Знак ненависти

Глава 16. Шимэ и Хира, Сэйна из рода Хаари

Хира часто размышляет, откуда в мире столько ненависти. В чём её смысл, отличие от злости и гнева, что её питает и что испытывает человек, переполненный ненавистью, какой мир расстилается перед его глазами.

Он много думает о чём-то подобном, наблюдая за Шимэ. В том, что это чувство глубоко засело в его сердце, парень не сомневается. В нём есть и нечто мягкое, ранимое, что никогда по собственной воле не выглядывает наружу. То ли не может, то ли хозяин насильно подавляет.

Хира видит в его глазах не только холод, способный заморозить мир. За ним проглядывает мольба, маленькое желание. На самом деле он не любит боль, а хочет нежности. Просто отказывается принимать истину, потому что мир отвергает его чувства.

Хира привык к боли и научился избегать того, что способно её причинить, но и ему хочется чего-то мягкого, как запретного. Бывает, иногда хочется чего-то, хоть и знаешь — нельзя, оно лишь навредит. Он потихоньку, раз за разом, пытается прикоснуться к «мягкому» в сердце Шимэ. Вот только, стоит коснуться небрежно, мимолётно, показать нежность по отношению к родственной душе, бережно обнять, и он замирает. Поняв, что боли не последует, морщится и отстраняется, убегая от истинного желания, неприятно пробивающегося сквозь шипы и этим ранящее.

И тогда Хире приходится прятать свои чувства, лгать и причинять боль, словом, действием, лишь бы не порвать связь. Он боится потерять контроль над пустотой внутри, сойти с ума и обнажить свои чувства. Того, что их не окажется вовсе.

Ощутив знакомый привкус крови, Шимэ тянется ближе, зажигаясь холодным пламенем ненависти. Пока оно разгорается, сердце кареглазого мага в трепете замирает и само зарывается в шипы, выставляя опасную преграду. Он сам становится своими шипами. И они мучают друг друга, пока не расходятся.

Это и произошло при встрече с Шинда. В желании уберечь Шимэ от мести, Хира пообещал, что не даст тому оступиться. Не то чтобы он так заботится о ненавистном комочке когтей и шерсти, скорее, просто зависим от него и боится потерять. Ведь только его партнёр может оставаться рядом, не привязываясь и не заставляя отвечать тёплыми чувствам, чего Хира опасается сильнее всего.

Тем не менее, вырезать гниль с сердца и обнажать чувства партнёра, при этом понимать его ненависть, для Хиры что-то вроде игры.

Иногда случайно, иногда специально их перепалки переходят в драки и в самый важный момент лёд трескается. Кажется, Шимэ понимает, что Хира насильно сдирает с него черноту, и от отчаянья готов плакать. Но снова запирается в себе и всё возвращается к началу. Несмотря на то что у обоих нет тайн друг от друга относительно прошлого, Хира не может понять ненависти «друга». Порой, он ненавидит себя, Шимэ или обстоятельства, а в остальном словно не способен её испытывать.

«Понять чувство — значит в нём разочароваться. Или, поняв ненависть, можно её испытать? Может, жить, отгораживая себя и мир этим чувством, проще?..» — маг не раз так думал. — «Жить, избегая боли, невозможно. Где бы ни был и что не наблюдал, я нахожу её везде. Во взглядах, провожающих меня в пути; в событиях, требующих жертв; в самом себе и мире, что отвергает меня; в счастье и смерти. Боль — одно из воплощений существования. Ненависть другая. Она словно цветок, прорастает из сердца и отравляет разум. Только откуда берётся семечка и отчего растёт, неизвестно. Наверное, изначально она есть у каждого, но не все способны его вырастить».

***

Сэйна подскакивает, придя в себя от громких криков и ударившись рукой о камень, к которому во сне прислонялась спиной. И, испуганно осмотревшись, видит двух чёрных магов, застывших друг напротив друга посреди дороги. С такого расстояния девушке плохо слышно, что и почему они кричат, да ей и не особо интересно. Вздохнув и поджав губы, она сжимает руки у груди, молясь, чтобы они поскорее закончили и как можно более мирно.

«Если это возможно...» — мелькает мысль.

Вспомнив произошедшее несколько дней назад, целительница начинает догадываться о причине ссоры. Южные маги подстроили ловушку и напали прямо на тракте. И не это было ужасно, а то, что Хира бросил Шимэ одного сражаться с восьмью магами и повёл её с собой. Несколько дней они шли к столице вдвоём. Эти дни Сэйне не забыть никогда.

Пока Шимэ не было рядом, Хира вёл себя иначе. Был разговорчив, шутил и смеялся, словно отбросил тяжёлое бремя. Пугающая улыбка на его лице сменилась ласковой и весёлой. Казалось, он не видел угнетающего серого неба над головой и только что не бросил друга на растерзание южным магам. А ведь сам недавно говорил ему не сражаться с ними. Сэйне привиделся мир, наполненный светом. Если бы он, правда, был таким, не было бы войн. И если бы Сэйна впервые встретила именно такого Хиру, он бы несомненно ей понравился.

Засмущавшись от собственных мыслей, девушка мотает головой.

«О чём же я думаю?.. У нас разные Знаки... он чёрный маг, а я белый... И вообще... лучше бы они оба поскорее встретили свои родственные души!»

Придя в себя от громкого крика, целительница испуганно покусывает губы. Раньше она разнимала парней, но сейчас это кажется невозможным. Она навязалась с ними, да и оказалась бесполезной, не ей лезть в их отношения. Единственное желание, которое у неё есть, это дойти до столицы вместе.

«Зачем же судьба свела меня с ними?»

Так и не ощутив враждебной магии, Сэйна успокаивается и решает выглянуть из укрытия. Ни Хира, ни неизвестно как догнавший их Шимэ не использует магию. Вместо неё выяснить отношения им помогает обычная драка, включающая и кулаки, и пинки, и даже укусы. Изрядно уставший голубоглазый маг пылает от бешенства, пока друг подначивает его. Получив удар коленом в живот, он роняет Шимэ на траву и нависает сверху, заламывая тому руку за спину.