжей моське ещё гардероб и косметичку в турне собирать. И "аппарат" проконтролировать. И график встреч и интервью с отцом согласовать.

- Когда ты у меня просил время, я тебе его предоставляла! - фыркаю, сузив глаза, - Дай мне хоть Жизель спокойно оттанцевать...

- У меня терпения не хватит. - и смотрит на меня жалобно так, глазами Кота из "Шрека".

- Генр-ри!.. - почти рычу, сцепив зубы, - На концерт двадцать первого не приду!!!

- Нечестно. - возмущённо ворчит, стукнув чашкой о стол.

- Зато хорошая мотивация для тебя будет. - фыркаю, дёргаю бровью и делаю глоток чая.

- Согласен на два дня!

- Неделю.

- Три!

- Не-де-лю.

- Ну, хорошо... четыре!!!

- Неделю, Д'Ассильва!

- Вот упёртая... - откидывается на спинку стула и с психозом сдёргивает с себя очки, скрещивает руки на груди, - Я снижаю ставку в отличие от тебя!..

- Я на тебя с начала учебного года облизываюсь, так что ты мне поговори ещё тут. - понижаю голос и совершенно непристойно облизываю чайную ложечку.

Генри смотрит на меня квадратными глазами, непроизвольно вжимаясь в спинку стула.

- Что? - облизываю и прикусываю нижнюю губу, - Страшно?

- Я просто... - он зажмурился, медленно вдохнул и выдохнул через нос, - просто стараюсь держать себя в руках.

Ага! Наши победили! Мои женские уловки работают. Ура-а-а!!! Довольно растекаюсь по столешнице, подперев голову рукой. Жду, пока мой заучка откроет глаза и увидит мою вредительскую улыбку.

- Блин, женщина... ну и выражение лица у тебя! - он прыскает со смеху, и я подхватываю, - Ладно, неделю.

- А сразу ты согласиться не мог? - всё ещё смеюсь над ним.

- Сразу - не интересно!

Уже на прощание, когда он обнял меня возле порога, вышло... неловко. Он просто прижал мою голову к своей груди и замер.

- Генри?

- Не хочу отпускать. - целует меня в макушку, - И уходить тоже.

- Ты же знаешь - это ненадолго. - обвиваю его за талию и тру ладонью между лопаток, - Всё хорошо будет.

- Мгм. - У него звонит телефон. Мой сладкий блондин вытаскивает его, смотрит на экран и отвечает на мой вопросительный взгляд. - Это папа. - Принимает вызов, всё ещё прижимая меня к себе, и подносит трубку к уху. - Алло?

- Тебя давно нет. - отчётливо слышно беспокойный голос Антуана, - Ты с Лайлой?

- Да, не переживай.

- У вас всё нормально?

Парень опускает на меня глаза, дуется и тяжело вздыхает:

- Относительно. - прижимается щекой к моему лбу, - Скоро буду дома.

- Хорошо. Уже темно. Если что - Маркус неподалёку.

- Спасибо.

Он сбрасывает вызов, убирает телефон в карман, снова крепко прижимает меня к себе и замирает. Антуан сам ему позвонил, а это значит, первое - волнуется за сына, второе - Генри дома ждёт непростой и малоприятный разговор. Ясно теперь, почему он так не хочет уезжать. Просто тянет время до неизбежного. Даже представить боюсь, что ему дома устроит отец. Перед смертью не надышишься...

- Тебе давно пора.

- Поехали со мной...

Я аж отпрянула от удивления:

- Куда?

- В Париж. - говорит мне абсолютно серьёзно.

- Генри, твоя уловка не прокатит! - надуваю губы, - Я планирую зарулетиться в одеяло дня на три и с кайфом ползать по дому гусеницей, пожирая запасённые салатики из зелени, креветок, сыра и бальзамического уксуса, пока не окуклюсь!

Сначала он озадачился, но уже через секунду фантазия сработала и последовал громкий смех. Склонился и поцеловал меня сквозь хохот.

- Не шмешно! - грозно возмущаться, когда тебя целуют, то ещё приключение.

- Смешно и ещё как! - хихикает виртуоз и снова меня коротко целует, - Ты смешная!

- Езжай давай и не вредничай. - уже почти насильно разворачиваю его в дверь.

- Есть, с кого брать пример. - он ловко уворачивается от моих рук и снова целует, на этот раз достаточно страстно, пока переступает порог спиной вперёд, жадно сгребая меня в охапку.

- Не прокатит! Не надейся! - с улыбкой уворачиваюсь от поцелуев в губы, за что в отместку мой виртуоз кусает меня за мочку уха, найдя выход из положения и ещё одну точку влияния - ноги подкосились и против воли посыпались стоны, - Нет... Это... Генри!.. А-ах, перестань! Прекрати кусаться, говорю... Я же упаду сейчас...

- Кхе-кхе! - застало нас покашливание Альберта.

Мы замерли в... странной позе. Я цепляюсь ослабевшими руками за футболку на плечах своего виртуоза, еле держась на носочке одной ноги, пока Д'Ассильва, прижав за талию и закинув моё колено себе на бедро, практически удерживал в воздухе и совсем не больно оттягивал зубами моё ухо. Естественно, глаза у обоих круглые. Генри очень медленно, совсем без резких движений расцепил зубы и опустил меня на крыльцо. Дико и перепугано смотрю на родителей сполсекунды. Мама пытается затолкать смешинку обратно, папа хмуро сверлит взглядом моего блондина. Мой парень не отрывает от меня глаз. Э-э, нет! Нет, мужчины! Я вам тут учинять разборки перед соседями не дам!