Зловещий художник

Глава 2

Если заинтересуетесь историей и архитектурой замка Ровенгросс, то легко найдете основные сведения в путеводителях и популярных брошюрах. Если вдруг захочется узнать больше деталей, рекомендую заглянуть в пятый том “Летописи великих королевств” или постараться раздобыть книгу магистра Денниаса Цанга, которая так и называется — “Замок Ровенгросс: далекое прошлое и блестящее настоящее”. Насчет настоящего магистр слегка польстил, но в целом исследование подробное и добросовестное. Придраться почти не к чему.

Если же вам лень заниматься подобными изысканиями, сообщаю, что замок построен чуть больше восьми сотен лет назад на фундаменте совсем уж древнего замка, также принадлежавшего графам Ровенгросс. За минувшие века произошли некоторые перемены. Центральная башня снесена и возведена заново, по другому проекту. Изменениям подверглась каменная резьба на фасаде и над северным входом. В прошлом веке заменили допотопный водопровод и добавили несколько ванных комнат. Но в целом облик древнего строения сохранился, чем многие поколения Ровенгроссов вовсю гордились. Я тоже искренне привязан к замку и огромному парку, его окружающему. Когда нет теплых чувств к людям, которые находятся вблизи, поневоле привязываешься к чему-то неодушевленному. Ведь даже самая угрюмая душа имеет свои привычки и слабости.

Моя душа радовалась тому, что я остался в замке, с его устремленными в небо башнями, гладкими каменными полами, ускользающими тенями в длинных коридорах, потайными комнатами, затянутыми паутиной времени портретами, подвальным лабиринтом и прочими особыми приметами старого здания. Матери и некоторым другим домочадцам не нравилось то и дело натыкаться на рыцарские доспехи или плутать по полузаброшенному Восточному крылу замка. Попытки осовременить древнее жилище могли показаться довольно успешными на первый взгляд. Однако старина все равно упорно проступала сквозь стены. Предупреждаю заранее: время от времени буду отвлекаться на описания фамильного поместья. Хочется, чтобы вы получили какое-то представление о нем. Возможно, даже добавлю какую-нибудь подходящую легенду. Но постараюсь держать себя в рамках и не злоупотреблять вашим вниманием.

В любом случае, я доволен, что остался в замке, а не жил на относительно недавно построенной вилле, на светлой, солнечной, открытой ласковым ветрам территории. Такая обстановка не для меня. Несколько лет назад я пробовал перебраться в город и существовать независимо. Но… вскоре возвратился в замок. Это уже давняя история, о которой пора забыть.

Итак, двадцать восьмое мая. Через день, тридцатого числа, предстоял праздник. День рождения моей матери. Предыдущий отмечали как обычно — широко и с размахом, в присутствии почти сотни гостей. Но теперь праздник планировался тихим и скромным. В семейном кругу с добавлением лишь ближайших друзей. Всего-то человек тридцать-тридцать пять. Такие ограничения были связаны с трауром. Буквально накануне скончался двоюродный дед отца, исключительно влиятельный и богатый старец, давно переживший всех своих ровесников. Поэтому ради приличия пришлось срочно менять планы.

Мать не слишком расстроилась, по крайней мере, вслух говорила: “Что ж, как следует повеселиться можно и потом. Давайте устроим цветочный бал в июле”.

Самые-самые близкие родственники договорились приехать пораньше, за два дня, чтобы вволю пообщаться и обсудить какие-то насущные дела. В чем эти дела заключались, я не знал. Меня не сочли нужным посвятить. В два часа пополудни я уже стоял рядом с матерью на верхней площадке высокого крыльца замка в ожидании гостей. Всегда ненавидел эту обязанность, однако избежать ее в тот раз не удалось. Слуга, поднявшийся на дозорную башню, передал сигнал: на дороге показались две кареты. Мне предстояло держаться вежливо и никому не давать поводов для недовольства. Это была сложная задача, но что поделать.

Первой в распахнутые ворота въехала карета графа Мариоса, среднего из братьев Ровенгросс. Карета была совсем новенькой, я ее раньше не видел, однако по ливрее кучера сразу угадал, кому она принадлежит. Мать легко сбежала по ступеням крыльца, пышные оборки на ее легком светлом платье (траур было решено не надевать), колыхались, словно крылья бабочки.

Дядюшка Мариос, не дожидаясь помощи выездного лакея, рывком открыл дверцу, лихо спрыгнул на землю и окинул двор гордым взором. Вероятно, хотел удостовериться, что все заметили его лихость. Свидетелей набралось маловато, но он вряд ли расстроился. Я не встречал более самоуверенных людей, чем Мариос.

/Небольшое отступление. Иногда буду называть действующих лиц просто по именам, безо всяких обозначений родства и титулов. Они сплошь аристократы да еще и родственники. Не люблю повторять одно и то же. Вы ведь не против? Иначе написанное покажется слишком пафосным и запутанным. В любом случае придираться к стилю, надеюсь, никто не станет. Я не стремлюсь сделать из этой рукописи роман или повесть. Просто изложение фактов с моими короткими размышлениями. Не стоит зарекаться, конечно. Но править ее вряд ли буду. Как получится, так и получится. Главное — точность, а не красота слога. /

Продолжаю: И это при том, что граф Мариос — невысокий, уже лысоватый толстяк. Именно такие частенько считают себя неотразимыми. Дядюшка прибыл с супругой Новеллиной, уже третьей по счету. Куда делись первая и вторая супруги — никому не ведомо.

О его нынешней жене распространяться не стану. Сказать о ней практически нечего. Обычная скучная дама не первой молодости. Ума не приложу, почему дядя на ней женился. До меня доходили разные версии их знакомства. Единственным ее достоинством была чрезвычайная молчаливость. Вот эта черта графини Новелинны мне нравилась. Мариос расцеловался с моей матерью.

— Ты все цветешь, сестричка Джейни!

Конечно, на самом деле она не была его кровной сестрой, однако Мариосу нравилось так ее называть.

Он похлопал меня по плечу:

— А ты уже совсем взрослый мужчина, Шэнс! Ну, как продвигаются твои занятия? Все хорошо?