Змеиной тропою

Глава 13. (Бес)честными методами

Ханхье знала толк в секретах и в том, как их хранить. Именно поэтому её главный секрет знала только давно покойная мать, да и то потому, что стала его причиной.

Стоило начать с того, что Хань — не чистокровная нага, но людей среди ближайших родственников не имела. Родительский союз, несмотря на соседство видов, отличался необычностью. Её мать из зоальцев, что объясняло сразу несколько вещей: миниатюрность — по нажьим меркам — Хань, её бесплодие: частое последствие союзов с иными видами, исключая людей, из-за чего они и редки, а также наличие дара ведуньи, который она и скрывала даже от мужа.

Ведь чем меньше о даре знали, тем эффективнее его применение. Если говорить конкретнее, Ханхье умела становиться невидимой, что нажьей магии недоступно до сих пор при любых ухищрениях.

Проникнуть в чужой дом — не вопрос. Дар скрывал от чужих глаз, а особое служебное положение давало возможность открыть любую дверь, потому что Хань из тех врачей, что подчиняются напрямую Шассу. Есть ряд случаев, по которым её могут выдернуть в любое время. В критической ситуации не до возни с закрытыми дверьми, поэтому у таких врачей имелся универсальный зачарованный ключ.

В случае злоупотребления полномочиями полагалось суровое наказание, однако Хань верила, что даже если её вызовут на ковёр, она сможет убедить Шасса в своей правоте, ведь речь шла о простом восстановлении справедливости. Вернуть вещь, надлежащую другому, при этом больше ничего не трогая. Да, незаконно проникнув в дом, но где же тут вина? Где настоящее преступление?

К девяти утра Ханхье пришла в университет. Она хорошо знала это место: первое высшее тоже получала здесь. Вместе с Невхьей и Эльхьей. На одном направлении, но в разных группах. Ей потребовалось убедиться, что Эль пришёл на конференцию. Да, неявка слишком маловероятна, но осторожность требовала всё перепроверить.

Что ж, все оказались в сборе и уже успели начать играть в гляделки. Жалко стало Нева: амулет, притуплявший действие брачных чар, наверняка уже начал выходить из строя, наградив букетом неприятных ощущений. Но тут Ханхье ничем помочь не могла, только понадеяться, что близость Кай немного сгладит негативный эффект.

«Тогда как явно возникшее недопонимание его усилит, угу», — отметила недовольно, понимая, что и с этим сейчас не поможет.

Из университета Хань поспешила домой. Супруги Саанссеш не всегда жили в альсессе: Валь перебирался туда только в сезон Невест, а она делала это за компанию. В остальное же время они проживали в Среднем городе.

Пустой дом — идеальное место, чтобы скрыть своё присутствие. Также Хань прихватила оттуда рюкзак, стесняющий движения меньше сумки, и амулет для замыливания глаз: те, кто видел носящего, не запоминали его лицо. Это не могло заменить невидимость, но требовалось для подстраховки. Чем доказывать свою правоту, надёжнее и вовсе не попадаться.

Адрес Эля Ханхье знала и раньше, но ещё заранее уточнила у Кай. Конференция — мероприятие долгое, да только и дорога туда-обратно занимала много времени. Нужно сразу знать, куда идти и где искать. Расслабляться некогда, однако и слишком спешить нельзя: суета создавала много шума, снижала концентрацию и в реальности только увеличивала затраченное время.

Вот она нужная улица, вот он нужный дом. Рядом никто не ошивался — это хорошо. Вряд ли кто-то воспримет адекватно двери, которые сами открываются и закрываются по себе. Кстати о дверях. Хотелось бы знать, насколько скрипучая у Эля калитка… И лучше заранее, а не проверять сейчас. Но раз с «заранее» не получалось, стоило поискать другой путь.

Ханхье осмотрела забор. Не слишком высокий, позади трава. Тихо через такой ей точно по силам. Что, собственно, она и сделала, подпрыгнув, подтянувшись и перевалившись на другую сторону. Уж не настолько в медицине закостенела, чтобы заборы преградой успели стать! Хотя в лучшие годы доводилось и по скалам без страховки лазать, но теперь о таких выкрутасах можно и не мечтать — муж распереживается.

Дверь со стороны дороги всё-таки слишком заметная — стоило обойти дом. Сзади располагалась вторая: ведущая в сад, тот любопытных соседских глаз её скрывала растительность. В этом плане Верхний город гораздо удобнее: насажал деревьев с кустами и от мира отгородился. Ниже оставалось только возводить высокие заборы, но такой вариант многим не нравился: создавалось ощущение тесной каменной коробки.

Хань достала ключ и приложила к замку. Потребовалось несколько секунд, чтобы инструмент подстроился. Щелчок, ещё один. Дверь открылась, Хань прошмыгнула внутрь и закрыла ту за собой. Теперь требовалось сориентироваться, где библиотека. Сейчас она на кухне. Значит, нужно выйти в коридор, а потом налево.

«Ничего сложного, планировка из типичных».

Сам дом Ханхье не интересовал от слова совсем. Во-первых, она в принципе желала знать об Эле как можно меньше, тем более о его жилищных условиях, любимом мыле и цвете диванных подушек. Во-вторых, она пришла сюда только за книгой, и ничего иного трогать не собиралась, вопреки всем желаниям оставить подлянку. Даже в нечестных методах нельзя заходить слишком далеко. Не только из страха наказания: гордость нужно иметь и не опускаться до чужого уровня. Иначе какое она имеет право осуждать?

«Полное право имею. Потому что мои действия его не отменяют. Но вот Валя разочаровывать не хочется».

К счастью, за прошедшую неделю Эль книгу никуда не переложил, поэтому она оказалась на том же месте, которое назвала Кай. Действительно, зачем перекладывать, если тебе оно не нужно, а больше дома никого нет?

«Отлично. — Хань убрала в рбкхак записи Нева и посмотрела на время. — Успеваю. Надеюсь, у Кай получится их задержать».

Ханхье покинула дом тем же путём, что и пробралась в него, предварительно убедившись, что не наследила. Поспешила к себе. Сначала нужно снять невидимость, вернуть на место артефакт, сменить испачканные травой штаны, взять сумку вместо рюкзака, потом — вернуться в университет.