Злодейка-(не)удачница и дракон-сладкоежка

Глава 14. Возвращение тепла

После ночного кошмара я чувствовала себя как выжатый лимон — дёрганая, уставшая и совершенно не собранная. Поэтому, когда в дверь внезапно постучали, сердце упало куда-то в пятки, а сама я едва не подпрыгнула на месте.

Сегодня у меня был долгожданный выходной. Я собиралась провести его в тишине и уединении: закутаться в плед, заварить чай, открыть книжку и попытаться забыть обо всём, что тянуло меня ко дну. Тем более Рэн должен был вернуться только завтра, и я заранее настроилась, что проведу день одна.

Я замерла на кухне, прислушиваясь, надеясь, что незваный гость решит уйти сам. Но стук повторился, на этот раз чуть настойчивее.

— Юкино, это я, — донёсся из-за двери знакомый бархатистый голос.

Мир будто перевернулся и снова заиграл красками. Рэн.

Не раздумывая, я рванула к двери, распахнула её настежь и, забыв про всякое достоинство, повисла у него на шее. Горячие слёзы мгновенно навернулись на глаза, я и сама не ожидала, что насколько сильно соскучилась.

— Ты вернулся… — слова прозвучали глухо, утонув в ткани его одежды.

Рэн тихо рассмеялся, тёпло и чуть удивлённо, и крепко прижал меня к себе. Его ладонь привычно легла мне на затылок, пальцы осторожно скользнули по волосам, словно он хотел убедиться, что я настоящая.

— Я ведь обещал, — просто сказал он.

А потом легко, словно я ничего не весила, подхватил меня на руки и шагнул внутрь квартиры. На улице за его спиной было серо и холодно, дождь барабанил по крышам и мостовой, а вместе с ним стало невероятно тепло и уютно.

Я зарылась лицом в его плечо, чувствуя запах дождя и знакомый запах кофе с корицей, который всегда сопровождал его. И в тот миг впервые за долгое время мне показалось, что кошмары отступили.

Он аккуратно посадил меня на диван, будто я была хрупкой фарфоровой статуэткой, и сам присел рядом. Я машинально подтянула ноги и закуталась в плед, словно хотела спрятаться не только от холода, но и от всего, что давило на меня последние дни.

Рэн внимательно посмотрел на меня. Его глаза, обычно спокойные и чуть насмешливые, сейчас были серьёзными, почти тёмными. Он, кажется, за одно мгновение заметил всё: и тени под моими глазами, и усталость, и то, что я избегаю его взгляда. Его ладонь легла на мою, и это простое прикосновение придало мне больше сил, чем я готова была признать.

— Ты выглядишь неважно, — сказал он тихо, с той мягкой заботой, от которой у меня сводило горло. — Что-то случилось, пока меня не было?

Я долго молчала, борясь сама с собой. Часть меня отчаянно хотела прижаться к нему, забыть обо всём и просто позволить себе слабость. Но другая — та, которая привыкла держаться до конца, — сопротивлялась. Я ведь столько раз клялась себе не жаловаться, не показывать никому, насколько мне страшно.

Но его взгляд… Он был слишком честным, слишком внимательным. Рэн не отводил глаз, словно ждал, пока я решусь. И я решилась.

— Вчера утром, — начала я, сжимая его пальцы, — на пороге кафе я нашла мёртвую белую кошку. Она лежала прямо у двери. Я подумала, что это… предупреждение. Или угроза.

Он нахмурился, но промолчал, давая мне выговориться.

— А вечером пришли особенные посетители. Четыре рыжие кицуне. Такие красивые, яркие… но от их взглядов становилось так холодно… Они смотрели на меня с такой брезгливостью, словно я была грязью у них под ногами. Не знаю почему, но они сразу возненавидели меня. — Я перевела дыхание, но слова уже сами рвались наружу. — Одна из них даже нарочно пролила на меня горячий кофе.

Я почувствовала, как он весь напрягся.

— А после они назвали меня «белой кошкой». Ты понимаешь, Рэн? Это всё не просто совпадение.

— Я не позволю им тронуть тебя, — произнёс он негромко, но в его голосе было столько уверенности, что внутри меня вдруг стало теплее. — Неважно, кто они и что задумали. Я рядом. И только это имеет значение.

После этих слов он осторожно заключил меня в объятия, и я почувствовала, как с моих плеч будто спадает невидимый груз.

Мы сидели в тишине достаточно долго, слушая только дыхание друг друга. Все эти события выбили меня из колеи, особенно встреча с «оригинальной» главной героиней, и я остро нуждалась в его тепле. В осознании, что он рядом, что именно я ему нравлюсь.

Позже, усадив его за стол на кухне, я поставила перед ним чашку ароматного кофе и тарелку с пирогом.

Вчера вечером, вернувшись из кафе и чувствуя, что нервы на пределе, я попыталась отвлечься: нарезала яблоки, щедро посыпала их корицей и замесила тесто. Пока пирог пёкся, запахи согревали кухню и меня вместе с ней, возвращая мне хоть какую-то почву под ногами.

Теперь же, я таяла от умиления, глядя, с каким удовольствием Рэн ел моё блюдо.

— У тебя же сегодня выходной? — спросил он, уже допивая кофе. Я кивнула, и он, чуть прищурившись, продолжил:

— Я приехал пораньше, потому что вспомнил, что сегодня в городе будет маленький фестиваль к началу осени. Не хочешь сходить?