Злодейка в финале

3

– Чего? – спросил тот, кого назвали Арком. Послышались шаги, и вскоре он сам предстал в поле моего зрения. – Требует, чтобы ее выпустили? А корону ей сразу на голову не одеть?

– Великовата будет, – хохотнул второй, – свалится!

И, внезапно перестав смеяться, мрачно плюнул.

Прямо мне под ноги.

И этот вот презрительный плевок, наконец-то, открыл мне глаза. Ни одна шутка не может зайти так далеко. Даже у Тани. Ни один актер не сможет так правдоподобно передать пренебрежение. Ни один здравомыслящий человек не сможет во имя шутки затащить человека в камеру и запереть его за решеткой.

А значит… значит, это моя новая реальность.

У меня закружилась голова. Я обессилено, позабыв о стражниках, отпустила прутья решетки и с трудом дошла до лавки. Устроившись на ней, я невидяще уставилась на стену напротив, пытаясь переварить и принять неожиданный поворот.

Они назвали меня Леди Шар’Ле. Теперь понятно, почему у меня такие длинные черные волосы. Именно такой я и описывала злодейку из своего романа: брюнеткой с завораживающими зелеными глазами в обрамлении пушистых ресниц; яркими, сочными, чувственными губами; бледной, фарфоровой, светящейся кожей; утонченными чертами лица и волнующей мужские взгляды фигурой. Вот только… Только в моем романе она всегда была безупречно одета и собрана, а я же – я осмотрела свою одежду – слишком выбиваюсь из ее всегда утонченного образа. Так что же произошло?

Очевидно, что я переместилась в собственный роман. Так и быть, ладно. Возможно, в моем мире со мной случился несчастный случай. И я умерла. Или впала в кому. И теперь я здесь. Что ж, мой роман, мне и отдуваться. Хотя, будь у меня выбор, я бы предпочла оказаться в теле главной героини Вивиан Лотус, стойкой сироты, что упорно преодолевала выпадающие на ее участь тяготы и помогала главному герою Джеймсу Рока сесть на по праву принадлежащий ему престол. Джеймс, естественно, был покорен ее стойким духом, добротой и отзывчивостью, и женился на ней, сделав ее королевой Рикас Реуна. Зло было повержено, злодеи наказаны, добро восторжествовало, народ ликовал. Финал такой, какой и должен быть у хорошей сказки. Но кто же знал, что в моем случае сказка станет былью?

Если я попала в роман, тогда в каком же промежутке времени я оказалась? Возможно, если я в начале, еще тогда, когда злодейка Шар’Ле не успела причинить Джеймсу вреда, я смогу переписать сюжет прямо на месте? Почему бы и нет? Вместо того, чтобы мешать Джеймсу получить корону, я могла бы ему помочь – ведь я знаю все сюжетные ходы, – или, в крайнем случае, отойти в сторонку и просто не мешать ни ему, ни Вивиан. В этом случае, сюжет, конечно, поменяется, но не сильно: пусть я и злодейка, но злодейка второстепенная, тут и без меня есть главный злодей Эммет Гира, который прекрасно справится с кознями сам. Вместо меня он просто использует другого человека, и тогда, когда Джеймс воссядет на престол и женится на Вивиан, он будет весьма благосклонен ко мне.

Своей сестре.

Да-да, я – его сестра. Пусть и неродная. Строго говоря, совсем неродная. Наверное, нужно начать с самого начала.

Жил-был король и два его брата: старший и младший, герцог и маркиз. У короля не было детей, а у герцога и маркиза по одному сыну. Раз у короля не было своих сыновей, но трон должен был унаследовать сын герцога, Джеймс Рока. Вот только когда Джеймс был совсем маленький, его похитили. В моем романе он рос в приюте вместе с сиротой Вивиан Лотус, главной героиней романа. Они вместе росли, преодолевали трудности и стояли друг за друга горой. Тем временем, герцогиня, потерявшая сына, была безутешна. Поиски ребенка оказались безуспешны. Герцог думал, думал – да и решил удочерить девочку. Девочку назвали Амелия, и дали ей родовую фамилию Ле’Шер. Вот только герцогиня ее не приняла. Тогда герцог, терзаемый чувством вины, принялся баловать названую дочурку. Амелия Ле’Шер выросла капризной и окруженной его любовью. Она думала, так будет всегда, но когда ей исполнилось шестнадцать лет, неожиданно нашелся Джеймс. Про Амелию забыли. Герцогиня и раньше ее не замечала, но не это было страшное: герцог был вне себя от счастья и воссоединился с семьей: женой и вновь обретенным сыном. Так Амелия в одночасье вновь осталась сиротой. И жила бы она себе, всего лишь лелея обиду, но тут на сцене появился главный злодей.

После похищения Джеймса трон должен был перейти к Эммету Гира, сыну маркиза, самого младшего из трех братьев. Эммета с детства готовили к трону – и он вырос, твердо уверенный, что станет королем. Поэтому когда внезапно объявился Джеймс, Эммета, так же, как и Амелию, сбросили со счетов. Все годы подготовки, занятий, работы – все было впустую. И, естественно, в его сердце поселился гнев. Он решил во что бы то ни стало получить трон, и решил сделать это через Амелию. Взращивая в ее сердце ненависть, он ее руками пытался сначала скомпрометировать Джеймса, а потом и вовсе его убить. Но Вивиан была на страже и каждый раз помогала Джеймсу избегать западни и с честью выходить из неприятностей. Терпя неудачу раз за разом, Эммет, наконец, вышел из тени и открыто бросил вызов Джеймсу. Естественно, он проиграл. И прихватил с собой Амелию. Их обоих посадили под стражу, а Джеймс, наконец, стал королем.

И, досконально зная все, что происходит в романе, я могу помочь Джеймсу. Нужно только понять, в каком я нахожусь отрезке романа. В самом начале, когда Джеймс только вернулся в отчий дом? Или позже, когда его стали готовить к престолу? Или…

Я обвела взглядом стены своей темницы – и понимание накрыло меня, как снежная лавина накрывает неосторожного туриста.

В моем романе Амелия Ле’Шер оказывалась в темнице только… в самом финале. Когда весь сюжет уже прошел и настал счастливый – для главных героев – эпилог.

Получается, я уже в финале.

И теперь уже ничего нельзя изменить.