Змеёва невеста и последний рыкарь

Глава 11

Аромат мяса приятно разносился по лесу. Забирался в ноздри, заставляя слюнки течь. Заряна перебралась к рыкарю ближе, раз позволил. Установила сапожки рядом, узел и терпеливо ждала, когда сготовится. Слав бросал на неё мимолётные взгляды, разделывая тушу кабана дальше. Столько сразу не съесть. Придётся с собой брать. Хорошо соли припас для дела такого. Умастит белой пылью, чтоб хранилось лучше, и с собой часть возьмёт. Что-то потащит безусый, раз уж увязался следом. По нему видно, что охоте не учен. Такой враз ноги от голода протянет.

- Как же ты сестрицу вызволять собрался? – подал голос Слав, не глядя на юнца. – Ручки как плети, меча, поди, в руках прежде не держал! Палками что ли в него бросаться будешь? – усмехнулся в усы, головой качая. И впрямь. Ветер в голове в парня гуляет. Даже имя какое-то дитячье – Уйка. Не чуется в нём мощи вовсе. Такому орало да поле пахать. Ячмень с овсом сеять, а не по лесам бродить. Вон даже мозоли в первый же день набил.

- Так я ж не сам! – усмехнулась Заряна. – Я в подмогу.

- Подмогу, значит, - хмыкнул Слав. – Подмога от слова помогать. А от тебя разве чего добьёшься?

Нахмурил брови безусый. Будто обиду затаил.

- Вон даже мяса себе добыть не сможешь, - насмехался рыкарь.

Поднялась Заряна с места, слюну сглотнула. Да гордость в ней говорить стала. Неужто без этого увальня сама себя прокормить не сумеет? Пусть у него сила в плечах сидит да в теле зверином, а у ней голова на плечах имеется. Лес завсегда еды даст.

- И куда ж ты? – обронил ей вслед Бер.

- На свою половинку, - бросила через плечо Заряна. – Оттуда не воняет.

- Чем?!

- Вонью медвежьей.

Принюхался к вещам своим да к себе Слав, вроде не пахнет. Не смердит, как бывает от зверя. А ну как сам чуять свой запах перестал? Дым ощущается, ёлочками пахнет, где-то олень бродит. Да всё. Своего определить не может.

- А ну, - поднялся с места, быстро расстоянье сокращая. И упало сердце в пятки Заряны, когда она его с ножом подле себя увидала. – Разве ж смердит? – требовал Слав ответа.

- А то как же! – издевалась Заряна. – На целую версту, - гордо подняла подбородок, чтоб не выдать страха.

Нарочно нос зажала, будто рядом стоять не в силах.

- Отчего ж раньше молчал?

- Да как тут сказать, когда ты добро ко мне проявил?! – сочиняла дале. – Потому терпеть пришлось.

- Прям-таки терпеть.

Вглядывался Бер в лицо пригожее, да всё понять пытался, отчего природа молодца такой красой наделила. Видывал он девок страшных, так тем бы хоть крупицу красы, что мужу сему дана. А молодцу к чему моргушки такие длинные али губы бантом? Только других смущать.

- А-то как же, - не уставала врать Заряна. – Еле утерпел. Только из-за мяса и сдюжил.

Сжал зубы Слав, и сам не ведает, отчего слова эти его так цепляют. Ну сказаны, и Велес с ними. Так нет же, в душу запали, будто есть до них дело. Развернулся, обратно к костру пошёл. А Заряна, вздохнув, опять узел свой развязала, поглядеть, что ещё он такого в себе прячет. Да куда там супротив духа мясного. Всё нутро от голода ноет, насытить его просится.

Обула сапожки всё ж, поднялась с места и пошла ручей искать, чтоб водицы испить. Ничего не спросил Бер, только глазами спину прожигал, когда она меж деревьев шла.

- Медведь, - пинала веточки, на него и себя злясь. Будто не мог смолчать, будто не могла и она проглотить вместе с мясом обиду. Что делать теперь? – Оборотень неотёсанный, - кляла Бера, заслышав, как река голосом поигрывает.

Хорошо, что идти надобно было недалеча. Да и помнит Заряна, что мимо проходили, приметила водицу. Подошла ближе, на колено встала, рукой черпнула воды и к губам поднесла. Ледяная такая, что зубы сводит. Но вкусна. Глядь, а там рыбка плывёт стайкой. Обрадовалась. Вот как сейчас покажет рыкарю, что сама себя прокормить умеет. Поднялась, палку присматривая, чтоб как острогу пользовать. Углядела ветку сухую, хрустнула ею. Вышла не сильно острая, да какая есть. Всё одно – нет ножичка.

Подошла ближе к бережку, сапоги сняла, в воду ступила, чтобы рыбку поймать испробовать. Дома тятька вятели плёл из ивовых веток. Выставит в речке, туда рыбка заплывёт или раки вползут. Ох и вкусны, ежели в печи стопить.

Думала Заряна об вкусностях, слюнки глотала. А рыба не глупа, уплыла подале. Тут видит, как у самых ног что ни есть большущая, величиной с руку. Чешуёй поблёскивает, будто нарочно дразнит. Кольнула острогой, да та юркнула, за собой палку уводя, и упала Заряна в речку быструю, издав испуганный крик. Как чует, будто рука чья-то за пясть её ухватила и тащит за собой.