Знаки внимания

Глава 32

  Прилетала я в аэропорт Тиват.  И новые впечатления предвкушала еще на подлете – мы заходили на посадку со стороны моря и на ровной синей глади  отраженное от воды солнце давало ослепительный эффект зеркала. Впереди поднимались горы,  заросшие лесом, а взлетно-посадочная полоса  располагалась почти на самом побережье.  Папка! Меня уже ждал там мой папка.  Мы договаривались с ним,  он успокаивал трусливую меня, всего второй раз в жизни высунувшую нос за кордон,  хотя тот единственный раз в детстве даже нельзя было назвать полезным опытом.

-  Каточек, не трясись, я сам встречу тебя – иначе никак, с такси там сложности.  И ждать его тоже паршиво – здание маленькое, кажется, даже кандея нет… или он не справляется, но там кони двинуть можно от жары.  Но это ты при отлете прочувствуешь, я пока регистрацию там проходил и этот их шмон…  Сразу оденься легко – сарафан, шорты там… тут адское пекло.

   В это жаркое пекло я окунулась, только ступив на трап из самолета.  Вышла, оглянулась вокруг…, не знаю, что было с  моим лицом, но мне улыбались все, кто попадался навстречу.   Запах – йодистый, резковатый, ровным потоком слабого ветра доносился со стороны моря.  Еще пахло сухой аэродромной пылью и немного - приторными духами, которыми буквально пропиталась женщина, которая шла впереди меня.  Я немножко отстала, пережидая…

-  Катя!  - махал мне рукой папа из-за сетчатого забора, отрезающего взлетное поле от территории аэропорта.  В зале, тесном и очень душном, как он и обещал, мы с ним радостно пообнимались, потом получили мой чемодан и гитару, и вышли наружу.

-  Хочешь, можем зайти в дьюти-фри?  Там духов разных полно.

-  Не… мне бы попить, - ужаснулась я его попытке опять загнать меня в помещение.  И духов  сейчас тоже  не очень  хотелось.

-  Здесь есть маленькое кафе и еда там очень вкусная, но тоже жарко, так что в машине попьешь – у меня всегда есть с собой… Катюша, как там бабушка, как ты сама вообще? – осторожно интересовался папа.  Про наше расставание с Сергеем он, конечно же знал –  давно прикормленный благодарностями и похвалами шпион в лице бабушки доносил исправно и по накатанной, как и все предыдущие годы.

-  Все хорошо, уже все нормально – правда.  И бабушка тоже, она опять на работе на полставки. Пап, давай не будем про Сережу? Я до сих пор переживаю все это, но вернуться к нему не могу.  Он звонит периодически…

-  Что он говорит? – папа жестко сжал челюсти, заглядывая мне в глаза.

-  Просто...  Спрашивает, как у меня дела, извиняется непонятно за что,  бабушку отлавливает и пытается вербовать, цветы шлет, мама его звонит… Я вот удрала... Папа, я не могу, не надо хоть ты…, я и так дрянью себя чувствую, -  отвернулась я.

-  Не-ет,  Катюшик, ты очень даже молодец у меня. Лучше уж вот так – сразу.  Он и сам потом поймет, еще и благодарен будет, ты уж поверь мне. Ладно…, тогда я быстро заскочу в кафе,  на минуточку. Всегда беру здесь зерновой кофе –  больше нигде такого не найти, замечательный просто кофе. А потом по Ядранскому пути – домой!  Шоссе так называется, - с разгону стал он знакомить меня со страной и вводить в курс дела.

-   Мы едем прямо на твою базу? –  нетерпеливо спросила я, когда огромный пакет кофе уже лежал на заднем сидении папиной машины - отечественной короткой «Нивы», надо же…  Скоро мы уже неслись на ней по тому самому Ядранскому пути – неширокой дороге, и горячий воздух врывался в приоткрытые окна, шевеля волосы на макушке. Встречные машины будили тянущий нездоровый интерес – старые «фольксвагены», древние «вольво»,  потасканные «фиаты» совершенно экзотичного вида…  Встречались и современные авто, но не так много.

-  Катюш… я не стал тебя разочаровывать тогда, но здесь все немножко иначе.  Тут нет бревенчатых домов в лесу, огороженных забором – баз, в нашем понимании.  Я состою в охотничьем сообществе и работаю егерем-сопровождающим для охотников, которые приезжают в сезон.  Организую разрешения, устраиваю охоты – загонные и одиночные, обеспечиваю их и помогаю с бытом. У меня своя клиентура и в основном это русские - мои друзья с тех еще охотничьих времен. Они сделали хорошую рекламу и работы у меня – завались, не переживай - она есть.

-  Я не переживаю, пап, я просто не понимаю – у тебя были немалые деньги после продажи всего… я думала, что они вложены во что-то конкретное. Вот поэтому…

-  В гостинничку, в маленькую гостинничку вложены, на десять охотничьих рыл всего – по два рыла в комнату, - улыбался довольно папа, -  далековато от  охотничьих угодий, но гостиница эта так… больше для немцев – они тоже бывают у меня.  Европейцы любят и ценят комфорт, а нашим хантерам он по большому счету – по фигу, главное чтобы охота удалась.  Застраивать леса базами здесь не принято – очень много заповедников и заказников. Места охоты строго регламентированы, но именно поэтому тут полно зверья.  И в некоторых местах разрешено ставить легкие биваки – без фундамента и с кучей ограничений. Вот я такой и организовал в одном красивом месте, так что там  немножко похоже на то, чего ты ожидала.  Рассказывать сейчас не буду – посмотришь сама потом, тебе понравится, я точно знаю. 

-  А твоя гостиница – где она?

-  В самой Будве, это приморский городок,  облюбованный туристами.  Маршруты там замечательные – до монастыря Подострог, бывшей резиденции черногорских царей и дальше – до Рыбника в горы, еще на остров Святого Николая и… ну, это все потом.  На меня работает местная семья – мужик… при всех делах, жена его завтраки готовит, а дочка убирается – горничная вроде.  Мы там остановимся, и ты сама все посмотришь.

-  А ты говорил – до моря далеко.

-  Далеко… а!  Ну да, от моей «базы» и правда - далеко, а я много времени живу  в горах - в бунгало, рядом с насельем Поселяни.  В Будве только наездами.  Но мы с тобой вначале туда – на море. Катька! – радовался он, - ты влюбишься во все это и останешься со мной, вот увидишь!  И бабулю перевезем, и охотиться тебе понравится, а от «базы» вообще пищать будешь – там глушь и романтика в чистом виде – над ущельем с водопадом… сказка! А через ущелье – Поселяни эти, а с другой стороны от них –  озеро.  Дорога только туда хреновая, поэтому и «Нива». Очень популярная в здешних горных местах машина.