Змеиное Царство

Глава 2. Трещины

Когда мы только ушли из города, всё вокруг выглядело привычно. Ну, почти. Деревья те же — берёзы, клёны, немного хвои. Кусты, что я знала с детства, — колючие, упрямые, пахнущие сыростью. Даже трава была правильной — зелёной, не слишком высокой, слегка поникшей от пыли. Никаких сюрпризов. Я даже задумалась, что всё будет нормально.

Ага, как же.

Сперва что-то стало не так с цветами. То на обочине вдруг появлялся какой-то подозрительно огромный красный бутон, размером с мою голову. То листья были не зелёные, а фиолетовые с синими прожилками, будто кожа мертвеца. Потом стебли пошли толще, выше, словно всё вокруг вдруг решило вымахать до самого неба. Некоторые растения вообще выглядели так, будто их забыли доделать. Рваные стебли, бесцветные бутоны.

Я наблюдала как заворожённая, а в душе скребли кошки. Лишь изредка я останавливалась и задерживалась чуточку дольше положенного, до сих пор не верилось, что это буйство красок реально. Особенно один цветок: он раскрылся прямо у меня на глазах, плавно, как будто зевнул, и внутри у него оказались тонкие лепестки, почти прозрачные, с едва заметным голубым узором, который блестел капельками нектара в солнечном свете.

— Что это такое? — пробормотала я, не удержавшись, и ткнула пальцем в синее нечто, которое трепетало от ветра.

Сильван повернул голову и затормозил. Он не замечал, что я отстаю или делал вид, но сейчас сделал несколько шагов назад и всмотрелся в бутон, колыхавшийся на лёгком ветру.

— Змеегуб, — спокойно, будто это слово ничего не значило, — насекомых ест. Иногда мышей. Для людей безопасен, если не лезть внутрь.

— Я рада, что ты уточнил, — буркнула я.

Змеегуб был не больше моей ладони, и даже в страшном сне я не могла представить сумасшедшего, который бы полез в него. Вот только от названия у меня по коже пробежались мурашки.

— Вон те пушистые — это жёлтолист. Рану прижигают и обеззараживают, если растереть в порошок. А вон те, что двигаются при шаге, — следокрыл. Улавливает любой звук и закрывается. Удобно для сигналов.

Я промолчала. А на душе будто разрастался булыжник. Я старалась не показывать, но мои переживания медленно росли, превращаясь в бурю. Всё вокруг было таким незнакомым, неизвестным, но Сильван, казалось, вообще ни о чём не переживал. Его голос всегда был ровным и спокойным, он шёл и уверенно вёл меня куда-то. И ничего не объяснял. Вернее, почти ничего не объяснял.

Хотя явно догадывался, что я переживаю, видел, как мне неуютно, от того как в него тыкают пальцем, и поэтому в поселениях и городах старался держаться на расстоянии. Чтобы люди не донимали и меня. Но никогда не пытался даже объясниться. Правда ли это всё?

Слухи. Разговоры в таверне об оборотнях, украденных девушках, детях. О переиначенных сказках. Якобы крадут прекрасных дев не для свадьбы и счастливого замужества, а для ритуалов и жертв.

И пророчество. Которое звучит так удобно. Невеста полоза. Змеиного кронпринца и обычный человечишка. Без нормального магического дара. Смех, да и только.

Я неосознанно замедлила шаг и стала отставать от него ещё на пару шагов. Широкая спина, в лёгкой, свободной рубашке. Руки, усеянные браслетами и камнями. Они приятно побрякивали, и к их звону я уже привыкла. Это действовал странно успокаивающе. Рассматривать странные цветы у обочины, светящиеся камни на его браслетах. То, что я знала, что давно успела изучить вдоль и поперёк и новый, совершенно неизвестный мир. Такой опасный и невероятно красивый.

Небо заволокло тёмными тучами. Цветки будто чувствуя, закрыли бутоны и стали даже ближе к земле. Сильван прибавил шаг. До следующего города было далеко. Я это знала и уже внутренне готовилась промокнуть до нитки. Как в первый день встречи. От воспоминаний по телу разлилось приятное тепло, что всего на мгновение отогнало тревогу. Но уже в следующую секунду в небе громыхнуло.

Я вздрогнула, больше от неожиданности. Сильван заметил и с мягкой, едва заметной улыбкой протянул мне руку.

— Недалеко осталось, тут есть местечко, где мы сможем укрыться.

Я медлила, сильнее сжала лямки походного рюкзака и не решалась взять его за руку. Всю дорогу не видела в этом ничего плохого, да и Сильван часто повторял, что так мы быстрее привыкнем друг к другу. Но сейчас что-то останавливало меня. И это что-то не утаилось от его взгляда.

Он поджал губы и не стал настаивать. В груди снова защемило. Я не хотела его обижать, но всё происходит так стремительно, что теперь я не уверена, чего хочу.