Злая ведьма просит о помощи

Глава городская

Старшие ведьмы были, как и полагается, старейшими из всех. Выглядели-то они не старше тридцати, но каждой было не меньше ста лет, за которые они накопили знания и опыт. Но в целом Старшие не обладали какими-то слишком уж сверхъестественными способностями, им просто повезло оказаться достаточно умными и способными, чтобы избежать костра и пережить свой столетний день рождения. В этом году таких ведьм было четверо. В следующем могло остаться только две или даже одна. В каком-то могло не быть ни одной, что привносило долю хаоса, и такое время считалось несчастливым для ведьм. А ещё через год мог и десяток сразу набраться. Им тоже не всегда удавалось спастись, если люди начинали охоту на ведьм, поэтому и их состав год от года колебался: зайдёт одна в круг избранных, а другую-то уже и сожгли. Какими бы сильными ни были ведьмы, их главной слабостью оставалось то, что их всегда было гораздо меньше, чем людей, и дети у ведьм рождались редко. Привычка не «хранить все яйца в одной корзине», расселяться по разным регионам и странам, не слишком конфликтовать с местным населением и помогать по возможности, спасала, но и вредила: то и дело то тут, то там зажигались костры, а пока сёстры сообразят и кинуться на подмогу — уже и спасать некого.

Старшие насмешливо окинули взглядом мои дары, но выслушать согласились. Как могла, я постаралась им подробно описать, что со мной произошло, избегая любых упоминаний другого мира и книжных подробностей. Так и так, нагадала себе в Академии ещё, убежала-спряталась, да бестолку, нашёл меня, гнида, обрюхатил, хочу спастись сама и дочь защитить.

Элрика, самая старая из Старших, молча выслушала мой рассказ, сверля суровым недоверчивым взглядом.

— Это всё, что ты хочешь нам рассказать? — строго спросила она, когда я замолчала. Я кивнула. — Ой, недоговариваешь ты. Не знаю что, не вижу, но есть что-то ещё, что прячется за твоим рассказом.

— Я тоже это вижу, но дальше не разглядеть, — кивнула Лила. Она была самой младшей, но специализировалась на гаданиях, так что могла заглянуть в будущее и прошлое просто посмотрев на тебя. — Но так же я вижу, что нам и не надо это знать. Всё, что касается дела, она рассказала. А если тайны свои какие-то припрятала, то и чёрт с ней. Они отношения к нам не имеют. Вот только, как я ни смотрю на неё, не могу увидеть, чем мы можем помочь. Судьба, Далия, в тебя намертво зубами вцепилась. Тут мы тебе не помощники, тебе самой надо свой путь искать.

Остальные ведьмы согласно кивнули.

— Пожалуйста, отправьте меня хотя бы куда-нибудь подальше, мне возвращаться назад уже никак нельзя, — взмолилась я. Я ожидала, что мне откажут, но не думала, что вот так радикально: это твоя судьба, ты с ней и возись, а у нас лапки. Конечно, я могла просто пойти в харчевню и сесть за столик «Туды-Сюды», но если судьба, как она выразилась, вцепилась в меня мёртвой хваткой, то мне нужно переселиться не куда-нибудь, а к чёрту на куличики. Эту мысль я Старшим и озвучила.

Ведьмы переглянулись, словно безмолвно обменивались мнениями, и всё-таки согласились помочь, но на своих условиях. И то, что они мне предложили, выходило за все границы разумного.

— Это опасно, — сразу предупредила меня Элрика. — Но не опаснее того, что тебя и так ждёт.

Я кивнула, дескать: готова и вся внимание.

— Мы знаем, что крёстные феи готовят что-то, что, как они считают, поможет им извести всех ведьм, — продолжила Элрика.

— Ну или существенно нас ослабить, — добавила Иолга, третья Старшая.

— Нам нужен кто-то, чтобы отправиться к ним и выяснить, что они задумали, — закончила мысль Лила. — Но на кого бы я ни посмотрела, я вижу для каждой из нас только смерть. А на тебе висит печать смерти совсем иного рода: судьба, которую сложно предотвратить, но которая не подпускает к тебе иной исход, как цепной пёс, охраняя для одной-единственной развязки.

— Куда я должна отправиться? — хрипло спросила я.

— В пансион крёстных фей, конечно же, — пожала плечами Самира, четвёртая из Старших. — Где, как не там, искать ответы на все вопросы. Крёстные феи во многом слишком похожи на нас, ведьм. Разбредаются по миру, собираясь только ради каких-то знаковых событий. Но в пансионе обитает вся их верхушка, наставляя молодняк.

Кысь как-то совсем задушенно каркнул, выражая протест и обеспокоенность, а я закусила губу, размышляя. Отправить меня к крёстным — это как предложение самолично и добровольно взойти на костёр. Почти не было шансов остаться среди них нераскрытой. Но это действительно были те самы куличики чёрта, о которых я просила. Кто в своём уме будет искать ведьму в пансионе?

— А что с ребёнком? — спросила я, невольно прикрыв живот ладонью. Вот в упор не помню, как крёстные феи к детям и беременности относятся. Вроде как это не порицалось, но могло вызвать ненужные вопросы. Да и родиться Лисия должна была рыжей, это тоже надо учитывать.

— Ничего, — пожала плечами Элрика. — Ты будешь не первой, кто приедет к ним с животом. А когда подойдёт срок, приедешь «домой к родственникам» и родишь «мёртвого» ребенка. А девочку мы спрячем. Глядишь, так она от своей судьбы и уйдёт.

— Хорошо, я сделаю это, — согласилась я, боясь передумать. Если слишком долго размышлять об этом, можно и испугаться. А если прыгнуть сразу, как с закрытыми глазами с обрыва, то и не страшно почти. — Но что делать с этим? — я указала на волосы.

Старшие ведьмы насмешливо улыбнулись и одарили меня «в дорогу» четырьмя дарами.

Элрика преподнесла мешочек с травами. На первый взгляд можно было решить, что это — обычный чай. Но если пару недель ежедневно ополаскивать этим чаем волосы, они постепенно темнели. Короче, какой-то аналог басмы или она и есть. Не уверена, что басму можно заваривать в чай. От ополаскиваний волосы становились тусклыми и сухими, из-за чего средство среди ведьм популярностью для маскировки не пользовалось, но и я не на конкурс красоты отправлялась.

Самира дополнила подарок Элрики каплями, от которых зрачок расширялся и зелёный цвет становился тёмным, почти карим и не так бросался в глаза. Тоже не без побочных эффектов, ну да ладно.