Знахарка из Зелёной Волши

Глава 14

Горыныч

Тело Марины охватило ярким ослепительным светом, а после оно неожиданно рассыпалось в воздухе на искры.

– Какого… – Горыныч впервые за долгие годы грязно выругался, чем немало удивил давнюю подругу.

Марья, для которой произошедшее тоже было неожиданностью, была гораздо сдержаннее своего давнего друга.

– Успокойся, – строго велела она. – Значит, Боги призвали её к себе.

– Откуда ты знаешь? – нервно спросил дракон, чем вызвал у дочери Макоши ещё большее удивление.

– Ты сейчас серьёзен? – искренне спросила она, но, натолкнувшись на острый взгляд, пояснила: – Так происходит, когда матушка призывает на разговор.

– Но с Таней было иначе, – вспомнил Горыныч. – Она просто замерла в этом сиянии, и глаза горели белым огнём.

– Матушка решила использовать видение с Таней, поэтому девушку просто окутала божественная магия, – со вздохом принялась объяснять Марья. – А вот Марину она решила удостоить разговора лично. Не волнуйся, Горыныч.

Мужчина, услышав слова подруги, немного расслабился. Самую малость.

И это не укрылось от внимательных очей той, которая видела нити судьбы.

– Вот значит как…

– Марья…

– Тебе не нужно ничего говорить, Горыныч. Я всё вижу и без слов, – с мягкой улыбкой произнесла она, но в словах сквозила горечь. – Я всегда знала, что когда-нибудь настанет этот день.

– Между нами ничего нет, – бросил дракон, не желая обсуждать эту тему. – Я просто присматриваю за ней по просьбе Яги.

– И кого ты пытаешься обмануть? – тепло спросила Марья, подходя почти вплотную.

От Марьи пахло ароматическими маслами, которые она использовала для своих заклинаний. Но за плотным шлейфом нос зверя чутко улавливал тонкий аромат розы. И это навевало воспоминания.

Когда-то они были близки не как друзья. Но это было давно. Так давно, что и не вспомнить тех времен.

Вот только Марья помнила, и он отлично это знал. И давнее чувство вины вновь напомнило о себе.

Женщина легонько прикоснулась к его щеке в едва уловимой ласке.

– Ты не виноват.

Она всегда знала его мысли. И ей не нужна была магия для этого – слишком давно они были знакомы, слишком многое было между ними.

– Виноват, – выдохнул Горыныч. – Прости меня.

– Я давно простила, мой друг, – шепнула она. – Прости и ты себя за это. И не отказывайся от своего счастья из-за моей боли.

– Я был молод и глуп, – продолжал изливать свою горечь дракон. – Ты не заслужила.

– Хватит, – строго оборвала его Марья. – Не нужно нам вспоминать прошлое. Оно было, и его не изменить. Не стоит копаться в ранах.

На её лице появилась другая улыбка. Веселье озарило красивое лицо, но Горыныч слишком хорошо знал, какую боль она испытывала до сих пор.

– Может быть, пройдем в комнаты? – вдруг спросила дочь Макоши. – Я налью вина, и мы сможем поболтать.

– Я подожду здесь, – решительно отказался он.

– Горыныч, этот разговор может затянуться на час или до утра. Божественная магия непредсказуема, как и сами боги. Даже мне порой трудно понять свою мать.

– Мне все равно. Я буду здесь.

И Марья не посмела больше спорить или задавать другие вопросы, а их у неё было много. Ведь когда-то её мать намеренно скрыла узоры судьбы этого мужчины от своей бунтующей дочери, чтобы та не посмела добиться желаемого запретными путями.

Отбросив ненужные мысли, Марья исчезла. Растворилась в воздухе, как и Марина, а уже через минуту возникла вновь с двумя чашками чая в руках.

– А как же вино? – усмехнулся Горыныч, забирая предложенный напиток из её рук.

– Вино положено только за ответы на вопрос, а раз не хочешь отвечать, – наслаждайся чаем.

Он не отказался. Да и чай у Марьи всегда был изумительный. Сколько ни расспрашивай, она никогда не признается, где достала.

Веселье ушло и потянулись долгие минуты ожидания.

Марина

Холодное белое сияние было повсюду. Я чувствовала себя умиротворенной. В душе царил покой.

Но это было неправильно.

Умом я понимала, что у меня забрали эмоции, но возмущения и злости не было.

Перед глазами была белесая пустота. В «реальности» у меня бы сдали нервы, но сейчас всё было иначе. Я просто ждала чего-то и откуда-то знала, что вот-вот кто-то появится.

Так и произошло.

Из белого марева сплелась тонкая фигура. Сначала её очертания были размыты, но вскоре я чётко смогла различить перед собой женщину. Поначалу полупрозрачную, но с каждой минутой она обретала материальное тело.

Когда передо мной встала красивая женщина в белой рубахе и цветастом сарафане, я даже не удивилась. Её светло-русые волосы были собраны в толстую косу, перекинутую через плечо вперед. Красивое лицо с яркими голубыми глазами и светлой кожей.