Змеёва невеста и последний рыкарь

Глава 4

Пришёл в себя Слав ночью тёмной. Неподалеку волки песню свою заводят, луне поклоняются. То просто звери, не оборотные. Он и сам лишь недавно познал силу свою, что с бером единила. А дело было вот как.

В маленькой деревушке, что отсюда незнакомо сколько дней ходу, жил Слав со своей семьёй. Четыре брата да сестрица, мать да отец, бабка да дед. Семья большая, дружная. Бортничеством отец промышлял, а сынки на подмоге. И повадился к ним Бер лесной мёд из ульев таскать. Они уж и место меняли, и рогатинами всё обставляли. Всё одно - нет с ним сладу.

Как водится, ходили туда все вместе. Кто в котёл колотушкой бьёт, чтоб из дали слышно было, кто кричит на всю округу, мол, убирайся, косолапый. А тут увидал Славка издали Бера, что мёдом лакомился, да припустил скорей богатство спасать.

Подскочил, ухватил рогатину, а медведь и не услыхал. Нос в горчичной жиже ароматной, пчёлы кружат вокруг, пробиться чрез шерсть длинную не могут, а морда татя в улье схоронилась, мёд лакает. И уж что ему до тех укусов, ежели сладко.

Ухватил Слав рогатину да вонзил её в бок медвежий.

Заревел зверь раненый. Ухватился лапами за короб, снять пытается. А Слав всё больше телом наваливается на рогатину. Размахнулся медведь лапой, попал в парня. Отшатнулся Слав, а Бер уж от улья освободился. Рёв поднял, на обидчика ринулся. Обнял так, что в глазах у молодца потемнело и дух перехватило. Слав зверя в ответ обхватил. И пошла у них борьба не на жизнь, а на смерть.

Народ сбежался глядеть, что стряслось. Кончились силы медвежьи. Упал он на Слава, собой придавливая. А и тот без сил, без дыханья, что думали, будто помер. Раны от когтей глубокие, кровь рубаху да порты залила. И так глубоко в одном месте ему лапа в рёбра вошла, что насилу вытащили. В доме выхаживали. Мать Живе молилась неистово, всё просила сына обратно вернуть. И не ведали они, что не просто воротится к ним Слав из чертогов Чернобога, а силу невиданную получит.

Заросли раны быстро, затянулись так, будто ничего и не было. А как пошёл однажды в лес парень, ощутил, что по-новому видит его. Каждый запах чует, каждый звук слышит. И обращение там у него случилось. Не помнил себя до поры, будто во сне где-то зверем бродил. Очнётся без одежды, уяснить не в силах, что такое. А потом сказки, что в детстве сказывали, смысл обрели.

И почуял Слав в себе силу немыслимую, научился зверя своего укрощать. И стал глазами его видеть и слышать.

И пошла о нём Слава, каждый с уважением смотрел и боязнью. А ну как разобидит рыкаря? Пришла пора судьбу свою искать, и сердце толкало его за пределы родной земли. Будто чуяло, что где-то ждёт его суженая.

Прошёл уж столько дорог, но родную душу не встретил. Пригожи девки, знают толк в хозяйстве, а всё не ложится сердце ни на одну, будто верит, что ждёт его любава где-то.

И теперича смотрины ему устроили. Оглядел всех, носом повёл, будто воздух вокруг каждой унюхивал, и почуял же что-то. Сердце затрепетало. Кажись, есть среди всех та, что сердцу мила будет. А тут бабы насмехаться давай. И обратился, чтоб доказать всем, что горазд.

Завизжали девки, врассыпную бросились. А средь них одна, что будто за собой звала. Потому и бросился следом. Уж как она средь деревьев бежала. И уж догнал, да яму кто-то глубокую выкопал.

Очнулся в ней только ночью без портов. Ох уж эта сила оборотная. Беру одёжа ни к чему, а вот Славу щеголять голышом – дело негожее.

Сильные пальцы вошли в мякоть земли. Другой бы не выбрался, а этот раз за разом цепляясь на волю торопился. И кто знает, идти куда. Только мелькнул меж деревьев образ девичий, за собой позвал. Лесовичка то, Слав сразу признал. Но душа добрая, вывела к деревне. А там мужика встретил. Диву тот дался, кто таков, но разъяснил ему Слав, что случилось. Так порты и рубаху новые получил. Только негоже это одёжу каждый раз на себе рвать. Не напастить никогда другой.

Обычно снимал её бер прежде, а потом уж в медведя оборачивался. Вот бы найти такую, заговорённую. Слыхал, будто Ягда такое может. Да где сыскать её – неведомо. Не боле, чем сказки то, думал Слав. Только и про рыкарей тоже. Сколько живёт на свете, всё удивляется, как сказка с явью единяется.

Отлежался у мужика, выспался. А выспрашивать про девку стал, так сын Жировита поведал, что ходила дочка Сбыни в лес прямиком к той самой яме. Видать, рыкаря искала.

- Покажи дом, - просил Слав. И повёл его мальчишка меж землянок к добротной избе, а на пороге Сияна стоит. И забилось сердце рыкаря быстрей от того, что судьбу свою нашёл. Она, как есть она. Та, за кем вчера угнаться пытался. А значится, обрёл он её.