Злодейки не плачут 3

Глава 8. Часть 1.

Просьба «выделить часик» вначале растянулась до еще одного, а затем пришло время освободить комнату для практик. У Уорфа до сих пор не получалось.

Мои советы выводили его из себя, потому что он в точности делал все, как я говорю, но молнии, как и прежде, пытались испепелить половину человечества, а не клочок бумаги перед ним на столе.

Магия тяжеловесная, расход резерва приличный. Уорф пыхтел, до красных пятен на шее и расчесанного затылка, но все же делал.

Мне было чем заняться, но вместо этого я боролась с собой, чтобы не ударить однокурсника. Старалась объяснять все в мельчайших подробностях, показывать на собственном примере, а потом кусала губы в приступе ярости в качестве наблюдателя.

Уорф подпирал спиной дверь комнаты для практик. Руна светилась на ней красным цветом, напоминая, что на ночь учебная часть закрыта для студентов и пора спать. Часы, скорее всего, показывали время в районе десяти часов. Я хотела спать, с учетом своей прошлой ночной вылазки, но мечты лечь раньше рушились на глазах.

— Все, что хочешь, Риар, — он на меня не смотрел, разглядывал стену напротив, но с таким побитым видом, что я заведомо знала, что отказать будет сложно. — Позанимайся со мной еще.

Уорф мог бы сказать, что это вопрос жизни и смерти, что попасть к Руггу его последний шанс получить в будущем рекомендацию, которая поможет воплотить мечту в жизнь.

Проблема в том, что он молчал, а я и так это знала. Закатив глаза, я для видимости спросила:

— Допустим. А где? На площадках деактивированы глушилки. Кабинеты закрыты.

Он сжал губы, обдумывая мои слова. В общем-то, я привела железные аргументы, но однокурсник думал недолго, облизнув губы, он вцепился в меня колючим взглядом и прочистил горло.

— Есть одно место, но ты для начала поклянешься мне, что ни одна живая душа не узнает.

— Тебе надо или нет? — с нажимом спросила я, изображать, что зеваю, не пришлось. — Я бы с удовольствием уже пошла, если честно.

— Ладно, Тайрин, только, правда, никому не рассказывай.

Не то чтобы выбора не было, просто препираться совершенно не хотелось. Я ничего не ответила, а Уорф принял это за знак согласия.

Путь до жилого корпуса меня ничуть не удивил, оставалось надеяться, что он не потащит меня на улицу, но мы вместо этого поднялись по винтовой лестнице на пятый этаж. В коридоре, который вел в сторону, где располагались комнаты парней, я уже начала сомневаться, что мы держим верный курс, и все надеялась свернуть куда-то в сторону, куда мои ноги не забредали.

Нет.

Пока мы упрямо шли к комнате Уорфа и до нее оставались считаные секунды. Я обернулась быстрее, чем успела сообразить, что нос защекотал знакомый запах. Если за нами кто-то и следил, то он скрылся за углом коридора, который в этой развилке напоминал букву «т».

— Вельма, — подсказала Сури, пока я втягивала носом воздух, который пропах ею. Так пахнет весна, когда небо становится пронзительно синим, снег сходит, уступая место первой траве.

В этот раз весна вышла дождливой. До меня донеслись отголоски сожаления, которое пыталось оформиться в нечто большое, а Уорф обернулся, чтобы понять, куда я пялюсь. Его зрачки расширились, когда Вельма выскочила наперерез и пронеслась по коридору дальше, прижимая к груди сумку. Она сделала вид, что не заметила нас.

Я слышала, как громко стучит ее сердце. Как набатом отзывается сердце Уорфа.

Кажется, эти двое так и не расставили точки над «ё».

В комнату вслед за Уорфом я зашла под аккомпанемент его личной грозы. Он пылал изнутри, и я совершенно не понимала, как в таком состояние он собирается что-то делать. А кроме этого, я не понимала и следующего: зачем мы пришли туда, где работают глушилки?

Дверь за мной захлопнулась со щелчком.

Я была здесь не так давно в ночь зимнего праздника, в общем, с того времени ничего не изменилось. Кровать, приличных размеров шкаф. Два удобных кресла с раскосыми модными ножками, одно, по-прежнему завалено учебниками.

— И что мы здесь забыли? — скептически спросила я.

Уорф на меня шикнул, продолжая чернеть как туча, а затем позвал домового духа. Попутно из нижнего ящика тумбы возле кровати он выудил что-то в небольшой коробке, и я уловила запах халвы.

Все-таки быть драконом иногда очень выгодно, потому что в следующую секунду домовой дух протянул лапки за лакомством, похлопал в крохотные ладоши, и немагический полог спал.

— А профессора не узнают? — в шоке спросила я. Кончики пальцев закололо холодом.

— Если не делать так каждый день, то не узнают.

Похоже, вселенная благословила меня, за то, что я решила преисполниться терпением. Все, что касалось драконьей части на нее глушилки и так не действовали, а вот на магию темных искажений… Что ж, весьма полезное знание.

Вокруг Уорфа все еще гремела гроза в прямом и в переносном смысле. Если бы его стол не был защищен магией, он бы точно спалил его или разломал. После случайной встречи с Вельмой стало еще хуже.

— Да, она видела нас и, возможно, вообразила себе всякой ерунды, — озвучила я его мысли. — Вельма впечатлительная, но совершенно точно неглупая. Но затягивать с объяснением тоже не стоит.

Уорф уставился на меня ошалелым взглядом.

— Если ты пойдешь к ней прямо сейчас, она психанет и не станет тебя слушать чисто из принципа — гарантирую.