Знойный Август

Глава 5. Оливия

Через несколько дней я снова вспомнила и Августа, и его фразочку про учения. Кто бы мог подумать, что эта невинная шутка окажется пророческой? Хотя я и не горела желанием отправляться на поиски приключений, они нашли меня сами.

В тот день я была в своем кабинете и, сидя за столом, гипнотизировала взглядом дверь. Обычно в это время у меня полным ходом шел прием, но сегодня пациентка опаздывала.

«Что же, бывает», — подумала я и занялась разбором скопившихся бумаг.

Красиво оформила несколько историй болезни, расшифровав и кое-где даже переписав набело схемы лечения. Затем сверила отчеты о поставках целебных трав, а заодно, раз уж выдалось свободное время, заглянула в бухгалтерские книги, проглядев колонки цифр в графах о тратах и доходах.

Пожалуй, это было самой скучной частью моей работы, но в то же время жизненно необходимой. Управлять собственным кабинетом оказалось далеко не просто, однако приложенные усилия окупались сторицей. Свобода и независимость всегда стоят дорого, если не хочешь жить по чьей-то указке.

Я глянула на часы, прикидывая в уме, успею ли разобрать корреспонденцию, и ахнула. За прошедшее время кабинет должны были посетить еще два человека, но, увлекшись бумажной работой, я и не заметила, что мои пациенты так и не явились.

Решив не паниковать понапрасну, я выглянула в коридор. Но в маленькой приемной была только Фрея. Миниатюрный диванчик у входа, как и вешалка для плащей и зонтиков, были абсолютно пусты.

— Никого не было? — спросила у помощницы.

Девушка помотала головой.

— Может, мы напутали с расписанием?

На всякий случай я взяла в приемной список пациентов и вернулась в свой кабинет, чтобы сверить с тем, что висел у меня на стене. А затем дважды проверила каждую строчку, в надежде найти ошибку. Однако никакого несоответствия не было. Обе записи полностью совпадали.

Безобразие!

— Фрея, — я снова высунулась в коридор, — почему ты ничего не сказала про отмену визитов?

— Потому что мне об этом не сообщали.

«Чудесно!» — выругалась про себя.

А ведь это что-то новенькое. Злопыхатели у меня, конечно, были. Правда, не слишком изобретательные. Ну да, пару раз забросали крыльцо капустными кочерыжками. А еще на двери кабинета мелом гадости писали. Помню, увидев скабрезные фразочки первый раз, подумала, что не такие уж и зубастые эти «злопыхали», раз стойкой краски пожалели.

Впрочем, подобное меня более чем устраивало. А вот новый враг, стратегически отваживающий клиентов, — не очень. Видимо, неизвестный недоброжелатель каким-то образом умудрился зарезервировать все записи на сегодняшний день, чтобы оставить меня без работы.

Заламывать руки, конечно, рано. Пару дней простоя практику не погубят. Но, если так будет продолжаться неделями, мне придется худо.

Однако что-то во всей этой истории не складывалось. Безусловно, сорвать несколько приемных часов можно довольно легко. Если речь не идет о постоянных клиентах: мисс Цейгер, Рошон, Нейман… Уж они должны были явиться! Ведь я отчетливо помнила, как лично назначала визит каждой из них.

Размышляя обо всем этом, я подошла к окну. Снаружи было непривычно тихо и безлюдно. Очертания зданий скрывал белесый туман. Странно. Ведь еще утром ярко светило солнце, а в небе не было ни облачка.

Обычно оживленная Зеленая улица показалась замершей, словно перед грозой. Но в этот момент отчего-то подумалось, что мир будто смеется надо мной, демонстрируя нарочитую безмятежность, от которой по коже бежит холодок.

— Фрея, — снова обратилась я к секретарше, одновременно вытаскивая из гардероба зонт и накидывая легкий плащ поверх форменного платья, — отправь всем сегодняшним пациенткам записки. Пусть подтвердят, что знали о приеме. И по возможности расскажут, почему не пришли. Если это какая-то нелепая ошибка, то мы должны быть в курсе.

— Сделаю. А вы куда?

— Прогуляюсь.

— Там снаружи творится что-то странное, — сказала девушка и зябко передернула плечами, хотя в приемной было тепло.

Я закатила глаза. Переменчивая погода северной столицы вошла в легенды. А у Фреи, видимо, снова шалят нервишки. Это плохо: того и гляди опять превратится в деревяшку.

— Займись делом, милая, — постаралась успокоить ее я. — И выпей еще чашечку успокаивающего отвара.

Очутившись снаружи, я поняла, что помощница была не так уж и не права. Воздух был настолько густым и тяжелым, что казалось, его можно зачерпнуть ложкой. Я почувствовала, будто перед лицом натянули невидимую паутину: липкая и плотная, она не была настоящей, но ощущалась вполне реально. С каждым шагом я словно разрывала тысячу зыбких нитей. И все это под противный усиливающийся свист, несшийся откуда-то с соседних улиц.

Однако стоило преодолеть последнюю ступеньку крыльца, и мерзкое ощущение тотчас прошло. Что за чертовщина?! Никогда подобного не испытывала!

Немногочисленные прохожие выныривали и тут же вновь скрывались в тумане. Люди передвигались по улице быстро, будто боялись попасть под дождь, а их лица казались недовольными и встревоженными.

Происходящее мне не нравилось. А потому неплохо было бы выяснить, что случилось, а заодно убраться с улицы. Например, перебежать дорогу и укрыться в кафе. Наверняка там, как обычно, толпа народа. Кто-то да должен знать, что здесь творится.