Знамение долин

Глава 4

Профессиональная деформация, заработанная в Тиес-Аврем и Экрокасе, не позволяет мне проигнорировать странный звук. Если что-то упало, прекрасно, я могу это поднять. Если мне все почудилось, еще лучше. Заворачиваю за угол и через пару шагов натыкаюсь на небольшую статуэтку из какого-то легкого полимера. Готова поспорить, ее привезли из Лигоса.

Надеясь, что трогать предметы из коллекции не запрещено под страхом смерти, поднимаю статуэтку и оглядываюсь в поисках ее законного места. Пустой пьедестал одиноко выделяется на стене. Подхожу к нему и возвращаю беглеца. Осталось понять из-за чего неодушевленный предмет отправился на вечернюю прогулку.

Под моими ногами что-то хлюпает. Лужи в стране, где почти не бывает дождей крайне маловероятны, особенно внутри дворца. Тяжело вздыхаю и устало провожу рукой по лицу, прежде чем опустить взгляд.

На мозаичном полу темно-красным цветом выделяется лужа крови. Проследив взглядом до ее источника, я нахожу реальную причину того странного звука. Передо мной лежит ишхареду. Определенно мертвый, для медиков слишком поздно. Подхожу к телу, следя за тем, чтобы лишний раз не испачкаться, с ботинками уже можно попрощаться.

Опускаюсь на корточки, чтобы рассмотреть жертву. Взрослый ишхареду, мужчина, с одеждой из дорогих тканей, что неудивительно, учитывая контингент праздника. Его лицо мне незнакомо, вис тоже не предоставляет никакой информации. Разумным решением было бы сбежать и притвориться, что меня здесь никогда не было. Опус, эндари, дочь Ласарины ти Аделар, которая случайно находит тело? Звучит сомнительно, и оказаться в очередной раз в тюрьме я не горю желанием. Хотя тюрьму Даштара изнутри я еще не видела, выйдет познавательный опыт.

По коридору разносятся шаги, и я резко поднимаю голову. Из-за угла выходит парень, примерно моего возраста или чуть старше. Он проводит рукой по зализанным назад светлым волосам. Я насчитываю семь различных проколов в его правом ухе, в два раза меньше в левом, два кольца в брови над левым глазом и одна штанга под ним же. Классический костюм цвета крови не прибавляет ему кредита доверия. Поверх костюма у него длинное пальто на пару оттенков темнее костюма, что выглядит неуместно для жаркого климата Даштара.

В итоге нас оказывается трое. Перебор созданий для коридора, который пустовал минуту назад. Парень не сразу замечает мне, но после на его лице мелькает замешательство, которое сменяется удивлением при виде тела.

— Как интересно, — протягивает незнакомец, переводя взгляд с ишхареду на меня. На его губах мелькает озорная улыбка, — и что это ты делаешь в пустом коридоре вдали от тронного зала?

— Мы обсудим это, как только ответишь на встречный вопрос, — встаю в полный рост, одну руку опускаю на рукоятку спрятанного на спине кинжала, — кто ты?

— Определенно не тот, кто склоняется над трупом ишхареду, из которого до сих пор вытекает кровь, — фыркает парень. — Жаль, не могу сказать про тебя того же.

— Он был уже мертв, когда я пришла, — осматриваю его с осторожностью. Он вышел с конца коридора, противоположному тому, откуда пришла я, а значит он явно не только что вышел из тронного зала. Скорее он туда возвращался, только что он делал в этой части дворца, на ишхареду он не похож. — Праздник показался тебе скучным, решил исследовать остальной дворец?

— В этом году он вышел не таким плохим, хотя есть над чем поработать. Но то что происходит здесь, — он обводит ладонью сцену перед ним и улыбается, показывая зубы, — определенно в тысячу раз увлекательнее.

— Повторю свой вопрос, кто ты? И почему мне не стоит позвать охрану с заявлением, что ты убил ишхареду?

— Мое имя несущественно, — парень прячет руки в карманы брюк, подходит ближе и останавливается на другой стороне трупа, — а охрану не стоит звать, потому что с тем же успехом я могу назвать убийцей тебя, — он пожимает плечами. Ведь именно тебя я нашел в довольно компрометирующем положении.

Вот поэтому стоило сразу сбежать, я вечно попадаю в самые отвратные ситуации. Ореховые глаза моего оппонента смотрят на меня со всей серьезностью, однако от него не исходит угрозы. Пока что. Повторяется та же ситуация, что и с Еленой. Доверять ему нельзя, но и ссориться с ним не стоит.

— Брось, — блондин широко улыбается, — нам не обязательно подозревать друг друга по той простой причине, что мы оказались рядом с трупом практически в одно время. Никто не отменял совпадений.

— Так же как никто не отменял того, что убийцы притворяются свидетелями, чтобы избавиться от подозрений.

— Справедливое замечание, я об этом как-то не подумал. Давай зайдем с другой стороны, — он склоняет голову, его взгляд на моем лице почти осязаем, — ты ведь эндари, мой лучший друг тоже эндари. У него есть шрамы, — парень пространно взмахивает рукой, — маска и все такое.

Новая информация привлекает мое внимание. Хотя у меня нет особо теплых чувств к эндари, так или иначе они стали для меня гарантом надежности. Эндари не предают друг друга, таковы правила, потому что если мы не можем положиться на товарищей и работать в команде, мы все умрем. Не уверена, что подобное доверительное отношение передается знакомым по ассоциации. Скрещиваю руки на груди и копирую его движение головой.

— Шрамы твоего друга идентичны моим, или ты понятия не имеешь чем они отличаются и считаешь любые шрамы на лице меткой эндари?

— Они идентичны, — заверяет он меня уверенно, — и я прекрасно разбираюсь в том, чем они отличаются. Четвертый уровень, надо полагать, — сохраняю нейтральное выражение лица, чтобы не выдать тот факт, что он прав. — Видишь? Мы знакомы через два рукопожатия, максимум три. Мы практически друзья.

— Ладно, пока можешь считать, что подозрения с тебя сняты, хотя момент твоего появления все еще вызывает сомнения.

— Перед крепким миром идет шаткое перемирие, — он хлопает ладонями и потирает руки. — Ну, что скажете, детектив, какая причина смерти?

— Следов сопротивления нет, либо он знал нападающего, либо к нему подкрались со спины, скорее всего второе. Дальше ишхареду банально перерезали горло одним точным движением, что говорит о профессионализме.