Знахарка. Возрождённая из пепла

12

Рома

- Роман Алексеевич, без специальных аппаратов я вам ничего достоверно сказать не смогу по поводу зрения девушки, - худощавый мужичонка, лет семидесяти, устремив взгляд в пол всё время протирал стёкла своих очков, явно нервничая, - только лишь могу предположить, что потере зрения поспособствовала яркая вспышка, но сколько продлится потеря: неделю, месяц, два, год, сказать наверняка нельзя.

Он встал, водрузил очки на переносицу, сложил руки за спину, и принялся ходить по комнате. На лице отражалась внутренняя борьба. Видимо, ему было ещё что сказать.

- Уважаемый, говори, всё, что знаешь, я не плачу деньги за невидимые мыслительные процессы в вашей голове, - начинал я терять терпение.

- Хм, - откашлялся, - Зрение – очень …мммм….сложная штука. В Анином случае оно может восстановиться само, а может потребоваться оперативное вмешательство. Но мне показалось, что у девушки не только химический ожог, - он остановился передо мной.

- Вы можете говорить быстрее и понятнее, что вся эта хрень значит, и что с этим нужно сделать? Больше от вас ничего не требуется!

- Пожалуй, я всё-таки продолжу развёрнуто, - снова перед моими глазами мелькнула худощавая спина, -  Химический ожог – это когда поражающим фактором являются агрессивные химические вещества, как раз та смесь, что была в подарочной коробке, которую открыла Аня. Но при всех повреждениях зрение должно было сохраниться.

Он развернулся на пятках, остановился в другом конце комнаты возле камина, где стояла единственная сохранившаяся фотография моей семьи. Маленький я с родителями. Улыбающийся мальчик, обнимавший самых близких и родных людей, улыбался во весь рот. Мама, целующая меня в щёку, папа, с такой любовью смотрящий на нас. Ещё пару лет мне дадут побыть счастливым ребёнком, после чего начнётся ад при жизни. Родителей не станет, а меня выбросят на просторы океана под названием «жизнь» как маленького слепого котёнка. С одной целью – утопить. Но я, вопреки всему, научился плавать.

- Если мне правильно позволили увидеть мои инструменты, продолжил он, не поворачиваясь, - То у Ани был ранее термический ожог. Иначе говоря – она побывала в эпицентре огня. Пожар.

Теперь он взял в руки фото и принялся разглядывать.

- Верните на место! – взревел я.

- Лёша очень любил Наташу, души в ней не чаял, - я застыл в центре комнаты, а ещё минуту назад вышагивал в сторону старикашки, чтобы выдрать его ручонки, которые без спроса шарят по чужим вещам, - Жаль, что не он один, - фотография аккуратно вернулась на место.

- Оставьте нас одних, - отчеканил, - Миша, проводи второго гостя.

Сердце бешено отбивало чечётку! Внутри меня бушевал океан, больно ударяя волнами! Неужели, спустя столько лет, появился человек, который знает моих родителей? Который хоть немного сможет приоткрыть завесу на моё прошлое? А то странно получается: были два человека – мои родители, которых никто не знает, никто не помнит, никто никогда ранее не видел. Вроде были, а вроде, как и нет.

- Как вас зовут?

- Моё имя тебе всё равно ничего не даст. Я знаю, Рома, что ты и так узнаешь, если захочешь, но, прошу тебя, не нужно вынимать скелеты из шкафов, уверен, они тебе не понравятся.

- Кто ты, чёрт подери, такой? – я закурил прямо в комнате, нарушив все свои табу.

- Я тот, кто подарил тебе жизнь, - мои глаза стали подобно блюдцам, ещё немного и они покинут то место, где сейчас находятся. Я выдохнул. Разговор предстоит долгий. Главное, чтоб он говорил. Рассказал всё, что знает. Всё, что помнит. Мне важна каждая деталь, каждое слово. Об аварии, в которой погибли мои родители, нет информации нигде. Перерыты все архивы, секретные и доступные информационные источники, рукописи, отчёты, сводки – везде чисто. Кто-то очень мастерски подчистил.

- Чаю?

- Не откажусь, - лёгкая полуулыбка тронула сморщенные губы.

***

Спит. Ровно дышит. Пушистые ресницы отбрасывают тень на персиковую кожу, отчего кажутся ещё длиннее. Рука за головой, волосы разметались по подушке.

 Вот, что мне нужно было делать с Яной. Забрать её. Увезти сюда, скрыть от всех глаз, спрятать. Я ведь знал, что нас рано или поздно выследят, что я сразу стану уязвимым по всем фронтам, что поставлю репутацию и бизнес под удар, и что это не закончится всё так просто. Просчитывал всякие варианты, но то, что сделал Тёмный……я сжал зубы так, что свело челюсть. Моя маленькая девочка….От любви к ней снесло крышу и я потерял всякую осторожность, способность здраво мыслить и принимать решения, и привёл тебя к смерти.

Целых полгода я шёл к своей цели – отомстить. И вот оно - оружие мести, лежит рядом со мной в кровати. Но всё полетело к чертям. Не могу понять, что останавливает меня сделать то, что я задумал. А ведь всё так просто: назначаю встречу Тёмному, поджигаю дом с Аней. Готово! Никогда не был сентиментальным, но что-то во мне перевернулось. Может, отдалённое сходство с Яной? Такая же рыженькая….на этом всё сходство заканчивается.

Я присмотрелся – шрамы тонкими ниточками переплетались на шее и скулах. Аня, видимо, неоднократно ложилась под нож пластического хирурга. Нужно отдать должное мастеру преображения человеческой внешности – в обычной бытовой жизни их было совсем незаметно. Что можно было менять во внешности молоденькой девочке? С ума посходили, не знают уже куда деть отцовское бабло.