Змеяна – 5, 6

Глава 4. Уловки

Кусок не лез в горло. Чего не сказать о моем фамильяре. Сообразив, что хозяйка сегодня завтракать не будет, трехглавая змейка съела весь завтрак, который предполагался на двоих. Некультурно рыгнув, фамильяр уполз к кровати. Забраться наверх не смог, а потому устроился на полу, на краешке свисающего одеяла.

Я сегодня не заправляла кровать, не умывалась, не причесывалась, не завтракала. Просто ждала, когда пройдет этот день и начнется следующий, а потом еще один и еще. Говорят, только время помогает пережить нехорошие моменты жизни.

И когда я решила, что сегодня уже ничего не случится, в дверь постучали.

Механически открыла и уставилась на гостя.

— Привет.

Рыжая макушка приветливо качнулась в мою сторону, а затем внимательно приблизилась к моему лицу.

— Змеяш, с тобой всё в порядке?

Бон-бон стоял на пороге один, в штатском. Наверное, у него тоже выходной.

Я сделала шаг назад, пропуская гостя внутрь.

— Что случилось? — спросил он обеспокоенно и потряс меня за плечи.

Впервые за утро я сфокусировала взгляд перед собой.

— Давно не виделись, — пробормотала монотонно, а потом попыталась вежливо улыбнуться, но вышло не очень.

— Рассказывай! — потребовал он и потащил меня к табуреткам.

Бон-бон, как родной, хозяйничал на моей маленькой кухне, сначала искал печенье, а потом, не найдя ничего лучше, вытащил из холодильника банку варенья.

— Будешь? — предложил он.

Я коротко кивнула, а потом глаза защипало от слез.

Никто обо мне так не заботился, никто! Почему я не осталась с Бон-боном, он же такой хороший. Выбрала на свою голову… Мортимер оказался двуличным изменником. Только на горизонте появилась красотка, он тут же запал на нее.

— А ты уверена в том, что видела? — непонятным тоном спросил Бон-бон после моей расстроенной тирады с перерывом на пореветь.

— Угу.

— Расскажи конкретнее, — настаивал он.

И я не смогла отказать, слишком хотелось выплеснуть, что накопилось.

— Ко мне ты так не ревновала, — пошутил он. Показалось, немного с горечью.

— Сама себя не узнаю.

Мы помолчали, а потом Бон-бон вдруг схватился за сердце и завыл тонким девичьим голосом.

— Ой, что-то в ребрах защемило! Детектив, вы не посмотрите? Прямо вот тут, ай как больно! Знаете, у меня же межреберная невралгия. Как кольнет, помассируете мне вот здесь. О, еще! И еще вот тут возьмитесь, крепче, крепче! Уф, полегчало.

Под моим ошарашенным взглядом Бон-бон смутился. Уши покраснели, он поправил рубашку и улыбнулся. Я впервые за два дня рассмеялась.

— Так и правда бывает? Я не про болезнь, а про поведение.

Бон-бон взъерошил волосы.

— Подкаты есть и у мужчин, и у женщин. Ты еще мала, чтобы знать о них всё, но детектив твой уж мог бы догадаться.

— Думаешь, так все и было?

— Встречал я одну такую с зажимами в ребрах и срочной необходимостью массажа в зоне декольте.

Камень рухнул с души. Что я как ребенок, прячусь, волнуюсь. Надо подойти и спросить! Узнать, что было между ним и Диларой на самом деле. Вдруг Бон-бон прав, и всё это проделки Дилары?

— Хорошо, что ты пришел. Мне не хватало общения.

Парень пуще смутился.

— Мне тоже. Хотя, по правде сказать, я пришел не только за этим.

Он достал из кармана свёрнутый лист бумаги и протянул мне. До боли знакомая печать и подпись.

Повестка в участок?! Вот дела. Детектив Мортимер Скотт официально вызывал меня на допрос.