Злодейка для Падчерицы

Глава 29

- Нет, - честно призналась я в трубку. - А кто это?

- Ну как же! Вы вчера так бесцеремонно ввалились в мой магазин, а сегодня даже не помните, кто я такой!

- Ах, это вы!

Звонил мой черноглазый конкурент. Как же его зовут?

Память Катрин осталась глуха к моим мольбам — я так и не вспомнила имени этого смазливого типчика.

- Это я. Эль, - подсказал мне черноглазый на другом конце провода.

Эль. Ну и имечко!

- Я знаю, мадам, что вы не утруждаете себя запоминанием чужих имен, - почти весело сообщил Эль. - Но я, собственно, по другому вопросу.

- Слушаю.

Я прислонилась к прохладной стене. Все мое тело пылало — от макушки до самых пяток. Я попыталась себя уговорить, что это все из-за жары, но быстро бросила это бесполезное — в смысле, уговаривание — занятие.

Меня волновал низкий голос с легкой хрипотцой и раскатистой «р», доносившийся из трубки. Я переложила трубку из одной взмокшей ладони в другую — такую же влажную.

- Не ходите на бал, - голос Эля стал серьезным. - Там может случиться нечто для вас ужасное. Непоправимое.

Я помолчала, собираясь с мыслями. Когда мне это наконец удалось, я уточнила:

- А вы, Эль, умеете провидеть будущее?

- Некоторым образом.

- Хм.

Благоразумие Катрин взяло верх над моей природной доверчивостью. И я решила, что неплохо было бы проверить моего загадочного собеседника.

- Скажите, уважаемый Эль, что я сделаю через минуту?

Под сопение в трубке я выждала положенное время и совершила самое простое действие — уселась на табурет, стоявший у стола, и закинула ногу на ногу.

- Ну? - поторопила я Эля.

- Вы… вы… Да не знаю я!

- Ага. Ну хоть врать не стали. Скажите, Эль, а вас пригласили на бал?

- Какое это имеет значение?

- Значит, нет, - с грустью констатировала я и повесила трубку.

Оказывается, роковой красавец-брюнет — просто мелкий завистник! Его не пригласили на бал, и он решил отговорить от посещения королевского дворца тех, кого удостоили подобной чести.

Очередное разочарование в мужчине!

Телефон почти сразу зазвонил вновь, но я больше не намеревалась слушать бредни черноглазого Эля. Вышла из подсобки и увидела, что у прилавка неловко топчутся трое одинаково широкоплечих мужчин.

- Что вам угодно, господа?

Я нырнула за прилавок и окинула клиентов внимательным взглядом. Выяснила, что мужчин объединяет не только широкоплечесть — у всех троих был одинаково болезненный вид. Серая кожа, синяки под глазами, затравленные выражения на лицах.

- Добрый день, леди Катрин.

Самый высокий из троицы снял изрядно поношенную шляпу и принялся неловко мять ее в огромных ладонях.

- Мы за нашими заказами… От бессонницы.

- Конечно-конечно.

Я выставила на прилавок пузатые флакончики. Один из мужчин, самый молодой на вид, с шумом выдохнул и сразу же схватил флакон с таинственно поблескивающим содержимым.

- Мартин, держи себя в руках, - сурово произнес старший. - Сначала необходимо рассчитаться.

Мартин с виноватым видом вернул зелье на место и словно между делом обронил:

- Извиняюсь, мадам. Этот волк со вспоротым брюхом… Каждую ночь приходит в ночных кошмарах.

- Еще непонятно, стоила ли та девчонка в красной шапке наших нынешних мучений, - поддакнул молчавший до тех пор мужчина среднего роста и среднего возраста.

- Не стоит обременять леди Катрин ненужными ей подробностями, - сухо сказал старший.

Он выгреб из кармана своих широких брюк огромную горсть мелочи и добавил к ней четыре мятых бумажки по пять рейнов каждая.

- Пересчитайте, мадам, - старший слегка поклонился и водрузил шляпу на ее законное место — на свою русоволосую крупную голову. - Ровно шестьдесят!

Если б мне вздумалось пересчитывать высыпанную на прилавок мелочь, мы бы, пожалуй, проторчали в лавке до утра. Так что я просто ссыпала монетки в кассовый аппарат и любезно сообщила:

- Все верно.

- Хорошего дня, - кивнул старший и пошагал на выход. Его младшие товарищи поспешили следом.

В дверях вежливые визитеры столкнулись с дамой, разряженной в пух и прах, и галантно ее пропустили.

Я смотрела на нервно озирающуюся по сторонам посетительницу. И к чему этот цирк? Она что, и вправду рассчитывала, что я ее не узнаю?