Злодей моей мечты

Глава 11

Дафна

Я так устала, что, кажется, если бы меня сейчас притащили к алтарю и велели поклясться в вечной любви Альрику Бенвилю, я бы просто кивнула, лишь бы меня оставили в покое.

Но, к счастью, меня уже никто никуда не тащит.

Кроме собственной же воли - в кровать, в сон, в блаженное забытьё, где нет ни дворцов, ни драконов, ни свадебных контрактов.

Судя по всему, мне досталась самая узкая кровать во всём поместье. Её можно использовать как оружие - кого-нибудь ею прибить, но в качестве ложа? Не уверена. Похожа на скамейку, застеленную старым заштопанным бельем.

Я готова упасть лицом в подушку, расставив руки и уснуть, но нет. Остатки приличия и самолюбия всё же не позволяют мне рухнуть на кровать в платье с кринолином, корсаже и с десятком серебряных шпилек в волосах.

Каким-то чудом, проделав акробатический трюк с расшнуровыванием платья, я всё же освобождаюсь от белого шелкового плена. А потом просто заворачиваюсь в одеяло, как личинка в кокон, и проваливаюсь в сон.

…И было бы прекрасно, если бы мне не начали сниться кошмары.

— Позор. Позор! Как ты могла?!

Голос матери звенит, как колокольчик, но не милый серебряный, а вот тот, который на шею бешеному быку вешают. Я оказываюсь в белой гостиной нашего дома, а мама замахивается и тащит меня за волосы.

— Мама?! — кричу и извиваюсь в попытке ухватиться за ее руки, а ноги мои волочатся, собирая гармошкой ковровую дорожку.

— Что “мама”?! Ты свадьбу сорвала! Позор на всю семью навлекла! Ты хоть понимаешь, во что нас втянула?!

— Во что, мама? Во что?!

— Внимание всего королевства теперь приковано к нашей семье!

Жмурюсь от ее громкого голоса и прежде, чем успеваю что-то возразить, рядом раздаётся щелчок. Я поднимаю взгляд на звук и вижу отца. Горло сдавливает от страха.

Мы уже в его кабинете. Он сидит за столом, не поднимая на меня взгляда, а перед ним стоит мужчина в тени. Высокий и жилистый, тёмные глаза сверкают, как две капли чернил.

Ишивари.

Я не вижу его лица, только слышу голос:

— Сделка уже заключена, губернатор. Отступать поздно.

О какой сделке речь? Они о чём вообще говорят?

Я хочу шагнуть вперёд, но ноги словно приросли к полу. И я будто на сцене стою посреди комнаты, а на меня смотрят Альрик, его матушка и моя. В общем, вся шайка упырей в сборе.

— Тогда договоримся иначе, — ровно отвечает отец и ставит печать на каком-то пергаменте.

Я не вижу, что там написано, но уверена - он снова продал свою родную дочь, совершил выгодную сделку, наплевав на мои чувства.

— Папа!

Он не слышит меня.

Никто меня не слышит.

— Ну-ну, дорогая, давай без истерик.

Я резко оборачиваюсь.

Райвен сидит в кресле, вытянув ноги, в гостиной, окутаной оранжевым полумраком. Ухмыляется так, что у меня мурашки по коже разбегаются волнами. Плавно поднимается из-за стола и надвигается на меня. Такой крепкий и широкоплечий, в роскошном камзоле, безупречный от макушки до пят. И невероятно красивый, но в глазах плещется нечто…темное, пугающее. Протягивает мне ладонь и властным движением требует вложить в нее руку.

— Ты же сама сбежала. Так чего теперь так нервничаешь?

— Потому что… потому что… — сжимаю дрожащими пальцами подол платья и игнорирую его приказ. А он так и стоит, протягивая мне руку ладонью вверх.

Слова застревают в горле, глаза щиплет от подступающих слез.

— Потому что не знаешь, чего теперь ждать? — подсказывает он, лениво обходя меня вокруг и почти задевая, нарочно дразня и запугивая.

— Что ты от меня хочешь?!

— О, дорогая Дафна, — Тенаргос нависает надо мной, и я снова не могу пошевелиться.

Проваливаюсь в золотой омут его глаз и теряю волю, пальцы безвольно разжимают ткань платья и повисают вдоль тела.

— Ты уже здесь. Для меня этого вполне достаточно.

Он касается моего лица костяшками пальцев, и я вздрагиваю.

А потом резко открываю глаза.

…Сердце бешено колотится. Я лежу в тёмной комнате, закутанная в одеяло, а в груди всё ещё гудит тревога.

Это был сон. Слишком реалистичный сон. Вновь обвожу испуганным взглядом комнату. Все в порядке, я в доме Тенаргоса, родителям до меня не добраться. А вот он… уже добрался. Но, странное дело, его я не боюсь, в отличие от своих родителей.

С этой мыслью постепенно успокаиваюсь и снова проваливаюсь в сон.

— КУ-КА-РЕ-КУ!

Вздрагиваю и откидываю одеяло, когда тишину пронзает пронзительный, наглый, бесстыжий крик. Звук такой, что я чуть не подскакиваю к потолку.

Что это?! Где я?! Почему так громко?!

А, точно. Я в доме дракона. И, судя по всему, он содержит в своём логове личного демона в перьях.

Я падаю обратно в подушку, обхватываю голову руками и проклинаю всех петухов в мире. За окном светает, но не то чтобы утро уже наступило, но оно крадётся по горизонту, серым росчерком размывая ночь.

Какая рань.

Какая нечеловеческая, возмутительная рань! И, кажется, я только заснула, буквально пять минут назад.

Закрываю глаза, зарываюсь лицом в подушку и уже почти снова ухожу в сладкое, тёплое, спокойное небытие, как вдруг…

БУМ-БУМ-БУМ!

Дверь трясется так, будто в неё тараном врезался разъярённый бык. Но нет, это всего лишь Гилберт.

Я вскакиваю, на этот раз действительно чуть не падая с кровати, и невероятно бодро просыпаюсь.

— Подъём, миледи! — его голос звучит как грохот грома.

— Вы что, хотите вышибить дверь?! — ворчу я, запутываясь в одеяле и пытаясь не впечататься носом в пол.

— Если не откроете, подумаю об этом.

— Боги, боги… — я хватаюсь за голову и ошарашенно оглядываюсь в поисках чемодана. Мне же надо во что-то одеться. Не в свадебное платье же! — Но где Доркас? Или как ее… Вы сказали, она за мной придет?!

— Быстро одевайтесь и спускайтесь. У Доркас дел по горло, она ждет на кухне.

Я не успеваю ничего возразить - тяжелые шаги удаляются по коридору, оставляя меня в оцепенелом молчании.