Знаю я имя твоё

Глава 3. Тот, кто был назван слугой

Целый час на границе с пожаром - и мы смогли войти в то, что раньше было поселением. А теперь - лишь пепелищем.

Дикий огонь сжирал всё на своём пути.

- Выходит, мы теперь бездомные… - выдавливает из себя Мэй Ли, на лице которой теперь ничего не отражалось, - нам некуда больше идти. Некуда возвращаться.

- Я смогу содержать тебя на жалование мечника, - без эмоций отзывается её брат, проходя по черной от сажи дороге.

- Нам даже хоронить нечего! - Мэй Ли горько усмехается, пиная по кучке пепла.

Молчу. Даю им время принять случившееся, не влезая в разговор. А сама осматриваю всё вокруг, вглядываясь в клубы тёмной энергии, стягивающиеся над бывшим поселением в тугие узлы.

Люди умерли страшной смертью. Похоже, всех местных заперли в домах и сожгли заживо…

Их страх, отчаяние и злость ещё долго будут довлеть над этим местом; возможно, пройдёт столетие прежде, чем энергетический фон здесь гармонизируется и позволит живым существам без препятствий проходить мимо.

А сейчас нужно уходить отсюда, как можно быстрей.

- У нас теперь одна дорога - обратно в клан, где я смогу найти для вас комнату в качестве временного жилья, - произносит Сяо Вэй, подходя ко мне.

Я видела, как тяжело ему даётся оставаться собранным и не показывать своих чувств. Его взгляд, всегда дерзкий и бросающий вызов всем - даже комару, пролетавшему мимо! - теперь был потухшим и замутнённым непролитыми слезами. Да, он держался. И когда пожар стих, высохла и влага на его лице…

…и больше не появлялась вновь.

- Согласна, - киваю, взглянув на Мэй Ли.

Я осталась без дома, как и она, но при мне всё ещё было моё умение находить нужные травы. Как ни иронично, но мои эликсиры и настойки могли спасти меня от бедности - нужно было всего лишь найти котелок да емкость… а костер я всегда развести смогу.

Положение же Мэй Ли было много хуже моего по единственной причине: без родного дома она попадала в полную зависимость от брата, которого всегда считала своим птенцом, периодически выбирающимся из-под её крыла на волю. Сяо Вэй слушал свою младшую сестрицу, ощущая её почти материнскую заботу, и никогда ей не перечил. Сейчас же он в одно мгновенье оказался её единственным кормильцем, её опекуном, её шансом найти достойную партию в клане - если он сам хорошо проявит себя…

Такая участь однозначно не радовала Мэй Ли, но, думаю, у брата и сестры ещё не скоро появится шанс поговорить об этом, - именно поэтому они оба сейчас чувствовали себя так скверно и в каком-то смысле даже беспомощно...

- Как ты, шицзе? - негромкий голос моего названного родственника выводит меня из размышлений.

- Я сегодня потеряла намного меньше вас, - ровно отзываюсь, отводя взгляд в сторону.

- О чём ты говоришь? Твой дом также сгорел! А твой огород и все твои старанья…

- Сяо Вэй, - мягко останавливаю его, затем замолкаю, услышав чей-то плач… - вы слышите это?..

- Я слышу! - подтверждает Мэй Ли, застывая на месте, а затем мчится туда, откуда исходил звук.

Переглядываюсь с Сяо Вэем, и мы срываемся в ту же сторону! Однако, подбежав ближе, я осознаю, что повода для радости вовсе нет…

- Бабушка Мо! Бабушка Мо! Вы живы! - тараторит Мэй Ли, тряся старушку, спрятавшуюся за кустами, - Скажите, что здесь произошло? Есть ли ещё кто живой? Как получилось, что всё село сгорело под действием талисмана?!

- Тише, тише, - останавливаю её активные действия, настороженно глядя на старушку, рассудок которой совершенно точно повредился...

- Они пришли, они кричали, спрашивали, где он, но никто не знал, куда он ушёл, никто, кроме меня, я тогда в лесу была, видела, куда он ушёл, они всех сожгли, загнали в дома и сожгли, а мне жизнь сохранили, потому что я сказала, где он, они дали мне смотреть, как все горят, моя жизнь за слова о направлении, никто, кроме меня не знает… - начинает причитать старушка, сидя на земле и раскачиваясь вперёд–назад.

Замечаю что-то блестящее, зажатое в её пальцах, и даю знак Сяо Вэю.

- Что у вас в ладонях, бабушка Мо? - осторожно произносит юноша.

- Они дали мне монетку, дали мне монетку, когда уходили, кинули мне её в руки, это плата за ответ, монетка и моя жизнь, а все остальные сгорели, а я смотрела, когда их заперли в домах… - бабушка Мо продолжает повторять то, что уже говорила, совсем не замечая того, что отражается на наших лицах.

- Она выторговала жизнь за монету? - потрясенным голосом спрашивает Сяо Вэй.

- У неё в руках не просто монета. Там, кажется, кусок золота, - хмурится Мэй Ли, присаживаясь на землю и вглядываясь в предмет.

- Бабушка Мо, дайте посмотреть на свою монетку? - очень мягко прошу, тоже присаживаясь рядом.

- Моя монетка, моя монетка, цена в десятки жизней, проклятая монетка, проклятое место, проклятые заклинатели, проклятые талисманы… - заходится в бормотании старушка, а я вновь даю знак своему названному брату.

Сяо Вэй осторожно забирает плоский кругляшек из ладоней бабушки, сообразив, что та давно уже ничего не ощущает, а я быстро вкладываю кусочек коры в сжимающиеся пальцы - взамен забранному.

Она всё равно не заметит разницы: разум старушки померк, остались только яркие воспоминания о той трагедии, что развернулась на её глазах…

- Что это? Действительно золото? - изумленно спрашивает юноша, - Я видел подобные монеты, только серебряные! А золотые - никогда!

- Я даже серебряных не видела, - сосредоточенно отзывается Мэй Ли, - говорят, на них выгравировано лицо верховного заклинателя Великого Ордена, состоящего из глав четырёх великих кланов.

- Ага, его лицо всем богатым торговцам знакомо, - кивает Сяо Вэй, подбрасывая монету, - самый красивый и самый молодой верховный - со времен падения старых Богов! Глава клана Ясного Разума - Яо Шань, куда уж без него…

- Яо Шань, Яо Шань, был назван слугой, Яо Шань был назван слугой… - начинает ещё сильнее раскачиваться старушка Мо.

- О чём она? - Мэй Ли сводит брови, а меня начинает одолевать нехорошее предчувствие…