Змеиные легенды

Мир – это две точки

Тамаре хотелось орать и прощаться с жизнью, но у жизни, кажется, были на нее совсем иные планы.

Вот она упала копчиком на что-то мягкое и влажное. Это было не столько страшно, сколько противно. Земля. Она оказалась на промокшей от дождя земле!

Перевернулась на спину и уставилась в черное-черное небо. На нее сверху капала вода, но это не раздражало. Наоборот, открыв рот, Тамара с удовольствием ловила дождевые капли.

Жива. Жива!

Она смотрела наверх: там, где-то далеко-далеко чернел лес. А под ним был резкий склон с очень небольшой относительно мягкой тропкой. Вот по ней и повезло скатиться Тамаре.

Подумать только: пара сантиметров туда – метр сюда – и она могла бы остаться без головы! Вот это чудо!

Она развернулась всем телом и поняла, что все еще в лесу. Но деревья здесь пореже. Где-то вдалеке звучал звук автострады. Если пойти на него, можно было выйти к людям. Если повезет, ее добросят до Ажов.Skazа. Если нет – пешком пройдет до какого-нибудь опознавательного знака, а там уж позвонит. Кому? Да хотя бы тому же Четвергову. А он обязательно о ней доложит Змейке.

С такими мыслями она пошла вперед. Ноги чавкали от грязи, толстым слоем прилипающей к кроссовкам. Тамара только мысленно благодарила себя за то, что не натянула босоножки. По лицу били дождевые капли.

Тата старалась не думать о том, сколько сейчас времени.

Так она, пробираясь между соснами, добралась до дороги. К сожалению, тут никого не было.

Странное дело: пока она шла, она отчетливо слышала звук взвизгивающих шин. Но стоило подойти ближе – и дорога, проходящая аккурат по середине леса, оказалась пустынной.

Тяжело вздохнув, Тамара наступила на асфальт, и пошла туда, куда ей казалось логичным – прямо и вниз. Идти в гору не хотелось. Она прошла, наверное, минут семь, которые показались ей вечностью – дождь усиливался. Это были уже не мелкие капли, которые можно было игнорировать, а барабанная дробь, которая с каждым мгновением усиливалась и грозилась перейти в ливень.

Тело заледенело, а руки покрылись гусиной кожей – маленькими пупырышками, от которых, словно от призыва Гьяллархорна, рога, предвещающего начало Рагнарёка, Конца Света, вставали волоски. Где-то вдалеке грянул гром, усиливая впечатление приближающегося Апокалипсиса.

Было холодно и противно. Джемпер намок, да и джинсы начали липнуть к ногам. Единственное, что ее грело – кольцо, даже в такую погоду не утратившее своего тепла. Но его было мало. Тамара понимала, что так долго не протянет.

Но уйти в укрытие деревьев означало упустить даже призрачный шанс на то, чтобы поймать попутку.

Она вздохнула и продолжила упрямо идти вперед.

Прошла еще пара минут – и вдруг фортуна повернулась к ней той стороной, где прятался рог изобилия. Ее спину осветил ровный свет фар.

Неверяще, Тамара обернулась. Сзади нее стоял огромный черный автомобиль. Иномарка. Внедорожник. Дорогой. К сожалению, это все, что поняла Тата – в машинах она разбиралась хуже, чем в картах. А карты она не понимала вовсе.

Свет от автомобиля на мгновение погас, а потом снова включился. И так несколько раз - фары подмигнули ей.

Как завороженная Тамара наблюдала за машиной. Ей одновременно и хотелось подойти к ней, и было страшно. Девушке нужна была помощь, но ночью, в лесу, садиться в незнакомую машину было явно небезопасно.

Кажется, водитель понял ее сомнения. Автомобиль двинулся и медленно подъехал к ней. Когда его переднее крыло поравнялось с Тамарой, окно со стороны водителя опустилось.

Светлые кудрявые волосы до плеч, золотой шапкой свившиеся на голове, карие глаза цвета виски. Длинноватый тонкий нос, по которому только что упала ледяная капля, и тонкие черты лица. На Тамару из окна смотрел Никита Полевской.

- Заблудилась? – с сочувствием произнес он, и Тата почувствовала, как от его голоса, мягкого и бархатистого, словно у диктора-профессионала, у нее начинает кружиться голова. – Подвезти?

Тамара с сомнением уставилась на него. Дождь продолжал противно капать. Она чувствовала, как с волос, прилипших к макушке, стекает вода.

- Я вам все замочу, - наконец выдавила она. Его машина выглядела слишком дорого.

Он широко улыбнулся, его глаза блестели.

- Заползай! – приказал он и, разлегшись на переднем сидении, открыл дверь. Створка приветливо распахнулась. И Тамара, больше не раздумывая, ринулась в тепло.

В машине было уютно и тепло. Пахло чем-то терпким и лесным. Травами?

Под задницей приятно заскрипела кожа, и Тамара, впервые за вечер, вдруг почувствовала себя в полной безопасности.

Он дождался, когда она пристегнет себя ремнем безопасности, а затем автомобиль мягко тронулся.

Полевской молчал, но эта тишина была уютной. И совсем не скованной. Сжав себя руками, Тамара пыталась подавить дрожь – от контраста температур ей начинало потряхивать.

- Замерзла? – заботливо уточнил Полевской все тем же волшебным баритоном, от которого у Тамары сжималось сердце и почему-то выделялась слюна. Ну прям как у собаки, заметившей косточку! Его голос хотелось слушать и слушать.