Знаю твою боль

Сцена 9

[Черкасова Ульяна]

Ульяна не знала, как мама отнесётся к тому, что сегодня она ушла гулять с Зайчиком на целый час раньше. Как и то, заметит ли она пропажу старенького пищевого контейнера. Всё дело в том, что Ульяна приготовила печенье, в надежде порадовать обитателей Гаражей и, конечно же, самого Костю, который её туда позвал. Чтобы не объясняться с мамой, Ульяна и ушла из дома до того, как та вернётся с работы.

— Веди себя хорошо, Зайчик, ладно? — попросила Ульяна, перед тем как открыть дверь в Гаражи.

Тот тявкнул и завилял хвостом.

Сегодня здесь оказалось очень мало людей. Очень. Почти никого. Но Костя был, он сидел в стороне от Вадима и двух других парней, которых Ульяна видела впервые. А ещё сегодня здесь было накренено: неприятный душный аромат витал в воздухе, цепляясь к волосам и одежде Ульяны.

Она испугалась, что пришла не вовремя, и топорно замерла в дверях.

— Не бойся, милашка, заходи, — позвал один из незнакомцев, смоливший сигарету. — Мы давно закончили говорить о делах.

У парня были выбриты виски, на которых красовались татуировки в виде россыпи звёзд. Ульяне понравился рисунок, а вот взгляд парня — не очень. Будто Ульяна лакомый кусочек того самого печенья, зажатого у неё в руках.

Костя, обратив взгляд к дверям сразу после слов парня, тут же поднялся из кресла и зашагал к Ульяне:

— Рано ты сегодня.

— Да, извини, мне стоило уточнить, во сколько прийти, — пролепетала она.

— Всё нормально.

— Ты реально не помешала, Ульяна, — подтвердил слова Кости Вадим. — Вот-вот подтянуться остальные. Заходи, чувствуй себя как дома. Что там у тебя в руках? Это нам?

Ульяна улыбнулась:

— Да. Печенье.

— Ух ты! Неси скорее!

Костя отступил в сторону, и Ульяна прошла к столику у диванов, на котором расположился хозяин помещения. Ульяна подождала Костю и, открыв контейнер, снова улыбнулась:

— Это место называется Гаражами, но внутри нет машин. Мне показалось, будет забавно исправить это хотя бы на один вечер. Угощайтесь.

— Да это чертовски забавно, Черкасова! — искренне рассмеялся Вадим, подхватывая печенье. — Даже больше — это гениально!

Ульяна раскраснелась от похвалы и глянула на Костю: он тоже поражённо улыбался. Значит, всё было не зря. И готовка вместо зубрёжки, и уход из дома раньше времени. Что бы не ожидало её по возвращению, Ульяна примет это со спокойной душой.

Костя склонился над столом, чтобы взять печенье, и на обратном пути задумчиво присмотрелся к Ульяне. Её лицо запылало ещё жарче.

— Нам тоже можно угоститься? — насмешливо поинтересовался тот, который курил.

Ульяна вежливо придвинула контейнер ближе:

— Конечно.

— А то мне показалось, — выдохнул он дым в сторону Ульяны, — что печенье не для всех.

Ульяна закашлялась и сдавленно попросила:

— Прости, но ты не мог бы не пускать дым мне прямо в лицо?

— Да и, вообще, заканчивай уже курить в помещении, — хмуро заметил Костя. — Вадим сделал тебе одолжение, а так тут строгие правила.

— Да, друг, так и есть, — кивнул Вадим на вопросительный взгляд курильщика.

Тот усмехнулся и перевёл взгляд на Костю:

— Как скажите, парни.

По-прежнему глядя в лицо Кости, парень занёс окурок над контейнером и затушил его прямо о печенье.

Ульяна охнула.

Парень лениво перевёл взгляд на неё:

— Угостился, спасибо, милашка.

Костя сжал кулаки, Вадим качнул ему головой, мол, не надо, и Ульяна, увидев всё это, поняла: Костю нарочно провоцировали. Вероятно, между ними двумя было не всё ладно.

Ульяна расправила плечи и смело заметила:

— Какой впечатляющий поступок: испортить печенье той, кто тебе ничего плохого не сделал, чтобы кого-либо позлить. Именно так и поступают антигерои. Вот только никакой реакции не будет.

— Анти… чего? — расхохотался парень.

Ульяна тем временем повернулась к Косте:

— Костя, мы не могли бы выйти на улицу? Зайчику нужен свежий воздух. Как и мне.

— Зайчик! — пуще прежнего загоготали парни. — Она назвала собаку зайчиком!

Вадим тоже негромко смеялся — не смог удержаться. А Костя теперь сжимал не только кулаки, но и зубы. Спустя секунду он схватил Ульяну за руку и потащил её к выходу. Да так быстро, что ей пришлось дёрнуть поводок Зайчика, чтобы он отправился следом.

Лишь оказавшись у вчерашней скамейки, Костя выпустил из своей руку Ульяны.

— Я всё испортила? — тихо спросила она.

Зайчик вновь рвался к воробьям и голубям, и Ульяна присела возле него, чтобы отцепить поводок. Когда она поднялась, Костя, усевшийся на скамью, пристально в неё вглядывался.

— Нет, — выдохнул он и посмотрел на реку. Затем вдруг усмехнулся: — На самом деле, я и не представлял, какая ты смелая. И… непосредственная, что ли.

— Непосредственная?

Костя посмотрел на неё:

— Кто ещё в нашем возрасте печёт печенье в виде машинок для своих ровесников? Искушённых, безжалостных и насмешливых? Только тот, кому плевать на чужое мнение.

— План состоял в том, чтобы вас удивить, — призналась Ульяна.

Костя снова усмехнулся:

— Он сработал. Оригинальность — твой конёк. Одна кличка для собаки чего стоит.

Ульяна нахмурилась. Что-то ей подсказывало, что она где-то ошиблась. Неравномерно переплела фантазии и действительность. Замечталась с риском нанести себе душевный вред. Очевидно, ей нужно время, чтобы как следует всё обдумать.

— Знаешь, я, пожалуй, пойду домой, — сообщила она, оглядываясь на Зайчика.

— Ага, — бездумно хмыкнул Костя, но через мгновение спохватился. — Стой, ты же только пришла.

Ульяна позвала Зайчика и, цепляя обратно поводок, кивнула Косте:

— Ненадолго.

Костя поднялся со скамьи, заложил руки в карманы и тоже кивнул:

— Я тебя провожу.

— Не стоит. Пока, Костя.

Ульяна взмахнула на прощание рукой и отправилась вперёд. Костя, как и вчера, крикнул ей в спину: