Знаки внимания

Глава 18

    И я вдруг подумала – а что, если рвануть сейчас к папе?  Походила, поразмышляла и позвонила Сергею, чтобы поделиться с ним своими планами:

-   У нас с тобой перерыв в плане интима, помнишь? Вот я и думаю -  а что, если проведать папу, посмотреть его базу? А потом мы  вернулись бы вдвоем, он говорил, что освободится в двадцатых числах.

-   Я буду скучать, рекомендованная отсрочка не повод для долгого расставания, -  улыбался он в трубку, -   я хочу тебя видеть. И еще  буду думать, что ты сорвалась из-за того, что…

-   Нет, не из-за того, - перебила я его, - просто сейчас особо нет работы, и  меня легко отпустили.  А хочешь, я подъеду сегодня вечером? - вырвалось вдруг и я поняла, что да - я  хочу такого вечера, как тот что был, очень хочу.  Чтобы вкусная еда, интересный разговор, поцелуи...  просто поцелуи.

-   Буду рад,  даже не надеялся…, тогда я организую ужин? – потеплел его голос.

-   Хорошо, я буду к семи – нормально…?

   Сергей помог мне снять пальто и пригласил на кухню, а я попросилась помыть руки.  А он стоял в дверях  ванной и ждал  меня. Выключив воду, я отряхнула ладони и  оглянулась в поисках полотенца.  Он подал его – сизо-серое, как и  облицовка стен и с таким же золотистым рисунком, как на узкой полоске плитки под потолком. Красиво… как почти все, что окружает Сергея.

-  Хочу познакомить тебя с Одеттой. Ты не против?  Я позвал ее на ужин. Подумал – чем скорее, тем лучше.  Она поест и сразу уйдет. Потом - чуть позже… вечера будут только для нас двоих, - обводил он взглядом мое лицо и руки. Забрал полотенце, в которое я вцепилась, и положил его на краешек ванны.

-  Нет, я не против, - почему-то занервничала я, - пригласил, значит, познакомимся.

-  Н-ну, тогда… есть одна маленькая просьба, - слегка замялся он.

-  Да… говори.

   Он отступил, выпуская из ванной, а когда я шагнула за порожек, обнял, тесно обхватив руками.  Легко поцеловал за ухом, щекотно обдавая шею теплым дыханием, и я  сама обняла его за пояс и притихла.  Он провел губами по щеке, нашел мой рот…

-  Как ты себя чувствуешь?

-  Продолжения пока не будет, даже не надейся, - дернула я головой.  Было неловко, потому что живо вспомнилось то, что сейчас вгоняло меня в краску. И я еще сильнее прижалась щекой к его груди, надежнее прячась.  Он хмыкнул и в свою очередь прижал меня к себе еще плотнее.  О-о-о…

-  Я знаю, но ты останешься на ночь?  Чтобы спать, само собой.

-  Хорошо, - легко  согласилась я, вспомнив розовые лепестки, его страх за меня и подавленное настроение при нашем расставании.

-  Ты  хотел что-то сказать? – напомнила, снова прислоняясь к теплой  груди и слушая стук его сердца. Новое для меня ощущение – вот так обниматься, чувствуя безоговорочное доверие.

-  Да… Одетта.  Не смотри на нее слишком пристально, не разглядывай, пожалуйста.

-  Она стесняется своей внешности?

-  Не замечал такого. Просто… я зря, наверное, это затеял. И сейчас ее тут уже совсем не хочется. Может, отменим, в другой раз?

-  Зачем?  Слушай, - потянула я его за руку на кухню, -  я, конечно, ничего о ней не знаю, но фотографии помню.  Если ее иначе одеть и изменить прическу, то ее внешность не будет так бросаться в глаза. Я, конечно, не стилист и вообще не специалист в этом, но знаю, что низкий лоб нужно прятать под челкой – высокой, от самой макушки, понимаешь? Почему ты не посоветовал ей, ты же все понимаешь и видишь? Ей нельзя носить одежду в обтяжку,  штаны. У тебя же идеальный вкус!

-  Не нужно, Катя, это все пройденный этап.  Я прошу тебя не поднимать этот вопрос при ней, были, знаешь ли…

-  Да я и не собираюсь, ты что? Просто подумала…

-  Привет! – раздалось от двери и мы оба дернулись от неожиданности.  В лицо  бросилась кровь – скорее всего, она слышала если и не все, то конец нашего разговора точно. Это было то, от чего хотел оградить  ее Сергей, а я влезла со своими советами.  Судя по его недовольному лицу, так оно и было, но вот сама Одетта была как будто  спокойна.  Вблизи она оказалась еще ужаснее, чем на снимках, и я постаралась выполнить просьбу Сергея и не рассматривать ее.

-  Здравствуй, Одетта.  Извини…, мы не заметили, когда ты вошла, - попыталась я сгладить ситуацию, - я Катя.

   Проигнорировав меня, она прошла и села за стол.  Все же обиделась - расстроилась я.  Сергей постоял и  кивнул мне:

-  Присаживайся тоже, Катюша, помогать не нужно - все на столе.  А если по бокалу вина, девушки? –  предложил он.

-  Я не буду, - ответила его подопечная и потянулась накладывать себе еду.

-  А я выпила бы немного красного, - призналась я под  ироничный хмык Одетты.  Уже понятно было, что нормальные отношения в ближайшем будущем нам не светят. И ужин испорчен, и Сергей расстроен.  Захотелось домой, но это значило бы окончательно испортить ему настроение.

   Он ухаживал за нами, вызывал по очереди на разговор, и если я  поддерживала его, то она отвечала односложно.  Потом ему  кто-то позвонил, он взглянул и ответил, кивнув нам и вставая, чтобы выйти:

-  Да, мама...?

   Одетта опять хмыкнула, а я дождалась пока Сергей выйдет, прикрыв за собой дверь, и решила попытаться объясниться с ней, все равно хуже, чем есть, уже не будет:

-  Я не сказала ничего оскорбительного, наоборот:  ты отлично знаешь свои недостатки, как знает их любая женщина.  Но такое впечатление, что делаешь все, чтобы выпятить их,  а не скрыть.  Ты можешь выглядеть намного лучше, но, судя по тому, что сказал Сергей, не хочешь даже пытаться. Почему, Одетта?  Хочешь, я помогу тебе?  Мы вместе сходим к стилисту, выберем тебе другую одежду, и ты сама увидишь разницу.

-  Знаешь сколько вас, таких красивых, здесь побывало? – спокойно поинтересовалась она, а у меня появилось стойкое ощущение, что между нами нет  этой разницы –  в шесть лет.

-  Только по-настоящему красивых, а не таких, как ты, - продолжала она, пренебрежительно передернув плечами:  -  И где они сейчас? А ты вообще никакая по сравнению с ними.  Но если он знакомит нас вот так,  значит - решил жениться. А что? Ему давно пора иметь детей и мать его этим уже достала, а красивая жена – это риск, лучше уж взять тихонькую, скромненькую, но такую, чтобы и не стыдно было. С образованием, само собой и из «хорошей» семьи, ага же? -  выплескивала она на меня свою обиду.