( Зло ) Вещий сон

Глава 16

Ранним утром накануне торжества кошмар вновь прервал её сон, а жуткий шёпот, что преследовал последние пару месяцев, заставил Лантиль вздрогнуть:

– Оссстался один день!

Это окончательно выбило девушку из колеи, весь день она невпопад отвечала дяде и слугам, задумчиво смотрела в окно, за которым буйно цвели клумбы, и почти не ела. На ночь внезапно решила остаться в комнате у Вивеки. Старая нянюшка лишь обрадовалась такому соседству:

– Ну всё, егоза, завтра станешь невестой. Вот и закончилось твоё детство, скоро во время грозы будешь к мужу под бочок прятаться.

– Будь моя воля… – начала Тиль.

– Но воля короля важнее! – не дала ей договорить пожилая женщина.

Девушка хотела было возразить, но так и не придумала подходящего ответа, а потому молча легла в свою детскую кровать, на которой вряд ли расположишься поперёк или по диагонали, как она в последнее время иногда просыпалась в своей спальне.

Чтобы подчеркнуть несогласие со словами Вивеки, Лантиль отвернулась к стене и начала обводить пальцем фигурки оленей на простеньком коврике, который давно изучен до малейших деталей. Нянюшка отстояла право украшать свою комнату так, как ей самой захочется, ещё при дедушке юной леди, и коврики эти с оленями и лебедями висели над кроватями, напоминая о простом деревенском детстве Вивеки.

А Тиль так и не могла определиться со своим отношением к незамысловатым творениям народного творчества, знакомым ей с младенчества. С одной стороны, это же ужас ужасный, безвкусица и вульгарщина. А с другой… Нигде ей так покойно не спалось, как рядом с бредущими в живописном ручье оленями, каким-то чудом удерживавшими большеглазые головы, увенчанные неправдоподобно развесистыми рогами. Всё в этих ковриках было чересчур, но каким-то образом создавало непередаваемый уют и дарило чувство защищенности от любых невзгод. Потому и приходила девушка сюда в сверкающие молниями грозовые ночи. Ну или как сегодня, во время сильного волнения, что точно не даст заснуть, пока не опустят олени свои черные носы в голубой ручей, осторожно переступая слишком тонкими ногами.

И на этот раз вытканные неизвестными мастерицами животные не подвели – отвели навязчивые мысли и не дали прокрасться в сон даже намёку на кошмар. Впервые за последние дни Лантиль выспалась и наконец-то осознала, что на небольшое семейное торжество с малым числом приглашенных пожалует Его Величество с Её Величеством и парой фрейлин. То есть небольшое оно лишь по количеству гостей, а если принимать в расчет качество… От каждого из старших семейств, ведущих своё начало от великих магов, пожалуют главы с женами. То есть ещё девять пар. Ну и жених с кем-то из родственников или друзей. По сравнению с помолвками, что устраивали для своих дочерей остальные лорды, сбивавшиеся со счету на второй-третьей сотне гостей, всё и правда выглядит почти по-семейному, вот только из близких Тиль людей будет лишь дядюшка.

Девушка едва смогла позавтракать, волнуясь перед встречей с женихом, к этому добавились переживания насчет убранства парадной гостиной и разнообразия блюд, что будут поданы на обед. Нет, Барфиниса вполне компетентна во всех вопросах, но всё же прибудет король… И королева! Мужчина может и не заметить каких-то промашек, а вот внимательный женский глаз обязательно остановится на каждой. А там, где таковые пропустит Её Величество, непременно начнут злословить её фрейлины…

Но вот уже и новое платье, расшитое множеством сверкающих камушков, надели на Лантиль. И замысловатую прическу украсили такими же сверкающими шпильками…

- На помолвку не принято надевать слишком вызывающие украшения, - в покои девушки незаметно вошла Барфиниса, окидывая внимательным взглядом наряд юной леди. – Мы с лойром Олвенусом решили, что лучше всего подойдет любимое колье твоей матери и небольшие серьги из того же комплекта.

В дверях показался дядюшка с с резной шкатулкой в руках. Приоткрыв её, Тиль чуть не расплакалась. Она почти не помнила родителей, оставшись сиротой в шесть лет, но лежащее на бархатной подушечке украшение мгновенно вернуло девушку в детство. Мама и правда часто надевала это колье, состоящее из двух рядов украшенных мелкими бриллиантами цепочек из белого золота, затейливо соединяющихся между собой короткими цепочками всё с теми же бриллиантами, образуя сетку. А в центре каждой такой ячейки располагалось по одному довольно крупному рубину каплевидной огранки. Красные капельки драгоценных камней свисали и с маленьких сверкающих сережек.

Лантиль вспомнила, как тянулась к этим капелькам, надежно удерживаемая папиными руками, как смеялась мама, откидывая голову, от чего колье и серьги искрились ещё сильнее и заставляли саму Тиль почти выкручиваться из объятий отца, чтобы добраться до заветных игрушек, привлекающих женщин с самого нежного возраста.

С трудом удержав навернувшиеся слезы, девушка вдруг подумала, а будут ли у них с женихом такие счастливые моменты. Да вообще, что он думает насчет детей. Её страшило скорое материнство, но ещё больше страшило то, что должно предшествовать этому. Всё, что описывалось в принесенных Морвенисой книгах, вызывало странную смесь ужаса и любопытства.

А вот лойр Олвенус и Барфиниса всё-таки прослезились, когда на Тиль надели украшения матери. Слишком уж похожа была сейчас девушка на почившую леди Ливиналь. И тогда Лантиль не смогла сдержаться, всё-таки заплакала, обнимая дядюшку и экономку. К счастью, Улла напомнила, что гости уже начали собираться, да и жених уже здесь, того и гляди появится Его Величество. И будет совершенно непочтительно заставлять себя ждать. В общем, все быстро промокнули влажные щеки и оставили невесту готовиться к важной встрече. К будущему мужу её должен был подвести отец или опекун, но король уже сообщил, что возьмёт на себя почётную обязанность. Осталось лишь дождаться, когда он прибудет.

***

Лойр Олвенус встречал прибывающих гостей, приглашая всех в парадную гостиную, где на высоких столиках были выставлены разлитые по кубкам и бокалам напитки. В большой столовой под присмотром лери Барфинисы сервировали стол для праздничного обеда, что начнётся сразу после наречения жениха и невесты.