Змеёва невеста и последний рыкарь

Глава 2

Летит стрелой Заряна, ног под собой не чуя. Вот уж жар позади из пасти звериной разливается по спине. Взмолилась Хозяину, чтоб помог, и будто услышал. Только пробежала по тонким веткам, как позади что-то хрустнуло, ухнуло и раздался громкий стон. Обернулась девка - никого. Ну вот только ж был и не стало. Сердце в груди трепещет, и нет бы сбежать, да окаянное ответа просит.

Глаза, как тарелки огромные, будто в родных у неё не мать с отцом, а совы ночные. Подобралась к яме, что кем-то прикрыта была, и глянула вниз. Ухнуло всё внутри. Глубока и черна. А на самом дне диво дивное. Токмо медведь за ней гнался, а теперича опять в мужа обернулся. Только, ой срамота, вовсе голый. Лежит на боку, и кто ведает, жив ли мёртв.

- Эй, - позвала Заряна, тут же от края отступая, и землица вниз посыпалась из-под ног босых прямо на волосы русые. Но не отозвался рыкарь.

Огляделась девка, шишку нашла и прямёхонько в лоб беру кинула. Зашевелился тогда мужик. Живой, как есть живой. Оттого на душе радостно стало.

До дома рукой подать. Отец ждёт, поди, как завещал - накажет. И как теперича этого прикажите оставлять? Да и вызволить девка его не в силах. Побродила вокруг, ничего не сыскала, решила домой идти, там верёвку раздобыть и назад воротиться.

Идёт мимо домиков, что в землю вкопаны. Без окон, без дверей, лишь вход чуть меньше её самой, а полог его прикрывает. У всех тут почти такие, это тятька учудил с их избой, что над землёй подымается выше роста человечьего. А поверх этажа светёлка, где Сияна любит рубахи да полотенца вышивать. Всё приданое себе готовит.

Ненавистна такая работа Заряне, да что поделать, ежели на роду бабьем это написано. Её б воля, мужем была. Этим в поле трудиться, коров да овец приглядывать, а можно в путь отправиться.

Но как только ступила на порог, ухватил её Сбыня за косу и в клеть. Бьётся птицей Заряна, пустить её просит. А как воротится снова, так будет хоть год тут сиживать.

- Ишь, - подставляет под дверь увесистый короб Сбыня, что не сдвинуть никак. - Три дня тебе на думы, чтоб отца почитала. С сестры пример бы брала.

- Да я что, тятя, - качала головой Сияна. Домашняя больше, ласковая. А младшую будто полуночница в зыбке подменила. Были ещё два мальчика, но Чернобог к рукам ещё младенчиками прибрал, так и остались вчетвером.

- Такую лучшему воину в жёны давать можно, - всё говорил Сбыня, - а ты ...

Он не закончил, сплюнул на земь и в поле отправился. Наказ дал из клети беглянку никуда не выпускать, слава Перуну, что живая воротилась.

Сбыня завсегда леса боялся, хоть и домом тот его одарил крепким да ладным. Легли сосенки друг на друга, обхватились по краям, и замерли. А под ними по четырём углам задобрыши, чтоб дом крепше стоял. Поначалу зерна под один из углов насыпали, под второй шерсти овечьей, третий угол пёрышко забрал, а четвертый локон девичий.

Крепок дом, простоит долго, а всё потому, что деревья верные Сбыня подбирал. По заветам не трогал больные, старые и высохшие. Такие мёртвыми считаются да приносят в дом болезни. Не трогал и те, что на дорогах растут, где народ хаживал. Эти буйными назывались да могли вред в строительстве нанесть. А ну как такое упадёт на кого да пришибёт? Традиции почитать завсегда надобно, тогда и духи благоволить будут.

Отошёл Сбыня от клети, Саяна тут как тут.

- По делу сидишь, аль не вышло ничего?

- Видала рыкаря этого, - зашептала страстно Заряна, вспоминая зелень его глаз да властный взгляд. - И впрямь обращаться горазд.

- Не врут?! - ахнула Сияна, руки к груди притягивая. Уж ежели сестра об том сказывает, как не верить. Видать, взаправду такое на свете случается. - И кого ж выбрал? - спросила, а самой хочется, чтоб и сюда пришёл. Неужто в их деревне не найдется с десяток красивых девок? Да хоть бы и она. Подумала о том Сияна, и щёки заревом вспыхнули. Никогда не видала рыкаря этого, а уж верит, что приглянуться ему может. Показала бы себя да согласия не дала. А может враз передумать, когда сама Бера увидит.

- Плечи, вот такущие, - описывала Заряна.

- Какущие? - переспросила сестра, которая и не видела ничего.

- Пусти, покажу.

- Тятя нарёк, как ослушаться?

- Так пенёчек убери, скажи, сам упал.

- Не могу, Мокошь видит, не могу!

- Ничего она не видит, - прошептала себе под нос Заряна. - А ты та ещё дурёха.

- Что? - не расслышала старшая.

- Нет больше Бера, - оповестила её сестра.

- Как нет? Уехал?

- А вот так. Был и вышел. Открой, Сияна, в лесу он, сподмочь надобно. Лежит в яме у черной топи.

- Ой, завираешь, - не соглашалась старшая.

- Могу хоть чем поклясться!

- С тебя станется.

- Не веришь? - основала Заряна. - Поди ж глянь! Там где три сосны меж собой переплелись.

- Нельзя в лес, что ты! - не соглашалась Сияна.

- Заячью душу в тебя Род вложил.

Разгневалась Сияна, раззадорила её сестрица. Мож одним глазком глянуть? Угощенье куда следует уложит да быстро обернётся. Уж бывала в лесу, пока отец не ведал.