Змеиные легенды

Когда профессор умер

Сложно было понять, от чего дорога казалась сегодня дольше: то ли от возмущений Кости, который с каким-то странным садистским удовольствием, словно четки, перебирал свои беды, то ли от того, что уже день был в самом разгаре, из-за чего солнце шпарило изо всех сил, и было сложно идти. Вероятно, еще сыграло роль то, что они знали, что их ждет впереди – очень долгий подъем, и от этого, заранее, уже уставали. Возможно, они уставали от всего вместе.

- Да не брала я твои шмотки! – наконец завизжала Марина, разворачиваясь к Когтевому. Ее лицо пылало от бешенства – и на секунду Тамаре показалось, что она его ударит. – Не. Бра-ла. Я была с девчонками! Слышишь, с девчонками! Мы вместе отдыхали. Не-бра-ла!

Это словно перекрыло какой-то поток. Когтевой оторопел, захлопал глазами и недоверчиво уставился на нее.

- Да, Костя, - как-то мягко произнося слова, протягивая к нему руку, но не дотрагиваясь, подтвердила Соня, - Марина была с нами.

Ира Водова закивала, а Тамара прикусила губу – она помнила, что Черновод зашла последней, помнила ее хитрую ухмылку. Помнила, но ничего не сказала. Не ее это дело. Да и ведь проблема решилась: Даня отдал свою одежду Косте, а Змейка уже созвонилась с рабочими, так что к их возвращению комната Когтевого будет открыта. А вместе с ней появится и доступ к его вещам.

Махин, который шел впереди, обернулся, мрачно уставился на Костю, а потом руку Сони, саркастично ухмыльнулся, сплюнул на землю и прибавил шагу.

- Значит, это сделал Махин или Четвергов! – с логикой Шерлока принял решение Когтевой. – Махин!

- Ты совсем ополоумел, Коготь? – с ленцой отозвался Влад. Он снова обернулся и сурово уставился на Костю. Лицо его приняло как-то очерствело, заострилось, стало похоже на хищную птицу, а черные глаза блестели зло и мрачно. – Я же все время с тобой был. Когда бы и куда я успел?

- Я не брал! – поднял руку Миша, видимо, поняв, что он остался единственным подозреваемым. Впрочем, судя по его широкой ухмылке, он не сильно переживал из-за этого. Видимо, его волновало другое - он где-то насобирал ягод и теперь задумчиво их разглядывал. – Мне своих трусов хватает.

Наконец Четвергов решился, засунул в рот плод, задумчиво пожевал и сглотнул. Лицо его приняло такое важное выражение, словно он экзамен по философии сдавал.

- Но тогда кто… - начал было Костя, но его грубо перебили.

- Коготь, отвали, - отрезал Миша, а потом бросился к Змейке. – Настасья, а Настасья, угостить ягодками. Для тебя сорвал!

Блогер с сомнением уставилась на его ладонь, на которой уместилось с десяток ярко-красных ягод, похожих на маленькую клубнику. Такое Тамара прежде никогда не видела.

- Спасибочки, - скривила губы Змейка, - я еще от твоих цветочков не отошла. Эти тоже с ядом?

- Обижаешь, - обольстительно ухмыльнулся Миша, отбиваясь от любопытствующей Водовой, заглядывающей к нему через плечо, как от назойливого комара. – Сам только что попробовал. Не отравился.

- Четвергов, - фыркнула Тамара, которую ужасно забавляли эти ухаживания Миши – в доме он не сетовал на то, как ему здесь ужасно скучно только тогда, когда жаловался на равнодушие Змейки. Обычно это всегда завершалось его клятвенными обещаниями завоевать ее сердце. Что, в свою очередь, породило между ним с Махиным спор на эту тему. Они заручились, что самое позднее, к концу лета, Змейка согласится встречаться с Четверговым. Проигравшая сторона обязалась сделать 100 отжиманий разом - ставки были высоки. – Ты же в курсе, что симптомы отравления ягодами происходят спустя несколько часов после их приема? А ты съел это только пару секунд назад.

- Но съел же! Съел! – страстно сверкая серыми глазами, доказывал Миша. Его волосы цвета шоколада живописно торчали в разные стороны. – В крайнем случае, мы будем с тобой, как Ромео и Джульетта, - поедая Настасью глазами, продолжил он.

- Не хотелось бы, - скривилась Змейка, отодвигая его ладонь. В сторону снимавшей камеры, как ехидно отметила про себя Тамара. – Они плохо кончили.

- Не бойся, Настасья, - улыбнулся Даня, идущий рядом. – Это земляника. Она не опасна и очень вкусна. Ешь спокойно.

Змейка одарила его каким-то странным взглядом: задумчивым и немного смущенным, а потом сладко улыбнулась и наклонилась лицом к раскрытой ладони Четвергова, языком слизывая сразу все ягоды. На лице Миши застыл экстаз.

- Если ты такая голодная, - охрипшим голосом произнес он, - я знаю, где достать еще.

- Достань, - улыбнулась Настасья, по-хищнически облизывая губы. Это у нее выглядело весьма сексуально.

Миша кивнул и помчался выше, внимательно оглядывая кусты. Настасья с вызовом уставилась на Даню:

- Если отравлюсь, устрою тебе личную Ромео и Джульетту!

- Спасибо, у меня уже есть, - улыбнулся Даня в ответ. Змейка вздрогнула, а Тамара с изумлением уставилась на него.

И что это значит конкретно «у меня уже есть»? У него уже есть девушка, там, за пределами Skazа? Поэтому он ничего не предлагает Тамаре? Или… Может, он ее имел в виду? Но ведь он ничего не предпринимал… Даже за ручку не брал, только если иногда как бы случайно касался ладонью…

Даня под их взглядами смутился, как-то сгорбился и пошел вперед. Так они и дошли до полянки, за которой начиналась каменная река. Миша с утроенной скоростью бегал вокруг, но счастье ему так и не улыбнулось – ягод он больше не нашел.