Злодейки не плачут 3

Глава 1. Часть 3.

Вот в чем преимущество драконов: отменный аппетит в любой ситуации. Ягненок в специях оказался изумительно вкусным и сочным. Впрочем, как и все за столом. В этом доме определенно умели готовить. И фаршированные рулеты из баклажан, и хрустящие тосты с сыром и помидорами. Конечно, никто из нас не набрасывался на еду, но я точно пару раз прикрыла глаза от удовольствия. Профессор с Фелицией вели при этом светскую беседу, которая ни к чему не обязывала. Разговоров я избегала, вертя в пальцах бокал на тонкой ножке, наполненный почти до краев вишневым соком с мятой. Помимо разговора Шторк чесал белого котяру за ухом, а тот довольно мурлыкал, поглядывая на меня изумрудными глазами.

Мне почему-то жутко захотелось, чтобы кот перепрыгнул ко мне на колени. Шерстка выглядела мягкой, а мурлыкающий звук успокаивал. Сури внутри меня осталась недовольна этой мыслью, мой внезапный порыв она явно не разделяла, намекая, что главная кошечка тут она, а не этот «снежок».

Не знаю, кого мы ждали, но гости явно задерживались. Ужин подходил к концу.

— Спасибо, было вкусно, — я отодвинула тарелку и аккуратно промокнула губы салфеткой. Все как положено в приличном обществе. — Понимаю, что вы еще кого-то ждете, но мне было хотелось уже перейти к той части, где вы рассказываете, что сейчас переходит, а я внимательно слушаю.

У Фелиции по лицу пробежала, острая как бритва, улыбка, которую она тут же спрятала за бокалом с вином. Да, забыла сказать, что взрослые пили, пока я всячески пыталась изображать из себя послушную девочку. «Снежок» в этот момент, махнул хвостом и соскочил с колен хозяина, а затем поспешно вышел из обеденной залы, словно знал, что так будет дальше. Шторк же просто поднял вопросительно правую бровь и медленно обернулся ко мне.

Камин потрескивал за спиной; профессор почему-то вздохнул, а затем поднялся из-за стола.

— Сегодня вы с семьей уехали на курорт Мон Блак, — начал дракон. — Вы проведете там все каникулы, а затем неделю еще дома, лежа в постели, потому что простудитесь. Итого у вас будет три недели, чтобы изучить то, чему вас не научат на подготовительных занятиях при корпусе драконов.

— И зачем этот спектакль?

Это я еще опустила вопросы по типу, каким образом планируют поддерживать эффект моего присутствия в Мон Блаке. Когда он вообще успел сговориться с родителями? Организовать побег и мою временную тюрьму? И кто такая Фелиция.

— Так нужно.

Шторк явно не любил лишних вопросов или не видел нужным мне что-то объяснять. Скорее всего, его это даже раздражало.

— Мы не в академии, чтобы я, простите за мою бестактность, проглотила этот ответ. Я ведь правильно уловила, что сейчас вы не мой преподаватель, а я не ваша ученица?

— Покажи ей, — Фелиция кивнула, затем поставив локоток на стол, положила острый подбородок на тыльную сторону ладони и улыбнулась так, словно приготовилась к лучшему представлению в своей жизни.

Шторк нервно дернул плечом.

— Ты хотела знать, Тайрин, можно ли мне доверять.

Я кивнула, а в следующую секунду уже не знала, куда себя деть. Я подскочила со стула, посуда зазвенела, но Фелиция поймала меня за руку, слишком быстро перекинувшись через стол. Шторк в этот момент расстегивал пуговицы на синей рубашке. Не медленно, а резво, и с явной злостью на ситуацию, а, может, и на кого-то еще. Наверное, только это меня остановило и заставило поверить, что я не угодила в лапы к извращенцам.

Хорошо, что от рубашки Шторк не собирался избавляться полностью, хватило расстегнутых пуговиц. Конечно, глаза я себе не выколола, поэтому без проблем увидела плоский живот и с кубиками, чтобы девчонки визжали… Да, знали бы они, что скрывает форма. Не удивительно, что Фелиция открыто наслаждалась, и без проблем все еще удерживала меня, чтобы я не сбежала. Хватка мертвая.

Я уже собиралась съязвить, потому что совершенно не понимала, как реагировать на эту ситуацию. Только Шторк что-то сделал. Предварительно он снял с шеи шнурок с каким-то блеклым камнем, а затем зашептал нечто на незнакомом языке. Он шептал, а у меня волосы становились дыбом. Комната наполнилась запахом силы, и резко стало нечем дышать. Под кожей появилось слабое свечение, которое сияло все ярче, и вот уже проступили знаки, похожие на руны, подобные тем, что украшали и мое тело.

Шторку процедура не доставляла удовольствия, у него вздулись вены на шее. И все же он продолжал говорить заклинание или что это было, и руническая цепь продолжала наливаться светом. Она вышла за пределы профессора, словно он увеличил ее размеры или вовсе растянул, и теперь она болталась вокруг него в пространстве. Кроме цепи я разглядела еще кое-что: белый шрам в области сердца. Он мне что-то напоминал, и я невольно наклонилась вперед, чтобы лучше разглядеть. И до меня дошло! Это шрам от лапы с бороздами от огромных когтей.

— Это называется Нерушимое обещание, — подсказала Фелиция. — Клятва ценою в жизнь. Скажи, кому ты ее дал?

— Саймону Оделлу.

Имя всплыло у меня в памяти легко. Саймон Оделл — муж Морин Ди Луа, а значит, мой дед. Не кровный, но Элейн в дневниках называла его отцом и никак иначе.

— И что ты обещал?

— Защитить пламя любой ценой.