Змеёва невеста и последний рыкарь

Глава 7

Слав, как узнал про Змия, места себе найти не мог. Из-под носа невесту увели. И пусть девок по земле много ходит, да выбрал он одну-единственную. Её вернуть надобно.

- Говорят, чудище нашу Сиянку съело, - шептались мальчишки.

- Миролюба сама видала, как откусил он ей голову, - вторил другой.

- Да нет же, утащил её, а потом на землю бросил, чтоб сама убилась.

- Да он живое любит!

- Почем тебе знать?!

- А ну цыц! – приказал Жировит, и бросились мальчишки врассыпную, покуда он им в спины глядел.

Принесла нелёгкая чудище, никогда прежде не видывали в этих краях. Кто ведает, сколько на свете ещё чудес. А ежели вернётся за другой? Надобно ухо востро держать.

Плачет Умила, грустно головой качая, а Заряна в угол забилась, будто чует за собой вину какую. Не сберегла сестру, хоть и рядом стояла. Без ней и в избе как-то пусто. Хоть и сбиралась она замуж, ушла б и так, а всё одно. Думать, что сестра при муже любимом или от страха где-то помирает.

Услыхала, что Слав в дорогу собрался, с ним захотелось сестру спасать. Только слишком суров. Такой девку с собой ни за что не возьмёт. Прижалась к матери, а та её по голове гладит. Одна, мол, ты у нас с отцом осталась. И рвётся у Заряны душа от того, что сделать хочет, да только чует, будто должна, Поймут они её, как обратно воротится.

Взяла припасов немного, в узел тугой стянула. Кто знает, какой дорога выйдет. Ягоды сбирать можно, грибочки. Рыбу ловить отец немного учил, тот же мёд у пчёл диких. Как-нибудь протянет.

Ухватила из сундука вещи отцовские. Глянула на свои ноги босые. Далеко с такими не уйти, а потому и сапожки умыкнула единственные. Пущай не серчает, сестру пойдёт выручать. Взяла нож острый, да на реку отправилась.

Глядит на себя в воду, что отраженье качает. Ухватилась за косу и чикнула быстро, чтобы не передумать. Упала пшеничная к ногам, обмякла, как неживая. И так жалко её Заряне стало, хоть вой. Подняла она сокровище, что с малолетства с ней завсегда, прижала к груди, оплакала, да тут же припрятала. Не берегиням ведь отдавать. У тех самих красы немерено.

Огляделась – нет никого. Сбросила девичью рубаху, отцовскую надела, порты да сапожки. Ничего, что великоваты. Другого всё одно – не сыскать. Хотела косу поправить, а нет её. Пусто. И будто руки не хватает, что всю жизнь с собой была. Глянула в реку. Как есть – парень. Улыбнулась себе сама. Не признает в ней Слав девку.

Слышит, как трава шуршит. Испугалась, обернулась. Идёт к реке Вернигора. Тот самый, что жениться на Сияне хотел. Увидал Заряну, брови ещё пуще нахмурил. Оглядывает, а она хотела глаза долу, да вспомнила, что теперь не девица вовсе, потому следует в ответ смотреть. Вынесла взгляд его. Ногу на кочку установила, руки за пояс сунула. Ну как есть мужик. Сама собой довольна.

- Кто таков будешь? – пробасил Вернигора.

- Кто надо, тот буду, - пискнула, понимая, что голос надобно ниже делать. – Помощник рыкаря.

- На кой ему помощник безузый, - усмехнулся парень. Окинул её взглядом сверху вниз и дальше пошёл дорогой своей, а у Заряны внутри сердце, будто лист на ветру трепещет. Того и гляди в кусты вслед за лягушкой упрыгает. Не признал. Как есть не признал, хоть и с измальства вместе играли.

Схватила узел и обратно к деревне. Только лучше на глаза больше никому не показываться. Обошла сторонкой. Только издали мать углядела, что в корытце вещи полоскала. Отвернулась, слезу прогнать пытаясь, и дальше погла.

Мож, мальчишки какие и видали, да никто не окликнул.

И углядела она, как мелькнула спина рыкаря меж деревьями. Припустила следком, насилу догнала, уж Перун ведает за сколько вёрст. Обернулся он, услышав, как кусты потрескивают. Принюхался. Будто что-то знакомое, да не признаёт, кто таков пред ним.

- Чего надобно? – издали спросил.

- С тобой иду, - как можно ниже Заряна голос сделала.

- Пущай за детьми няньки следят, а не я, - ответил на то Слав, оборачиваясь, чтоб дальше следовать.

- Я с тобой! – настаивала Заряна. – Сестру мою чудище украло!

Удивлённо уставился на неё рыкарь, будто ослышался.

- Думал, сестра только у Сияны есть.

- И я, - уложила на сердце себе руку Заряна, да тут же убрала. Увидал в том жесте рыкарь что-то девичье.

- Иди к матери да отцу. Сестру вторую береги, а мне некогда, - сказал и снова пошёл.

- Нет! – и столько уверенности в голос вложила, что остановился рыкарь.

- Одному сподручней, не привык я дорогу ни с кем делить.

- Тогда своей пойду.

Уверенно прошла мимо, гордо голову вскинув. Сапоги тёрли, шлёпая туда-сюда. Порты всё соскочить пытались, потому приходилось их постоянно подтягивать. К узелку она пеньку приторочила и на спину перекинула, чтоб в руках не несть.

Глянул вслед ей рыкарь, и чуть левее принял. Не хватало ещё за безусым юнцом приглядывать. А тот не отстаёт. Только Слав отодвинется дальше, расстояние сокращает.

- Да вернись домой, - попросил ещё раз, но Заряна лишь головой покачала.