Знай, Зло вернется!

Глава 2. Всё страннее и чудесатее!

   Приезд дядюшки Воли (как мы с Лисом назвали его между собой) обозначил в нашем тихом, чудесном посёлке у моря начало странных вещей, которые проявились после же первой ночи появления гостя.
   Ранним утром, когда южная жара не установилась, Лис и я поливали приусадебный садик.
— Представляешь, Рус? Кто-то вытоптал гиацинты за оградой!
— Думаешь, это был человек?
   Наши размышления прервала Мел, которая прибежала к нам и тоненькой ручкой махнула в сторону дома, развернулась и побежала обратно. Нам ничего не оставалось, как перешлянуться и отправиться за младшенькой. Мел привела нас под окно моей комнаты. Земля была вытоптана, мужскими следами, чуть меньшего размера чем у братца. Лис не мог не пошутить:
— Руслана, да у тебя поклонник! — усмехался брат, — Когда познакомишь?
   Мел свистнула. Девочка уже стояла под окном брата, где была та же картина. Под окнами Мел и родителей были те же самые следы — кто-то потоптался у каждого окна, на оконной раме старика были выцарапаны то ли руны, то ли иероглифы.
— Интересно девки пляшут, — поразился Лис.
   Следом послышалась отцовская ругань. Втроем мы поспешили к нему. Отец стоял у самого угла ограды, в котором зияла брешь. Папа хмурился, он был недоволен происходящим:
— Мне это не нравится, — сказал он и ушёл за инструментами для ремонта забора.
   Дядюшка заперся в выделенной ему комнате и на свет не выходил, пропустив завтрак. Когда мужчина не вышел на обед, мама забила тревогу. Отец, достав из потайного места запасной ключ, отворил дверь. Воли не было, таинственным образом он исчез, возвратившись лишь под ночь. От всех вопросов родителей умело уходил. Объяснений мы так и не добились.
   На следующее утро нас ждали новые чудеса. Выходя из комнаты, спросоня я наступила на что-то очень мелкое и сыпучее. То была соль. А за этим странным занятием поймала младшую сестру. Мелани посыпала солью порог детской комнаты, от косяка до косяка.
— Не знаю. Мне сказали так сделать, — отвечала малышка, когда её спрашивали, — Кто? Нельзя говорить!
   Мама не на шутку взволновалась, и уже собиралась вызывать врача. Её остановил папа, который попросил не торопиться и дать девочке время успокоиться. Лисандр ничуть не волновался, называя это не иначе чем шуткой хулиганов, ерошил мои каштановые волосы, когда я начинала нервничать.
   Наш далёкий родственник поражал нас сначала своей скрытностью и отчуждённым поведением, а потом и равнодушием на появляющиеся знаки на оконной раме и сломанную ограду, которую папа латал уже второй день. Дядюшка делал вид, что ничего не происходило.
   У дядюшки были странные отношения с животными. Однажды Лисандру как-то удалось заметить Володара в толпе прохожих. Проходя однажды мимо Нелли — цветочницы — с её боксёром Кимом, дядя недовольно глянул на рыкнувшую на него собаку. Ким прижал к голове уши, заскулил, попятился и, спрятавшись за хозяйку, протяжно завыл.
   Кошка, которую мама подкармливала довольно долгое время, после встречи с нашим далеким родственником перестала приходить, а дядя ходит с пластырями на руках.
   Но это были ещё цветочки. Володар Стратонович гостил у нас вот уже добрую неделю. Этим вечером он пришёл с расквашенным носом! Все сидели на улице перед домом: мама хлопотала над носом своего троюродного брата, отец, читая газету, предполагал различные версии случившегося.
— Наверное, это дело рук дяди Паши, которому очень нужно было несколько рублей на очередную бутылку. А Володар Стратонович не дал, за что и получил в нос! А может, и оступился на спуске к морю…
   Лисандр, сидевший рядом со мной перед открытым окном мансарды, тихо хихикнул над таким предположением и добавил:
— Этот сам кому захочет — нос расквасит!
   Брату моему уже 26 год пошёл, а всё как ребёнок. А Лисандр считал меня излишне серьезной для 18-летней девушки. 

   Дядя Воля продолжал на все наши вопросы отмахиваться и вел себя как ни в чем не бывало.