Злодейки не плачут 2

Глава 10. Часть 5.

Мне не нужен был свет фонаря, чтобы разглядеть чуть загорелое лицо с резкими чертами лица. Темные словно ночь у костра глаза в обрамление длинных ресниц. Во рту пересохло, а под кожей разлился огонь.

Мимо проходили студенты, вернее студентки, они хихикали и косились в нашу сторону, а я не видела ничего вокруг. Кровь кипела, воздух вокруг дрожал, глаза Холда тоже дрожали: зрачок менялся с круглого человеческого на узкий звериный. От девчонок пахло сладостью, словно навязчивым шлейфом духов, а мне вдруг захотелось выцарапать им глаза, чтобы не смели раскрывать свои рты на… него, как будто только я имела право.

Слова застряли на кончике языка, словно больше не имели смысла. Тело сковало. Меня жгло изнутри, и изо рта вырывался пар. Я не понимала, что со мной происходит, а когда Холд сжал челюсти и сделал шаг назад, я почти взвыла, готовая вцепиться пальцами в темно-песочную форму, лишь бы между нами не образовывалась пропасть в сантиметры.

— Не переживайте, я приду за ответами. Просто не сегодня.

Сегодня я предпочту позорно сбежать, потому что мое сердце колотится в неистовой пляске, и я сама я пахну сладко-сладко.

До комнаты я жилом корпусе я добралась быстро, и первым же делом дорожающими пальцами начала рыскать по столу в поисках коробочки, которую не собиралась брать в руки до скончания веков. Длинная и узкая, она хранила в себе браслет-змейку, который я без раздумий надела на запястье. Он защелкнулся благодаря магическому замку, и змея укусила себя за хвост.

Аромат стих.

В груди все еще болело, но уже не пахло постыдной сладостью, которой я провоняла насквозь.

Что это было? Не могу представить, что я просто размякла из-за того, что выяснила, что он всего лишь жертва обстоятельств таких же, как и я, а не тиран, которому нравится причинять боль очаровательным студенткам. Что-то не так. И мне это совершенно не нравилось.

Возможно, мне и браслет не стоило надевать, но другим я не обзавелась, а докладывать каждому дракону о своей странной реакции на куратора, я не собиралась. Жоржетта оживилась и прыгнула на столик, я стояла рядом с ним, уперевшись в столешницу двумя ладонями. Она обнюхала новое украшение, которое село как влитое, не болталось, но и не сдавливало запястье.

— Ква-ва! — вынесла она вердикт.

— Точно ничего странного?

— Ква!

Минус проблема. Жоржи сообщила, что браслет не опасен, во всяком случае она не почувствовала от него никаких сомнительных вибраций. Он действительно лишь скрывает «эмоции» от посторонних, у которых слишком развито обоняние. Но я все же лучше куплю потом себе другой. На всякий случай.

Остаток вечера прошел довольно скромно, я предпочла лечь спать. Только сон не шел... Клянусь, в комнате едва ощутимо пахло апельсиновыми деревьями, поэтому я приоткрыла форточку и забралась под одеяло с головой, поджав ноги. Затем я стала думать о драконах и о перетягивании бревна. Если отбросить некоторые детали, наверное, все-таки интересно учиться в корпусе.

Только вот мой оборот будет означать, что тот, кто подкинул мне «паразита» получит то, что хочет. И еще знать бы кто это… Кого я должна остерегаться в этих стенах? Это кто-то из корпуса или кто-то, кто всегда был рядом, просто ждал подходящего момента?

Пожалуй, стоит подумать о том, как прижать Райзера Холда, чтобы узнать у него как можно больше информации. Я ведь точно знаю, что сегодня, пускай и на секунду, он поддался этому безумию. Пламя сжирало изнутри не только меня, оно пряталось и в его глазах. А, значит, у меня есть маленький шанс.

— Ква!

— Хочешь, чтобы я просто сидела и ждала неизвестно чего? — я наполовину высунула лицо из-под одеяла и недовольно прищурила правый глаз. Жаба-фамильяр важно посматривала на меня, сидя на соседней подушке. За последнее время она раздалась в размерах и стала не в меру болтлива, как Сури, которая сейчас устала больше всех из нас троих.

Фамильяр принадлежал Элейн, ей ее то ли подарили, то ли… история умалчивала. Вначале она передала ее старшей внучке, а та через год сплавила ко мне. К тому времени Жоржи почти перестала принимать животный облик и все чаще обитала в форме статуэтки. После смерти бабули она изредка оживала, и какое-то время назад приободрилась. Но я была так увлечена драмой в личной жизни, что особо не обращала на это внимания.

А еще я знала, что без Жоржетты у меня не получается открыть дневник, даже если я пользуюсь частичной трансформацией. Еще один фрагмент пазла находился у меня под носом в прямом смысле, но я никак не могла понять, какой стороной его следует воткнуть, чтобы увидеть общую картинку.

— Ква!

— Я знаю, что лучше не высовываться, но быть овечкой на заклание — не мой метод.