Змея-злодейка, или как пригреться в руках Правосудия

Глава 4. Змея в плену, или как укусить Правосудие

‒ Какая хорошенькая, ‒ выдохнул прокурор с восхищением.

Я с сомнением на него посмотрела.

«А наш новый прокурор точно нормальный? Всё-таки я змея, ядовитая, не какая-нибудь милая собачка».

Словно в тон моим мыслям рядом раздалось громкое «тяф!»

То, что я сначала ошибочно приняла за крысу, оказалось маленькой собачонкой. Пушистое создание на тонких ножках тряслось всем своим крохотным тельцем и грозно скалилось на прокурора. На лице мужчины на короткий миг отразился испуг, который я изначально ожидала увидеть в адрес змеи с острыми клыками, а не вот этого недоразумения.

Продолжая крепко удерживать меня, прокурор спешно покинул переулок и направился к кэбу. Он провел пальцем по чешуйкам на голове и приторно-мягким голосом протянул:

‒ Краса-а-авица. Заберу тебя домой, больше тебе не придется жить на улице.

Ш-ш-што? Только этого с-с-сейчас не хватало! Изворачиваясь и дергая хвостом во все стороны, я прожигала отчего-то довольного прокурора злым взглядом.

‒ Тш‒ш, веди себя хорошо, ‒ улыбнулся он, остановившись у дверцы кэба, и снова погладил меня.

Хотел сказать что-то еще, но к нам внезапно подскочила знакомая старушка, её огромные как медные монеты глаза наполнились слезами.

‒ Это что же… эта гадюка её съела, да? О, моя бедненькая Фифи! Горе-то како-о-ое! ‒ взвыла старушка.

Прокурор посмотрел на меня, молча приподняв брови и будто спрашивая: «ты что, правда съела бедненькую Фифи?» Фыркнув, качнула головой. А затем вспомнила, что я, вообще-то, змея неразумная, подвид шипящий, поэтому, издав очень грозное «с-с-с-с», снова попыталась вывернуться из прокурорской хватки. Но куда там!

Изменив тон на по-деловому сухой, он коротко спросил:

‒ Характеристики?

‒ Чего? ‒ икнула старушка.

‒ Пропажи.

Получив детальное описание, он вернулся в переулок, подцепил кончиками пальцев Фифи за холку и передал в руки счастливой старушки.

‒ А мне что делать? У меня весь товар испорчен!

‒ Разрешение на торговлю?

‒ Обижаете, ‒ просипел продавец. ‒ Всё законно. Вот только кто восполнит мне убытки?

‒ Сколько?

От озвученной суммы у меня даже стыдливо поник хвост. Прокурор молча достал из кармана стопку купюр и передал продавцу. Тот, довольно крякнув, спрятал их, и стал спешно складывать торговую палатку.

‒ Вычтем из увольнительного жалования Левинса, да, красавица? ‒ прокурор ласково погладил меня по голове, а мне стало вдвойне неловко, теперь уже за обедневшего стражника.

‒ У вас что? ‒ прокурор повернулся к сердито пыхтящему щуплому мужичку в костюме-тройке.

‒ Безобразие, вот что! Я с самого утра пытаюсь дозваться стражников, всю Арравию обошел. Но мне никто не хочет помочь.

‒ Что именно у вас случилось?

‒ Ограбили лавку!

‒ Показывайте.

Он опасливо покосился в мою сторону и нерешительно помялся на месте, но прокурор не стал ничего объяснять и молча ждал. По-видимому, желание разобраться с проблемой пересилило всё остальное, поэтому уже через несколько минут мужичок проводил нас к артефакторной мастерской на углу Тримроуд и Бэллстрит, с которой начиналась Арравия. Он пропустил нас внутрь, оставив висеть табличку с надписью «закрыто», после чего указал на подсобное помещение и на висевший замок с явными следами взлома.

‒ Я пришел сегодня пораньше, чтобы разобрать посылки, сначала ничего даже не заподозрил, так как входная дверь была закрыта. А когда вошел внутрь…

‒ У кого-то, кроме вас, имеется запасной ключ?

‒ Нет-нет, я никому не доверяю свою лавку, у меня и помощников-то нет.

Прокурор наклонился к болтавшемуся замку и изучил его со всех сторон.

‒ Он выглядит довольно необычно, я таких раньше не встречал.

‒ Это моя собственная разработка, ‒ в голосе артефактора вместо гордости слышалась лишь усталость. ‒ Он должен был защитить от любого вскрывающего устройства или магического заклинания.

‒ Похоже, использовали простой лом.

‒ Да, этот вариант я как-то упустил…

Наконец, прокурор заглянул внутрь. В кладовке лежали сваленные друг на друга деревянные короба.

‒ Что было в ящиках?

‒ Свежая поставка лунного камня, ‒ выдохнул атрефактор, покачиваясь на каблуках. ‒ Всё вынесли, подчистую!

‒ Лунный камень? Поправьте, если ошибаюсь, именно его используют для создания артефактов правды?

Мужичок кивнул, его худые плечи совсем поникли, отчего он стал выглядеть еще тоньше.

‒ Понимаете… ‒ он медленно подбирал слова, ‒ после того, как на соседней улице открылась лавка этого, прости Богиня, столичного «мастера», бизнес резко пошел на убыль. Я уже еле свожу концы с концами, мне срочно требовался крупный заказ. Поэтому я решился вложиться в материалы, а изготовленные артефакты поставить городской страже и судьям. К тому же мне уже жаловались, что они у вас устарели и работают через раз.

‒ Вы заключили договор с городской администрацией?

‒ Не успел, ‒ сокрушался владелец лавки, ‒ хотел сначала подготовить несколько образцов, а тут такое…

‒ Всё ясно. Вашим делом займутся, ‒ сухо пообещал прокурор. ‒ Для этого составьте заявление, со всеми деталями, о которых только что мне рассказали, напишите своё имя, адрес и поставьте подпись.

Артефактор тут же полез в ящик за прилавком, достал чистый лист, ручку и поспешил выполнить указание. В тишине, нарушаемой лишь скрипом стержня по грубой бумаге, прокурор, и я вместе с ним, прошлись вдоль витрин с выставленным товаром. Я даже перестала вырываться, не без любопытства разглядывая амулеты с крупными камнями в золотой оправе, блестящие серьги и браслеты, механические часы на цепочках, обычные на первый взгляд гребешки и какие-то неопознанные мной странные штуковины. К своему стыду, я весьма плохо разбиралась в артефактах, и судя по немного рассеянному взгляду мужчины ‒ он тоже.

Хозяин лавки закончил писать заявление и передал прокурору, то прошелся по листку быстрым взглядом, остановился внизу и нахмурил брови. Его голос стал на несколько градусов холоднее.