Змееглоты

Глава 21. Розовая пена

Остаток ночи после появления Атхен с новостями об особых способностях Блэкшейда Слизерин провёл в зельеварческой. Он доводил до ума зелья с ядом василиска, создавая разные варианты соединений отравы с цветениями трёх главных деревьев друидов.
Блэкшейд – мыслевидец.
Он действительно состоит в родстве со Слизерином.
Или нет? За свою очень долгую жизнь змееуст знал только одного человека, способного видеть в сознании других, ещё об одном слышал, и оба они приходились ему предками. Из этого выходит, в юнце-караульном бежит родная кровь.
Это было странно для Слизерина – безусловно, их редкий дар был лучшим доказательством родства, но сам факт, что ребёнок боковой ветви плодовитых Блэков способен к видению мыслей, казался невозможным. Сестра матери Слизерина была леди главы рода Блэк, но десятки десятков лет назад. Почему дар спал целые поколения и проснулся именно в этом юноше? Был соблазн поверить, что сама магия выбрала Блэкшейда, наделила даром для одоления лжеМерлина, но… Но змееуст не имел привычки тешить себя пустыми надеждами.

Едва забрезжил рассвет, Слизерин собрал необходимое и вышел из зельеварческой. Зачаровал двери и поднялся в трапезную – ему предстоял долгий и тяжелый день в опустошенной деревне и завтрак бы не помешал.
- Старинный друг опять не спал, - ворчливо поприветствовала мага Кама, не успел он прикрыть за собой дверь.
- Ты знаешь, это не праздное желание, - без тени улыбки ответил змееуст и кивнул сидевшему у дальнего края стола Фиргу.
- Надеюсь, ты дашь мне закончить с завтраком перед тем, как мы пойдём в деревню, - торопливо дожевал лепёшку воин.
- Ты снова собираешься таскаться за мной?
- Я называю это «прикрывать», - проигнорировал насмешку в голосе зельевара Финн.
- И кого же ты прикрываешь?
- Нас, - потомок Грифона спокойно пожал плечами, не намереваясь никак развивать мысль.
Наскоро позавтракав, мужчины попрощались с Камой и вышли из трапезной. В коридоре они столкнулись с Годриком.
- Удачи, - кивнул он и хотел было толкнуть дверь, как Слизерин быстро проговорил:
- Подбери ей доспех, Рик, лишним не будет.
Гриффиндор ещё раз кивнул и скрылся в комнате. Финнгриф долгим взглядом посмотрел на зельевара, но ничего не сказал.

Мужчины молча спускались по изумрудному склону, сбивая сапогами тонкие росяные жемчуга с трав. Солнце поднималось всё выше; лёгкая молочная дымка, клубившаяся у подошвы холма, обещала тёплый погожий день. В деревне всё было таким, каким они вчера оставили при уходе. Абсолютно всё вокруг – даже трансфигурированный из подобранной ветки широкий пень неподалёку от колодца, наколдованный Фиргом – оставалось чистым, лишенным каких-либо посторонних следов, физических и магических. Удостоверившись в том, что никто не наведывался под покровом тьмы в поселение, маги подошли к источнику. Зельевар приготовил порции зелья и закатал рукава мантии, Фирг достал зачарованный кинжал и проверил, легко ли выходит из ножен меч.
- Можно начинать, - кивнул скорее самому себе, чем воину, Слизерин и повернулся к колодцу. Напевая заклинания, выписывая целые фигуры палочкой и время от времени прибегая к змееречи, он вынимал рептилий и заключал их в магические сферы. Проверив каждую, удостоверился, что ни одна из переживших приём отравы так и не скончалась за ночь, и мрачно цокнул языком.
- Ты помнишь вчерашний уговор? – напомнил он спутнику.
- Ни во что не влезать, чары отведения глаз врагов на себя наложить, голоса не подавать и вообще прикинуться дубом, - хмыкнул Финнгриф. – Начинай уже, великий отравитель, мне не терпится полюбоваться, как мерлиновы гады будут корчиться в агонии.
- Не думал, что фений Финн настолько кровожаден, - усмехнулся Слизерин.
- Справедлив. Мерлиновы твари за моих змееловов, - лицо Фирга ожесточилось.
Змееуст вернулся к заключенным в наполненные белесым туманом сферы рептилиям. Они были крупнее тех, что воин наловил в лесу, гораздо сильнее магически, а оттого в разы опаснее. Мужчина глубоко вздохнул, поправил рабочие зелёные перчатки из драконьей кожи и принялся за работу. Первым он решил испробовать зелье с дубом и тёрном. Он приманил две сферы, запер время в каждой и только потом развеял их. Пальцами раскрыл застывшим змеям пасти и отмерил им яд. Затем он набросил на себя чары недвижной слепоты, позволяя быть невидимым до первого совершённого движения, снова наколдовал сферы, на этот раз прозрачные, развеял в них запирающее время заклинание и стал наблюдать. Рептилии мгновенно пришли в сознание и уставились на то место, где стоял без малейшего шевеления Слизерин. Медленно они повели головами в разные стороны и спокойно свернулись кольцами внизу сфер, равнодушно мерцая сапфирами глаз. Всё как вчера. Минуты медленно тянулись, а зельевар так и стоял с прямой спиной и буравил тяжелым взглядом всё ещё не проявляющих никаких признаков отравления змей. Спустя некоторое время мужчина заметил, что сегодня гады были в разы ленивее, чем вчера, но на этом изменения заканчивались. Слизерин почти не размыкая губ прошептал заклинание, и сферы наполнились плотным непроницаемым туманом. Оставив их парить над колодцем, мужчина готовился заняться следующей парой гадов. Первая неудача не разочаровала его: по большому счёту, он и не надеялся на успех. По крайней мере, на успех этого варианта зелья. Маг всерьёз полагал, что сослужить пользу ему может только тёрн – дерево смерти. От идеи троецветия он и вовсе хотел отказаться – уж очень настораживали восстанавливающие свойства ясеня – но в итоге Слизерин все-таки подготовил и такой яд, памятуя о подслушанном Аимом шепоте деревьев.
- Что будем делать, если отрава не возьмёт их и теперь? – задал беспокоивший и самого змееуста вопрос Фирг.
- Мы – ничего. Я – искать варианты, - сдерживая раздражение, ответил Слизерин.
- Может, проткнём их клыками василиска – и дело с концом?
Зельевар уже повернулся огрызнуться в ответ, но вдруг передумал:
- Если ни один отвар не возымеет необходимый эффект, я самолично выдам тебе завтра пару клыков. Но если твоя безумная идея сработает, то ты отправишься и старика истыкивать зубами, пока тот на ежа не станет походить.
- А у тебя есть столько клыков? – со смешком поинтересовался Финн. Змееуст ничего не ответил, но было похоже, что фений и не нуждался в ответе. Пора было испробовать следующий вариант отравы.
На этот раз маг выбрал троецветие. Он повторил все манипуляции с новой парой рептилий, снова спрятался за чарами и с выжиданием уставился на напоенных ядом змей в сферах. Довольно быстро они начали беспокоиться: завозились, заскользили по стенам своих магических клеток. Они не отрывали взгляда от места, где стоял скрытый чарами маг, тот впился взглядом в рептилий в ответ и, казалось, слышал их рассерженное бессвязное шипение. Но время шло, а ни умирать, ни биться в агонии ни одна из змей так и не принялась. Слизерин наполнил сферы туманом и вынул из кармана оставшиеся сосуды с ядом. Он снова приманил пару туманных шаров и споил змеям зелье с терновником.

По мере того, как последние подопытные начинали раздраженно возиться в прозрачных темницах, рассерженное шипение напоенных предыдущей отравой становилось всё громче и хаотичнее: змееуст не мог разобрать ни слова в потоке бессвязного шума, изредка перемежаемого обрывающимися нечленораздельными ругательствами. Вскоре к нестройному хору присоединились и последние гады, ощерив острые сапфировые клыки. За спиной заволновался потомок Грифона:
- Почему они шипят, не умолкая?
- Надеюсь, потому, что яд действует как должно.
Змееуст не стал говорить воину, что что-то идёт не так, как он ожидал. Змеи не могли видеть его, но упорно сверлили взглядами ровно то место, где маг стоял; метались по сферам, бросались на прозрачные стены и ни на миг не утихали. В их шипении были слышны всё новые и новые проклятия. Слизерин нахмуренно наблюдал за ними, но больших изменений в поведении так и не проявилось. Мужчина поднял глаза к небу – солнце перекатилось за полдень чуть больше трёх часов назад. Если всё прошло успешно, то Атхен и Годрик скоро должны вернуться домой. Нет смысла сидеть здесь в надежде на то, что на этот раз Мерлиновы гады издохнут. Ожидать их смерти можно и в бастионе. Он снова почти не открывая рта пробормотал нужное заклинание, и все сферы наполнились густым белёсым туманом. Осторожно погрузив их в недра колодца и зачаровав его от случайных и неслучайных посетителей, зельевар кивнул Фиргу.
Они вышли из поселения и зачаровали ворота, как делали всякий раз до этого.
- Завтра проверять гадюк поутру пойдём? – деловито поинтересовался воин.
- Если у тебя есть другие планы, я тебя не держу, - заметил змееуст.
- Я смотрю, у тебя с поддержанием нормальной беседы серьёзные проблемы, - фыркнул Финн.
- Я смотрю, общение с Риком делает тебя ещё более несносным, хотя, казалось бы, куда уж больше, - саркастически улыбнулся колдун.
Фирг только хмыкнул и первым начал подниматься по склону холма.