Злая ведьма просит о помощи

Глава судебная

Весь следующий день у меня буквально кипели мозги. Прикидывая свои силы и возможности, я не видела способа самостоятельно вытащить Аманду из западни, в которую она угодила по моей милости. Кроме того, мне было нельзя рисковать: как бы ни жаль было Аманду, но я отвечала не только за свою безопасность, но и за безопасность Лисии. Поэтому я решила воспользоваться подарком Лилы — маленьким зеркальцем, позволяющим связаться со Старшими в любой момент. Лила вышла на связь быстро, внимательно выслушали меня и хмыкнула, разобравшись в сути моей проблемы.

— Ты же понимаешь, что чем меньше крёстных, тем лучше для нас? — насмешливо спросила она, подперев голову рукой. — Если они настолько глупы, чтобы своими руками сжигать своих же, то я не вижу в этом никакой проблемы. Наоборот, это очень даже хорошо.

Я до скрипа сжала зубы: чёртовы ведьмы! Без выгоды лично для себя даже не почешутся, чтобы помочь кому-то другому. А здесь и чесаться не надо, чтобы разыграть ситуацию наилучшим им образом.

Уловив моё настроение, Лила глубоко вздохнула и покачала головой.

— Послушай, малышка, ты ведь даже не понимаешь, что сейчас происходит на самом деле. Разве не очевидно, что только мне одной не справиться со всеми крёстными в Пансионе? Да, мы потенциально сильнее, но их больше. А поднять всех ведьм для атаки на Пансион — это равносильно тому, чтобы следом все люди ополчились против нас. То есть ты предлагаешь не спасти несправедливо обвинённую никому не нужную девочку, а начать полномасштабную войну. И этой войны никто не хочет. Даже люди, которые нас ненавидят, не готовы к этой войне, иначе ведьминские избушки давно горели бы по всем лесам. Открытое противостояние никому не выгодно. Самые заядлые фанатики бояться схлопотать проклятье на весь свой род и расстаться с жизнью. Всех устраивает то хрупкое равновесие, которого мы добились за века противостояния. И если ты лично хочешь кого-то спасти, то действовать придётся в одиночку — так было всегда. Вот только готова ли ты сама к возможным последствиям? Тебе тоже есть, что терять, не так ли? — недвусмысленно намекнула она на Лисию. Как будто я сама не знала это без неё.

В итоге Лила отказала мне не только в помощи, но даже в совете, сказав, что не желает вмешиваться, чтобы потом не нести за это ответственность. И что остальные Старшие тоже остануться в стороне. Они и так играют с огнём, внедрив меня в ряды крёстных, и рисковать ещё сильнее не собирались. Так что я была сама по себе.

Вечером всех учениц собрали в зале, где мы обычно обедали. Столы были убраны к стенам, лавки расставлены амфитеатром, а в дальнем конце зала полукругом расположились кресла для крёстных. За окном уже наступили сумерки, и крёстные осветили всё чарами, отчего зал напоминал арену колизея. В центре зала, прикованная цепями к полу, сидела напуганная Аманда, затравленно оглядываясь вокруг.

Франческа в пышной черной бархатной мантии с золотой вышивкой стояла перед своим креслом, на её голове красовался берет, в руках был толстый свиток, который она то и дело крутила то в одну сторону, то в другую, словно в предвкушении. Остальные крёстные, тоже одетые в чёрное, сидели на своих местах, с интересом или сомнением рассматривая Аманду. Кто-то из них явно не верил в её виновность, и это давало слабую надежду на счастливый исход.

— Приветствую всех, — обратилась Франческа к нам и взмахнула свитком, словно он был волшебной палочкой. — Сегодня в этих стенах состоится «Суд Света» — событие, которого давно не видел наш Пансион. Но коварство не знает преград на своём пути, и даже самые защищённые стены бывают атакованы им и повреждены. «Суд Света» сродни ритуалу. Начавшись, он не может быть прерван до своего завершения. Когда вся история будет рассказана полностью, а мы услышим обвинения и рассмотрим доказательства, этот свиток взвесит все за и против и вынесет свой священный вердикт. Займите же свои места, чтобы мы могли начать, и станьте свидетелями.

Не желая выделяться, я села не в первом ряду, а подальше: так, чтобы у меня обзор был максимально возможным, но меня самой было не видно.

— Теперь, когда все готовы, я объявляю начало Суда, — Франческа двумя руками подняла свиток «Суд Света» у себя над головой, и он медленно взмыл вверх, разворачиваясь. Слабо светясь, он взлетел на пару метров и застыл в воздухе. — Всё, что сегодня будет произнесено здесь, окажется записанным в свиток «Суда Света». И на основе этого будет вынесен приговор, который обжалованию не подлежит, ибо «Суд Света» не ведает ошибок, — объявила она и села на своё место. Вперёд вышла Каролина.

Дальше развернулось настоящее представление. Каролина, которой отводилась роль дознавателя при Франческе-судье, начала долгий и совершенно абсурдный допрос. Она задавала вопросы, подстрекая Аманду к словам и поступкам, которые могли быть истолкованы в пользу обвинения. Аманда, испытывая давление со стороны крёстной, старалась защитить себя, но безуспешно. Она утверждала, что никогда в Пансионе не контактировала с ведьмами или фамильярами, никогда не участвовала в ритуалах, что все её действия были направлены только на улучшение навыков и расширение понимания принципов волшебства. Но каждый её взгляд, жест, всхлип и слово оборачивались против неё. И я с горечью понимала, что приговор уже вынесен, и всё это — не более чем показательная акция по запугиванию нас и возможных ведьм в стенах Пансиона.

Ученицы вокруг внимательно наблюдали за происходящим: кому-то было любопытно, расколется ли «ведьма», кто-то был в ужасе, что необходимо сидеть в непосредственной близости от неё, а у кого-то был чуть ли не научный интерес на тему «поведение ведьмы в плену». С каждой минутой атмосфера в зале полнилась энергией напряжения и ожидания решения, а чёрная туча над Амандой разрасталась, разделившись на две части. С напускным спокойствием Каролина умело руководила процессом, словно паучиха, прядущая паутину, а в глубине её темных глаз разгорался азартный огонёк. Она настолько увлеклась процессом, что в какой-то момент Франческа подняла руку вверх, прерывая её.