Злодейка для Падчерицы

Глава 3

Проснулась я от собственного натужного кашля. Открыла глаза и увидела юное прелестное личико какой-то незнакомки.

- Как чувствуете себя, маменька?

Незнакомая девушка преувеличенно ласково поправила накрывающее меня тяжелое одеяло. Промычав что-то неопределенное, я прикрыла один глаз. Вторым глазом я изучала окружающую обстановку.

Красавица что-то щебетала, но я не особо вслушивалась.

Потому что интерьер вокруг произвел на меня неизгладимое впечатление.

Начнем с того, что комнату освещала вполне себе электрическая люстра. И освещала она не абы что, а гобелены на стенах, изображающие то рыцарские сражения, то лицо роковой черноволосой красотки.

У окна, задернутого тяжелыми и какими-то пыльными на вид шторами, стоял книжный шкаф. В нем представительные бархатные фолианты без стеснений соседствовали с романами в мягких обложках.

Даже в такой, прямо скажем, неоднозначной ситуации я так обрадовалась, что едва не спрыгнула со своей кровати. Да мне тут хватит чтения до конца жизни!

И тут внутри меня все похолодело. Вообще-то, конец моей жизни уже вроде как наступил.

Вроде. Но я, по всей видимости, если и умерла, то как-то не до конца.

Хотя, может, так и нужно? Никто ведь еще не рассказал, что на самом деле происходит с человеком после смерти. Может, он как раз и должен попасть в такую комнатку под опеку заботливой девицы!

Я открыла оба глаза и повнимательнее присмотрелась к девушке. Ее светлые волосы отливали розовым, а глаза были до того голубыми, что могли соперничать с небом.

Или, скажем, с васильками.

Я икнула. Волосы цвета утренней зари и васильковые глаза. Где-то я это уже слышала. То есть читала.

- Софья? - придушенно прохрипела я.

- Да, матушка?

Ну вот, почти с облегчением подумала я, наверняка я просто сошла с ума!

А с сумасшедших какой спрос, верно?

- Софья, - сказала я и, немного подумав, добавила: - Софья, голубушка! А почему тут все так странно?

Я неспроста назвала девушку голубушкой. В книге про альтернативную Золушку мачеха то и дело использовала это обращение по отношению к падчерице. Правда, из ее уст это звучало язвительно, а моя «голубушка» вышла какой-то жалкой.

- Что именно вас смущает, матушка? - Софья оглядела комнату.

- А вот хотя бы это! - я указала на столик рядом с книжным шкафом. Там стояла современная кофемашина. Рядом с ней почему-то пристроился хрустальный шар.

- Матушка, вы ударились головой? - Софья провела ладонью по моему затылку, как будто искала шишку. - Это же ваш любимый магический инструмент!

- Магическая кофеварка? - переспросила я.

Нет, как эксперт по произведению, в котором я сейчас, без сомнений, находилась, я могла с полной уверенностью сказать — никаких кофеварок там не было! Автор пытался воссоздать атмосферу девятнадцатого века — ну какие еще кофеварки?

Хрустальный шар — да, у Катрин точно имелся. Но он как раз вполне гармонично вписывался в здешний антураж.

За зашторенным окном что-то грохнуло.

Софья встревоженно покосилась в сторону источника шума. Встала, разгладила свой застиранный передник и сказала:

- Пойду проверю, что там. Вдруг снова, матушка, по вашу душу явились? В городе говорят, по улицам шастают охотники на ведьм.

Софья поспешила к двери, но я успела ее окликнуть.

- Голубушка, сделай одолжение, не называй меня больше матушкой.

Девушка замерла, взявшись за дверную ручку.

- И как же мне вас теперь величать?

- По имени, - ответила я.

Ничего больше не сказав, Софья вышла из комнаты.

Вдруг мои ноги под одеялом судорожно задергались. Это еще что такое!

От непослушных конечностей меня отвлекла незваная гостья. В комнату влетела жирная черная ворона и плюхнулась на кровать, прямо рядом с моим лицом.