Змеиные сказки. Князь полозов.

Глава 41

Эта ночь длится бесконечно, всё никак не хочет разлучать нас. Мы снимаем повязки за час до рассвета, когда в покоях ещё темно, но уже можно видеть лица друг друга. Свеча, что я так и не задула прошлой ночью,расплавилась и потухла сама собой,переполнив края блюдца, испачкав деревянный стол. Спальня пропиталась нашей близостью. Я хочу запомнить её такой: с помятой постелью, окроплённой простынёй и расплетёнными лентами, так и оставшимися лежать на полу возле кровати. Когда свет начинает просачиваться в мои окна, то я нахожу кусок кипячёной бересты и костяной стержень, чтобы оставить отцу послание.

«Великий князь и дорогой отец! Когда ты прочтёшь это, то я буду уже далеко от Мирграда, далеко от тебя. Земля и люди за пределами Мирграда нуждаются в спасении. Я узнала слишком много для того, чтобы просто стоять в стороне. Мои поступки сейчас крайнебеспечны для строгих обычаев нашего рода и дабы не принести позор в твой дом, я отбываю на неопределённый срок бесприданнойневестой в надежде обрести счастье и быть с человеком, которого выбрала сама. Верю, что когда-нибудь ты сможешь простить меня, и мы увидимся вновь.

Княжна мирградская и твоя дочь Марьяна».

Дописывая фразу до точки, роняю на неё белёсую слезу и торопливо смазываю её ладонью по бересте,царапая пальцы о её края.

– Для чего эти жертвы, княжна? Ведь ты можешь вернуться домой, когда всё закончится.

– Отец не переступит через наши законы. Они создавались годами, прочно усаживались в головы каждого из нас. Уж лучше так, чем жить с нелюбимым человеком. Отец был прав: я похожа на свою мать. Я так же, как и она не умею бороться с собственными эмоциями и так жеоставляю его в трудную минуту… – всхлипываю, стыдливо отводя глаза, но Фрей тут же находит их,указательным пальцем притянув на себя мой подбородок.

– Ты ни на кого не похожа, Марьяна. Ты такая, какая есть. Со своим взбалмошным характером и заносчивыми мыслями. Всё бежишь кого-то спасать, хотя сама нуждаешься в спасении. Снаружи хрупка как фарфор, но характером тверда точно сталь, – он невесомо очерчивает моё лицо, не касаясь его,и слёзы, оставленные на щеках, тутже сохнут. – Ты не похожа на мать, какой бы она ни была. Ты выбрала свой путь, а я больше не встану на сторону, где нет тебя, – в горле жжёт, я растеряна. Хочу обнять его, но отведённая нам на это ночь позади, да и опочивальня уже расплескалась первым светом. – Марьяна, ты помнишь наш уговор? – сурово глядит на меня Фрей, натягивая перчатки на пальцы.

– Делать так, как скажешь… – закатываю глаза.

– Неукоснительно, – твердеет его голос.

– Неукоснительно… – нехотяповторяю я и хватаюсь за его рукава, а он тем временем вынимает остатки песка и сыплет его под ноги.

– Княжна! Княжна, просыпайся, пора ткать приданное, – распахивает в это время двери Аннушка и, видя Фрея в моих покоях, заливается криком.Скорее всего это было первое колдовство, что ей пришлось видеть воочию. Порыв ветра, который закручивает нас, сбивает няньку с ног, и та падает на половицы, что-то бормоча. Фрей едва успевает растянуться в улыбке, глядя на этозрелище, растворяясь в пыльной завесе.

***

Нас забрасывает далеко от пещеры в другую сторону леса. Я оглядываюсь по сторонам. Огромные валуны, выстланный ковром мох, а неподалёку резные листья гигантского папоротника.

– Фрей! Это место, где мы увиделись в первый раз.

– Не совсем, – настороженно вглядывается по сторонам полоз. –Это место, где я украл тебя. Но какого лешего мы тут делаем?

– О чём ты думал, когда прокладывал путь? – настороженно барахлит мой голос.

– Чтоб песок привёл нас к Юсту.

– И он привёл, – слышу коварную усмешку Юста, выходящего прямо на нас с широкой малахитовой чашей в руках. – Иронично, правда? Здесь княжна трижды попадала в ловушку.

– О чём он говорит, Фрей? – но тот молчит, косо наблюдая за братом. Я пячусь назад.

– Фрей украл тебя прямо здесь, вэтом месте. Здесь же я велел тебе бежать без оглядки. Ах, так хотел,чтобы ты не оглядывалась, и давно бы осуществил задуманное, это уже два! И третье, когда он привёл тебя ко мне, чтобы ты наконец могла отдать свою душу госпоже! – смакуя на вкус собственные слова,наслаждается он моим бессилием.

– О чём он говорит, Фрей? – боязливо мечется мой взгляд между ними.

Юст опускает чашу, и из неё разом высвобождается вихрь серой сажи. Он кружит над ней, распадается частями, обжигая зелень, отчего та чернеет, расходясь как зараза по всей округе леса. Всё это так быстро происходит на моих глазах. Не верю им сейчас, хочу бежать, но Фрей еле заметно качает головой, смотря на меня.

– А ну пойдём-ка, невеста полоза, – ухмыляется Юст и, хватая меня за шиворот, подтаскивает к воронке. Хорошенько пнув мне под колени,приземляет меня на них, но я не сдаюсь, пытаюсь вырваться. Мне больно. Ледяные хлопья чёрногоснега, которые вышвыривает из чаши, царапают мне лицо, я едва могу открыть глаза, стоя прямо спиной к центру воронки.

– Фрей, почему ты ничего не делаешь? Помоги мне.

– Забери в жертвы душу непорочной девы, богиня Морана, и прими её чистое тело как своё! – надрывается Юст, а меня пронизывает светом до кончиков пальцев. Магия внутрисейчас как никогда готова бороться за моё тело. Не научившись ею,управлять страшно высвобождать её наружу. Поэтому, чтобы не сделать хуже, я сопротивляюсь ей, не поддаюсь на её соблазнительный зов. Человеческого во мне куда больше, чем магического. Сжимаю кулаки,топя в себе ведьминскую кровь. Наконец ощущаю, что могу её контролировать, и решаю действовать по-другому. Хорошенько напрягшись, пытаюсь встать. Ветер, что прибивает меня к низу, хитёр, но и я уже не слабачка. Поднимаю голову всё выше, стараясь устоять на ногах. Мне приходится оглядеть подлого белого змея, что с самого начала морочил мне голову. Онпросто жалкая игрушка в руках злого духа.

– Что происходит? Почему не работает? – надрывает глотку Юст,мечась вокруг меня. Он растерянно хлопает ресницами, разводит руками,чувствуя свой провал. Фрей же довольно закусывает губу и кидает две наши повязки ему прямо под ноги. – Безликие бинты? Морок Чертополоха! Как это возможно? – голосит Юст, а мне наконец полностью удаётся подняться и,ощущая, как кулаки просят расплаты,как следует размахнувшись, заезжаюему в нос. От моего удара у него брызжет кровь, змей вопит, а Фрей подмигивает мне, незаметно поднимая уголок искусанной губы. Удар получился что надо, но это лишь малое, что я могу отвесить скользкому аспиду за его предательство.