Злодей читает мои мысли (и планирует месть)

Глава 1

Говорят, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Наглая ложь.

Вместо трогательной нарезки лучших моментов под красивую музыку, как это бывает в дешевых мелодрамах, я получила вспышку боли в затылке и противный писк не сохраненного отчета в Excel, над которым я просидела третьи сутки подряд. Сердечный приступ в двадцать восемь лет прямо на рабочем месте в офисе — это, пожалуй, самая нелепая смерть для девушки, которая только закрыла ипотеку за крошечную студию на окраине города.

«Надеюсь, мой начальник подавится этим квартальным отчетом», — мелькнула последняя мстительная мысль, прежде чем я провалилась в темноту.

А потом я вдохнула.

Воздух разорвал легкие, причиняя невыносимую боль. Я закашлялась, чувствуя во рту солоноватый привкус железа, затем попыталась открыть глаза, но ресницы слиплись.

— Вставай, бесполезное ничтожество! — пронзительный, визгливый голос ударил по барабанным перепонкам больнее, чем офисная сирена пожарной тревоги.

Одновременно с этим в мой бок впечаталось что-то твердое и острое, по всей видимости носок грубого сапога. Меня пнули, как бродячую собаку.

Я резко открыла глаза, игнорируя резь от тусклого света, и попыталась сфокусировать зрение. Вместо белого подвесного потолка с мерцающими люминесцентными лампами надо мной нависали почерневшие от сырости деревянные балки. Вместо запаха дешевого растворимого кофе, мой нос отчетливо уловил запах плесени, застоявшейся воды, масла и едва уловимый запах гнили, от которого мне поплохело.

— Я кому сказала, поднимайся, дрянь! — прямо надо мной стояла тучная женщина с красным, обветренным лицом. На ней было странное многослойное платье грязно-серого цвета, перевязанное на талии шнурком, в руках она сжимала бамбуковую палку, кончик которой угрожающе подрагивал. — Думала, если притворишься мертвой после трепки, я позволю тебе валяться здесь весь день?

Внезапно мою голову пронзила вторая волна боли, куда более страшная, чем первая. Чужие воспоминания хлынули в мозг бурлящим, обжигающим потоком, сметая на своем пути мою личность.

Ань Сяо, восемнадцать лет. Рабыня-служанка низшего ранга во Внутреннем дворе Императорского дворца Империи Цинлун. Продана собственным отцом за два мешка заплесневелого риса, когда ей было восемь. Вчера вечером она случайно пролила каплю горячего чая на подол платья старшей служанки, за что была забита палками до потери сознания и брошена в сарай для угля умирать.

И она действительно умерла, а я — успешный кризис-менеджер с ипотекой и хроническим недосыпом... заняла ее место.

«Шикарно, — мысленно простонала я, пытаясь осознать масштаб катастрофы. — Просто замечательно... Попасть в азиатское фэнтези, где уровень смертности среди слуг превышает уровень выживаемости леммингов в сезон миграции. Ни тебе системы, ни золотого пальца, ни титула потерянной принцессы, одна сплошная суровая реальность».

— Ты оглохла?! — женщина замахнулась палкой.

Инстинкты кризис-менеджера сработали быстрее забитого тела девчонки. Я резко перекатилась в сторону, уходя от удара, и с трудом поднялась на колени, низко склоняя голову. В этом мире гордость — непозволительная роскошь для тех, чья жизнь стоит дешевле медной монеты.

— Простите эту ничтожную, старшая сестра Ма, — раздался мой хриплый голос. Я скопировала манеру речи из обрывков памяти Сяо. — Я готова к работе.

Старшая надзирательница Ма презрительно фыркнула, опуская палку, в ее маленьких поросячьих глазках блеснуло злорадство.

— Раз уж Небеса не забрали твою жалкую душонку, значит, будешь отрабатывать потраченный на тебя рис. Твоя прошлая должность на кухне отдана другой. Ты переводишься в Павильон Забытых, будешь личной прислугой Шестого принца.

Воспоминания Ань Сяо услужливо подкинули информацию.

Павильон Забытых, место, которое во дворце называли «преддверием Диюя (Ада)». Резиденция опального Шестого принца Ли Чена. Некогда блестящий воин и надежда Империи, два года назад стал жертвой неизвестного проклятия или яда. Его меридианы были разрушены, магия уничтожена, а сам он оказался прикован к инвалидному креслу. Вдобавок ко всему, он потерял способность говорить.

Император, презиравший слабость, вычеркнул сына из списков живых, сослав на самые задворки дворцового комплекса. Теперь Павильон Забытых был местом, куда отправляли провинившихся слуг на верную смерть. Шестой принц был любимой грушей для битья у Наследного принца и его свиты. Они приходили туда, когда им было скучно, и издевались над калекой, а заодно — забивали до смерти его слуг, просто чтобы повеселиться. Служанки в Павильоне не жили дольше месяца.

— Собирай свои лохмотья, — бросила надзирательница Ма, разворачиваясь к выходу. — Если к полудню не наведешь там порядок и не вымоешь Его Высочество... хотя, какая разница. Все равно Наследный принц убьет тебя к концу недели.

Она расхохоталась и вышла, оставив меня одну в полумраке.

Я медленно поднялась на дрожащие ноги. Все тело ныло от побоев, на худых руках виднелись синяки, платье было пропитано кровью и грязью.

«Ну что ж, Ань Сяо, — мысленно обратилась я сама к себе, стиснув зубы. — В прошлой жизни я вытаскивала компании-банкроты из миллионных долгов и отбивалась от налоговой. Неужели я не справлюсь с кучкой высокомерных аристократов в юбках и не выживу в этом террариуме?»

План был прост: затаиться, стать незаметной, ухаживать за принцем-калекой и искать пути к отступлению или заработку денег для побега. Принц не говорит, не ходит и не имеет власти — значит, от него угрозы нет. Идеальный тихий босс, если не считать его токсичных родственников.